Чувство времени: как Джоан Дидион превратила эмпатию в литературное мастерство

Хемингуэй и Vogue

В книге «Ползут, чтоб вновь родиться в Вифлееме» Джоан Дидион вспоминала, что проявила себя как писательница в пятилетнем возрасте после того, как мать подарила ей планшет для бумаги «с разумным предложением перестать ныть и развлекаться, записывая свои мысли». Первым рассказом маленькой Дидион была история о женщине, которая замерзала посреди арктической ночи, а затем проснулась и обнаружила, что на самом деле умирает от жары в Сахаре. 

В подростковом возрасте Джоан стала редактором школьной газеты и вела там колонку. В 1952 году в одном из текстов она высказалась о Корейской войне (1950–1953), отметив, что люди ее поколения не видят в ней ничего героического. Дэвид Л. Улин, профессор Университета Южной Калифорнии, который позже редактировал два сборника эссе Дидион, считает, что ее авторский стиль начал складываться уже тогда: «Голос есть. Чувство юмора есть. Как и многое из того, что мне в ней нравится, эта… усталость от жизни, немного отчаяния, смирения или чего-то еще… все это уже присутствует».

Среди тех, кто повлиял на Дидион, были Хемингуэй, Джозеф Конрад и Генри Джеймс. Свои собственные писательские навыки Джоан развивала, перепечатывая вручную чужие романы, чтобы понять, как устроено каждое предложение. Но настоящей школой писательского мастерства для нее стал журнал Vogue, где она начала работать в 1956 году.

Дидион тогда училась в Калифорнийском университете в Беркли (признан в России нежелательной организацией) и победила в престижном конкурсе эссе от Vogue. На участие ее вдохновила мать, сказавшая: «Ты могла бы выиграть, когда придет время, и жить в Париже или Нью-Йорке — где бы ни захотела. Но, безусловно, ты могла бы выиграть». От поездки в Париж, которая была главным призом, Дидион отказалась и устроилась в модный журнал помощником редактора, шокировав этим своих преподавателей (те считали гораздо более достойным выбором аспирантуру).

«Именно в Vogue я научилась легкости в обращении со словами, умению воспринимать слова не как отражение собственной неполноценности, а как инструменты, игрушки, оружие, которое нужно стратегически использовать на странице. В подписи, скажем, из восьми строк каждая строка должна содержать не более двадцати семи символов, и каждое слово, каждая буква имеет значение. В Vogue [авторы] либо быстро учились играть в игры со словами и тому, как пропустить пару громоздких придаточных предложений через пишущую машинку и превратить их в одно простое предложение, состоящее ровно из тридцати девяти символов, либо не задерживались там. Мы были знатоками синонимов. Мы были коллекционерами глаголов. Мы на автомате усвоили грамматические приемы, которым в школе учились лишь в качестве незначительных исправлений, научились полагаться на Оксфордский словарь английского языка, научились писать, переписывать и переписывать снова и снова», — вспоминает Дидион в эссе «Рассказывая истории». 

К началу 1960-х она глубоко пустила корни в Vogue и параллельно публиковалась в журналах Mademoiselle и National Review, куда предлагала эссе на темы в духе «Зависть: это излечимая болезнь?». В это же время Дидион работала над дебютным романом «Беги, река» (1963).

Голливуд и ощущение катастрофы

В первой книге Джоан уже присутствовали темы, позже ставшие ключевыми в ее творчестве — экзистенциальный кошмар, систематическое насилие и тошнотворное ощущение, что миру скоро придет конец. Литературный критик The New York Times Мичико Какутани писала, что роман «Беги, река» познакомил читателей с «женщиной Дидион» — «обитательницей личной пустыни, скитающейся по дорогам и странам в попытке заглушить боль самосознания». 

В 1964 году Джоан вышла замуж за своего друга, писателя Джона Грегори Данна. Супруги обосновались в Калифорнии и удочерили девочку, которой дали имя Кинтана-Роо в честь мексиканского штата. Они довольно быстро обрели славу богемной пары, которую одинаково охотно принимали и в Голливуде, и в литературных салонах Манхэттена. 

Джоан и ее муж вместе работали над сценариями. В 1972 году вышла драма «Играй как по писаному» режиссера Фрэнка Перри (в основе сценария — второй романе Дидион) об успешной актрисе, которая страдает от депрессии и переживает из-за ментального расстройства дочери. Затем супруги переосмыслили голливудскую классику «Звезда родилась» (1954) — перенесли действие в эпоху рок-н-ролла и прилично заработали на мюзикле с Барброй Стрейзанд и Крисом Кристоферсоном в главных ролях. Следующими совместными работами Джоан и ее мужа стали сценарии к «Тайнам исповеди» (1981) и мелодраме «Близко к сердцу» (1996) с Мишель Пфайффер. 

Параллельно Дидион писала репортажи — о гражданской войне в Сальвадоре, о жизни кубинских эмигрантов в Майами, о реакции американского общества на войну во Вьетнаме, о темных сторонах «Лета любви» 1968 года, которое для нее стало источником не надежд, а тревоги. Она даже попала в больницу и, позже рассказывая об этом опыте в заглавном эссе из сборника «Белый альбом» (1979), описывала собственное психологическое состояние как «фундаментально пессимистичный, фаталистический и депрессивный взгляд на мир». «Кажется, она всегда пишет на грани такой ужасной катастрофы, что единственный выход для нее — замкнуться в себе», — писал литературный критик The New York Sun Адам Кирш. 

Помимо внутренних переживаний, богатую пищу для размышлений давал родной штат Дидион — Калифорния. В своих эссе она отмечала его красоту, притягательность для беспокойных мечтателей и жестокость: «Мы верили в новые начинания. Мы верили в удачу. Мы верили в шахтера, который вбил последний колышек и наткнулся на Комстокскую жилу (месторождение серебряной руды в восточном склоне горы Дэвидсон. — Forbes Woman)», — писала Дидион в автобиографическом сборнике эссе «Откуда я была родом» (2003).

Женский опыт проживания горя

Помимо исследования социальных катастроф и политики, в своем творчестве писательница особое внимание уделяла мрачным судьбам разочарованных женщин. Героини романов писательницы часто грезят о жизни, в которую их заставили поверить модные журналы, но реальность оказывается суровой. В дебютном романе Дидион «Беги, река» героиня Лили Найт Макклеллан разрывается между собственными желаниями и общественными ожиданиями — выйти замуж, родить детей и ухаживать за домом. В книге «Играй как по писаному» на героиню так и валятся несчастья — от болезни дочери до самоубийства друга.

При этом Дидион не считала себя феминисткой. В своем эссе «Женское движение» (1972) она и вовсе выступила против «определения женщин как «класса». Впрочем, возможно, связано это было с тем, что, судя по текстам Дидион (например, эссе 1987 года «Майами»), она не переносила никакую идеологию. Для феминизма же именно период 1960-х–70-х стал временем превращения из борьбы за отдельные социальные и политические реформы в теоретическую дискуссию об истоках угнетения женщин, природе пола и роли семьи. 

Свои чувства по поводу гендерных ролей писательница выразила в речи для Общества друзей библиотеки Бэнкрофта в Калифорнийском университете в Беркли в 1978 году. Снова и снова критикуя политику идентичности и гендерный эссенциализм, она противопоставляет им свое кредо: «Я следовала своим инстинктам и в своем поведении старалась опираться на здравый смысл». А затем делает неожиданное признание: «Всю свою взрослую жизнь писала о калифорнийской женщине, что вопрос о том, что значит быть калифорнийской женщиной, всегда был для меня очень важным — калифорнийская женщина была если не совсем моей темой, то, по крайней мере, безусловно моим материалом». 

Приводя эту цитату, журналистка издания Ms. Ивлин МакДоннелл перечисляет многочисленных женщин, которым сама Дидион покровительствовала и помогала: писательница и художница Ева Бабиц, писательница Сюзанна Мур (по ее роману In The Cut снят фильм Джейн Кэмпион «Темная сторона страсти»), искусствовед Джулия Армстронг-Тоттен, писательница Сара Дэвидсон (также известная как продюсер популярного телесериала «Доктор Куин, женщина-врач»).

Свой опыт как женщины, сопряженный с горем и страданиями, Дидион осмыслила в глубоко личных книгах «Год магического мышления» (2005) и «Синие ночи» (2011). В первой она пыталась осознать и принять утрату мужа. Во второй горевала по дочери (Кинтана-Роо умерла от кровоизлияния в мозг в августе 2005 года), и в то же время трогательно рассказывала об опыте материнства. Работая над «Годом магического мышления» и «Синими ночами», Дидион использовала письмо как средство обретения контроля над жизненными обстоятельствами.

В последние годы своей писательской карьеры Дидион обратилась к ностальгии по 1970-м. В 2017 году вышли мемуары «Юг и Запад: Из блокнота» — ее впечатления от путешествия с мужем на Юг США по заданию Life. Ее тексты оставались по-прежнему жесткими и проницательными — несмотря на внешнюю хрупкость. В 2021-м писательница умерла в возрасте 87 лет.

«Ее талант заключался в умении описывать настроение культуры, — вспоминала писательница Кэти Ройф. — Ей удалось передать дух 1960-х и 1970-х годов через уникальный, весьма своеобразный и личный — то есть на первый взгляд личный — стиль письма. Она идеально соответствовала времени, с этой ее слегка параноидальной, слегка истеричной, нервной чувствительностью. Это было идеальное соединение писателя с моментом».