К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего браузера.

Как хоррор о демонах «Зловещие мертвецы: Пекло» говорит о насилии над женщинами

Кадр «Зловещие мертвецы: Пекло»
Кадр «Зловещие мертвецы: Пекло»
В российском прокате идет шестая часть культовой хоррор-франшизы об одержимых демоном людях «Зловещие мертвецы: Пекло». Вслед за предыдущими фильмами серии картина обращается к женскому опыту: главная героиня пытается разорвать цикл насилия после смерти мужа-тирана. Forbes Woman рассказывает о том, как «Зловещие мертвецы» увлеклись женскими историями и каким получился новый фильм франшизы

Сюжет нового фильма «Зловещие мертвецы: Пекло» разворачивается после гибели супруга Элис (Сухейла Якуб), который сгорел в машине. Она поддерживает его родственников в общем горе и остается в старом доме, полном темных тайн. Дед покойного мужа состоял в Совете Мудрецов, который изучал потенциал Книги Мертвых, способной пробуждать древнее зло. Элис случайно читает заклинание из его дневника и призывает демоническую силу: теперь девушке придется выживать в окружении одержимых близких мужа, жаждущих завладеть ее разумом и телом.  

Telegram-канал Forbes Woman
Про женщин, которые меняют мир
Подписаться

От самого мерзкого фильма к женским травмам

История хоррор-франшизы «Зловещие мертвецы» началась в 1981 году. Американский режиссер Сэм Рэйми снял полнометражный дебют, в котором пятеро студентов обнаружили Книгу Мертвых (другое название — Некрономикон) в лесной хижине и пробудили злые силы. Герои включили магнитофонную запись с заклинанием и, сами того не подозревая, призвали из ада демона. С этого момента начался безумный боди-хоррор, в ходе которого потусторонняя сущность овладевала телами персонажей и заставляла их наносить себе увечья. 

Подзаголовок картины гласил: «Незабываемые впечатления от мучительного ужаса». «Зловещие мертвецы» действительно шокировали гротескным насилием, снятым крупным планом, за что фильм серьезно критиковали. Тем не менее «Зловещие мертвецы», отличавшиеся обилием черного юмора, обрели признание со стороны почитателей жанра. Картина Сэма Рэйми была «любовным письмом» ужасам: он переосмыслил поджанр «хижина в лесу», опираясь на классику, включая «Техасскую резню бензопилой» Тоуба Хупера (1974) и «У холмов есть глаза» Александра Ата (1977). Единственным, о чем позже пожалел режиссер, стала сцена с изнасилованием одной из героинь одержимым деревом, из-за которой фильм был отцензурирован или запрещен в ряде стран. Спустя семь лет после премьеры Сэм Рэйми назвал этот эпизод «излишне жестоким и напрасным». 

Кадр «Зловещие мертвецы»

В первых «Зловещих мертвецах» женские персонажи были исключительно жертвами демонических сил, однако в сиквеле, который вышел в 1987 году, кое-что изменилось. В продолжении хоррора Рэйми наряду с главным героем Эшем, пережившим истязания из-за вселения в него демона в оригинальном фильме, действовала молодая женщина. Энни — дочь профессора, который первым случайно высвободил древнее зло из Некрономикона, — приехала в хижину в лесу, чтобы изучить исследования отца. Героиня помогла Эшу разобраться в опасной книге и использовала заклинание, которое позволяет изгнать демона из мира людей. К сожалению, Энни погибла в схватке со злом. 

Третья часть «Зловещих мертвецов», «Армия тьмы» (1992), сосредоточилась на эпических подвигах Эша, попавшего в XIII век. А вот ремейк оригинального хоррора — «Зловещие мертвецы: Черная книга», вышедший в 2013 году, —  отличался неожиданным для франшизы социальным комментарием. Он сфокусировался на истории молодой женщины с наркозависимостью, которую старший брат и его друзья привезли в хижину в лесу для «очищения». В хорроре Феде Альвареса демоническая одержимость была своего рода метафорой физических и моральных страданий героини, завязавшей с запрещенными веществами. Миа благодаря старшему брату освобождается от разрушительного влияния «сущности», единственная остается в живых и сжигает хижину дотла. 

Кадр «Зловещие мертвецы: Пекло»

После «Черной книги» начал выходить трэш-сериал «Эш против зловещих мертвецов» (2015–2018). Однако духовным наследником ремейка стала лента «Восстание зловещих мертвецов» (2023), в которой Ли Кронин исследовал кризис матриархальной семьи на фоне вторжения в ее жизнь сверхъественного. Главные героини фильма — две сестры, оказавшиеся в тупике. Старшая Элли (Алисса Сазерленд) в одиночку воспитывает троих детей в аварийном доме, из которого их вот-вот выселят. Младшая, гитарный техник Бет (Лили Салливан), узнает о незапланированной беременности и приезжает к сестре поговорить.

 

В этом хорроре инфернальная трансформация матери-одиночки символизирует психоз из-за колоссальной родительской нагрузки. Беременная сестра героини же берет на себя роль опекуна и защищает детей от агрессии женщины, которая их родила. В то время как Элли становится все яростнее и безумнее, Бет открывает в себе материнский потенциал. «Восстание зловещих мертвецов» здесь сильно отошло от канонов франшизы: действие происходило в городе, а не в лесу, а внутренний кризис женщины был равноценен телесным повреждениям одержимых демоном.

Какой получилась новая часть

«Зловещие мертвецы: Пекло» продолжает развивать психологический символизм, заложенный предыдущими фильмами франшизы. Хоррор французского режиссера Себастьяна Ваничека обращается к душевной боли героини, которая систематически подвергалась издевательствам со стороны мужа. После его гибели Элис по идее должна была испытать облегчение, но семья покойного супруга не дала ей этого сделать. Героиня один на один остается с родственниками абьюзера, которые оправдывают, защищают и идеализируют его. Фильм Ваничека балансирует между злой сатирой на крепкую американскую семью, где француженке нет места, и социальной драмой с флэшбеками о домашнем насилии. 

Когда родители мужа едва сдерживают слезы, смотря на поминках свадебное видео пары, Элис мысленно возвращается в травматичные для нее эпизоды. Еще в первых сценах фильма зритель видит, что за брак был у главной героини. Муж Уилл контролирует Элис в мелочах, обвиняет в том, что это она его доводит до белого каления, и в ярости сносит боковое зеркало машины. Смерть супруга не приносит героине ощущения безопасности. Режиссер раскручивает идею о том, что абьюз не проходит бесследно. Мало того, что девушка страдает ПТСР, так она еще и в глазах его семьи оказывается виновата в том, как с ней обращался муж. Темные силы, активированные заклинанием из Книги Мертвых, пробуждают в близких Уилла таких же агрессоров, каким был он. Они пытаются убедить Элис в том, что ей нравилась боль, — таким образом Ваничек обращает внимание и на проблему виктимблейминга. 

 

Путь героини состоит в том, чтобы в буквальном смысле сжечь все мосты, ведущие к прошлому. Сюжетно новые «Зловещие мертвецы» напоминают комедийный хоррор «Я иду искать» (2019), где новоиспеченная жена противостояла жесткости родственников мужа, которые устроили на нее охоту. При этом новая часть франшизы визуально выводит насилие на невиданный ранее уровень. Герои, управляемые демонической силой, калечат себя и других согласно традиции экстремальных французских хорроров, которые снимают Жюлия Дюкурно («Титан», «Сырое») и Клер Дени («Что ни день, то неприятности»). Фильм Себастьяна Ваничека действительно тяжело смотреть из-за его перегруженности жестокостью: героям отрубают пальцы дверцей машины, рассекают лицо садовым триммером и протыкают тело столовыми приборами в посудомойке. 

Кадр «Зловещие мертвецы: Пекло»

Хотя новые «Зловещие мертвецы» перебарщивают с физическими зверствами, они прекрасно работают как история о женщине, которая радикально разрывает связь с токсичным прошлым. Себастьян Ваничек противопоставляет друг другу два типа жен. Мать Уилла всю себя посвятила близким, потому что «без семьи она никто». Элис, личность которой всячески подавлял муж, через боль и ужас добивается внутренней свободы. 

«Зловещие мертвецы: Пекло» продолжают тренд на женские истории в современных хоррорах. Вирусная «Субстанция» Корали Фаржа (2024) телесными метафорами говорила о культе молодости и страхе старения, навязанных патриархальным обществом. «Улыбка 2» Паркера Финна (2024) обличала одержимость успехом, которая не прощает женщинам нервных срывов и выгорания. «Орудия» Зака Креггера (2025) рассказывали классическую историю о жертве общественного гнева: школьную учительницу жители маленького городка клеймили ведьмой и травили. «Носферату» Роберта Эггерса (2024) разжигал подавленные женские желания в викторианскую эпоху. 

Новые «Зловещие мертвецы» обращаются к еще одной популярной теме в современных хоррорах — домашнему насилию. Фильм Себастьяна Ваничека реализует свой потенциал как в рамках культовой франшизы, так и сам по себе. Это обжигающая история об абьюзивном опыте и исцелении от него через огонь.