Как в 56 лет написать первый роман и за две недели заработать $1,5 млн

DR
Австралийский писатель Грэм Симсион, автор международного бестселлера «Проект Рози» про профессора генетики с синдромом Аспергера, рассказал Forbes Life о том, как в 56 лет написать первый роман и за две недели заработать полтора миллиона долларов, о встрече с Биллом Гейтсом и особенностях аутизма 

Главный герой трилогии Грэма Симсиона — романтической комедии «Проект Рози» — чудаковатый профессор генетики Дон Тиллман ищет себе жену с помощью 30-страничной анкеты, а находит Рози, которая ни одному пункту анкеты не соответствует, зато отлично подходит самому Дону. Читатели во всем мире приняли книгу на ура (уже продано 5 млн экземпляров), но писали автору, что его герои долго не протянут: Дон — аутист, и Рози будет непросто жить с ним. Поэтому во второй книге — «Эффект Рози» — Симсион проверяет утверждение о том, что отношения в браке никогда не делятся 50 на 50, а всегда 90 на 10. Обстоятельства жизни молодой пары складываются так, что именно Дону приходится выкладываться по полной, чтобы спасти отношения.

В заключительной части трилогии — «Триумф Рози» (вышла 20 июля в издательстве «Синдбад») — у Дона и Рози есть 11-летний сын Хадсон, который переходит в новую частную школу. Рози возглавила важный исследовательский проект и разрывается между домом и семьей, попытка Дона разнообразить учебный процесс в университете наглядным экспериментом закончилась обвинениями в расизме, а Хадсон задавал в школе так много неудобных вопросов, что директор предложил родителям обследовать мальчика на предмет аутизма. В итоге Дон берет академический отпуск, чтобы проводить больше времени с сыном и помочь ему наладить отношения со сверстниками.

В Австралии «Проект Рози» получил сразу две крупные премии как главная книга 2014 года, права на экранизацию приобрела компания Sony Pictures.

Когда в 2013 году в «Синдбаде» приобрели права на роман, мне рассказывали, что ажиотаж вокруг книги возник еще на стадии рукописи — ее купили сразу 40 издательств из разных стран. Это правда?

Да, так и было. Всего 44 издательства, причем 30 — практически одновременно. Как все это произошло? У меня была рукопись, которую я отправил нескольким австралийским издателям — и не получил никакого ответа. Тогда я послал «Проект Рози» на конкурс для начинающих писателей и вошел в шорт-лист. И после этого сразу четыре австралийских издательства оказались заинтересованы в книге. Одному из них я ее продал, довольно недорого, потому что в Австралии не принято давать большие авансы. Но зато мой австралийский издатель отправил рукопись на международный рынок и сделал это в преддверии Франкфуртской книжной ярмарки (крупнейший и наиболее значимый профессиональный книжный форум. — Forbes Life). А дальше события развивались с невероятной скоростью.

А самое смешное, что мы с Энн, моей женой, в то время были в Британии, где проходили пешие маршруты (это наше семейное хобби). И вот я иду по маршруту — и мне звонит австралийский издатель, а я два дня не беру трубку. Он в панике. Оставляет мне сообщение — кричит, что мы получили невероятное предложение от немцев и ему срочно нужно мое согласие. Следом второе, еще более эмоциональное, о том, что он больше не может ждать, пока я перезвоню, у него есть только 24 часа — и он отвечает «да!». И дальше, поскольку немцы настолько заинтересовались романом, на нас просто посыпались предложения. Все это случилось в течение недели. Это было какое-то сумасшествие, потому что мы с женой шли по маршруту на севере Англии без нормальной связи и интернета, только в местах ночлега была возможность поймать сигнал. Каждое утро я выходил в скайп и кричал: «Ну что, сколько там уже?» Моя жена была в шоке: мы-то рассчитывали провести время в тишине, наслаждаясь нетронутой природой и прогулками. В итоге к концу нашего двухнедельного похода я мог с уверенностью сказать: «Мне больше не нужно работать. Я писатель!»

Сколько предложили вам немцы?

По условиям договора я не имею права называть сумму, но могу сказать, что она была шестизначной.

В общей сложности какой аванс вы получили за эти две недели?

Полтора миллиона долларов, даже чуть больше. Рукопись оказалась курицей, несущей золотые яйца. Причем совершенно неожиданно: как большинство начинающих писателей, я мечтал в первую очередь о том, чтобы мою книгу напечатали. Пределом моих амбиций было прийти в крупный книжный магазин в Австралии — и увидеть свою книгу на полке. И когда возник весь этот ажиотаж, я сказал себе: «Грэм, что бы ни случилось потом, ты уже состоялся, это огромный успех». Я сразу решил, даже если роман будет продаваться не так успешно, как у других, этого триумфа мне достаточно. И стараюсь все время об этом помнить.

Вы вообще мечтали стать писателем?

Да. Правда, еще я мечтал стать рок-звездой и футболистом, который забьет победный гол на чемпионате мира. Многие об этом мечтают. И писать книги очень многие хотят. Я бы так и сочинял мысленно свой великий роман, если бы однажды не понял, что хочу стать писателем всерьез. А тут уже одной мечты мало — надо что-то делать: пойти учиться, записаться на курсы креативного письма, сесть и начать писать, в конце концов.

То есть вы пошли учиться писательскому мастерству?

Мне исполнилось 50 лет. К тому моменту я не написал практически ни строчки (школьные опусы не в счет). Я мечтал о карьере писателя, и лет в 20 накропал буквально несколько страниц, перечитал, подумал: боже мой, это ужасно, никакого таланта. И на много лет погрузился в компьютерные технологии. А в 50 я прочел книгу о том, как снять фильм с нулевым бюджетом, и подумал, ого, как круто, надо попробовать. Я взял тогда рукопись своей жены — потому что вообще-то в нашей семье сначала она решила стать писателем (хотя у нее уже была успешная карьера психиатра) , в отличие от меня подошла к делу серьезно — и превратил эту рукопись в сценарий. Для этого я прочитал семь книжек по сценарному мастерству. В итоге сценарий был готов, я провел кастинг среди друзей — и к сорокалетию моей жены мы сняли фильм. Просто ужасный!

«Именно потому, что мне было за 50, я отлично понимал, что не могу себе позволить разбрасываться временем»

Но, поскольку для первого и единственного показа мы арендовали кинотеатр, народу было много. В зале был довольно известный продюсер, который сказал: «Снято отвратительно, игра ужасная, а вот сценарий неплох — сценарист свое дело знает». И я подумал: «Вау, да это же я!» Тогда я продал свой IT-бизнес по моделированию данных и пошел в университет учиться сценарному мастерству. «Проект Рози» я изначально написал как учебный сценарий, но пристроить его никуда не мог, и решил сделать из этого роман. Пришлось пойти на писательские курсы — и это сработало.

Очень оптимистичная история о том, что в 50 можно начать все сначала.

Именно потому, что мне было за 50, я отлично понимал, что не могу себе позволить разбрасываться временем, как двадцатилетние. Кроме того, у меня было серьезное преимущество. Поскольку я уже сделал успешную карьеру, то хорошо понимал, как много времени и опыта требуется, чтобы стать экспертом. И в отличие от своих восторженных сокурсников, которые рассчитывали на быстрый успех, я сразу понимал, насколько интенсивно надо работать, и выстраивал свой процесс обучения с учетом долгосрочных перспектив. Я написал огромное количество сценариев, рассказов, эссе, сделал множество фильмов. Не потому, что я такой творческий человек, а потому, что знал, что мне надо учиться быстро, пока я еще не слишком стар. Параллельно, когда я продал бизнес, я написал две книги и несколько статей о моделировании данных и в 2006 году защитил в Университете Мельбурна докторскую диссертацию в области моделирования данных. Это тоже помогло — научная работа здорово структурирует мозг.

А ваша жена разделяла эту увлеченность писательством? Или у вас была конкуренция — вы же фактически рьяно взялись за то, что хотела делать она.

О, тут интересная история. Она действительно всегда хотела писать, и у нее было несколько готовых к публикации рукописей, то есть она серьезно к этому относилась. Но прежде всего Энн — профессор психиатрии, очень успешный, и она получила весьма и весьма значительный грант на исследование послеродовой депрессии.

Так вот кто стал прототипом Рози!

Ну конечно! Энн много чего отдала Рози. Словом, жене пришлось отложить писательские амбиции ради гораздо более важного проекта. Но когда Энн завершила исследование, она продолжила писать и вообще-то стала издаваться гораздо раньше, чем я. Она начинала с женских эротических романов (знаете, в стиле «50 оттенков серого»), для нее это был способ набить руку. Она говорила: «Я хочу писать детективы, но понятия не имею, как лучше выстраивать сюжет, не знаю, как устроен издательский бизнес, работа с редактором, продвижение, все остальное, поэтому я начну с простого». У нее вышло 10 дамских романов под псевдонимом Simone Sinna. А теперь она пишет детективы — у нее их уже девять, — они выходят в Австралии и Великобритании, довольно успешно. И мы даже написали одну книгу вместе — «Two steps forward». Она не переведена на русский язык. Это история любви двух пожилых людей, которые совершают паломничество. Мы с Энн сами дважды проделали путь святого Якова — две тысячи километров пешком до Сантьяго-де-Компостела и после паломничества 2016 года написали этот роман.

Так значит, вы просто старались шагать в ногу с женой? Написали роман, чтобы не отставать, а получился бестселлер.

В какой-то степени да. Мне кажется, делать что-то вместе — это главный секрет счастливого брака. Мой «Проект Рози» начался с первого задания на курсах по сценарному мастерству. «Лучшие истории получаются из интересных персонажей, — сказал преподаватель, — поэтому к следующей встрече напишите рассказ об интересном герое». У меня есть близкий друг, которого я знаю много лет. Он компьютерщик, а они, как известно, делятся на гиков, ГИКОВ, и СУПЕРГИКОВ. Вот мой друг из последних. Мы живем в Мельбурне, но однажды оба оказались в Нью-Йорке в одно время, и я предложил вместе поужинать. Он удивился: «Зачем? Я и в Мельбурне могу с тобой поужинать», но я его уговорил.

И тут мой американский клиент в знак благодарности за проделанную работу пригласил меня в лучший стейк-ресторан Нью-Йорка. И великодушно пригласил моего друга с нами. И тут я занервничал, потому что уровень ресторана подразумевает как минимум пиджак, а мой друг не из тех, кто любит красиво приодеться. Я звоню ему: «Слушай, а пиджак-то у тебя есть?» «Обижаешь! — говорит, — конечно, есть, я же мужчина!»

Но я слишком давно его знаю, поэтому еду к нему в отель, проверить, что это за пиджак. Ну и конечно, это была спортивная куртка (в английском языке слово «jacket» обозначает и пиджак, и куртку. —Forbes Life ). Вы бы слышали, как он кипятился, доказывая, что его куртка куда лучше моего пиджака: непромокаемая, непродуваемая, с удобными карманами! Эта история потом вошла в «Проект Рози», а я нашел своего главного героя Дона Тиллмана.

Как насчет синдрома Аспергера и вообще аутизма, который есть у вашего героя? Вы сталкивались с этим лично?

Знаете, когда мне говорят, что я, вероятно, очень глубоко изучил эту тему, я отвечаю: «Нет, я просто тридцать с лишним лет работал в IT». Я не читал никаких специальных книг, у меня самого никогда не было диагноза, но в нашей сфере полно таких людей, как Дон Тиллман. И никто из них никогда не называет себя аутистами (как и Дон). Мне кажется, это поколенческое: не нужны мне ваши обследования и диагнозы, я сам отлично справлюсь — у меня есть работа, есть семья. Я в порядке. А если вам не нравится, как я общаюсь, — идите к черту! Я знаю очень многих людей, которые отлично справляются со сложной работой, но им тяжело дается общение. Мой друг, который стал прототипом Дона Тиллмана, и мысли не допускает, что с ним что-то не так. Хотя Дон во многом списан с него — я имею в виду характер, привычки, манеру поведения и прочее. Частично даже историю, потому что это мой друг в 40 лет составил огромную 30-страничную анкету, чтобы найти жену, — и нашел.

Когда «Проект Рози» вышел, мне стали писать люди с расстройствами аутического спектра: Дон — один из нас, все очень точно, спасибо. Более того, один из ведущих мировых специалистов по аутизму, Тони Эттвуд, сказал мне, что дает мои книги — особенно вторую, о браке Дона и Рози — своим пациентам, чтобы они посмотрели на свои отношения глазами партнера. Люди с аутизмом благодарили меня за то, что Дон такой обаятельный персонаж, и за то, что книги о Рози позволяют принять некоторые особенности их мышления и прочее. Скажу честно, именно это вдохновило меня на третью книгу — «Триумф Рози», в которой открыто обсуждаются многие проблемы, связанные с аутизмом. Я взялся описать взаимоотношения Дона и его 11-летнего сына Хадсона, уже отдавая себе отчет в том, что многие составят свое впечатление об аутизме по моей книге. В мире уже продано 5 млн экземпляров «Проекта Рози», то есть вероятность, что люди прочтут мой роман, куда выше, чем вероятность, что они прочтут специализированную статью о людях с аутизмом. Значит, я несу большую ответственность за то, что пишу. И моя задача — помочь принятию людей с аутизмом в обществе. В романе «Триумф Рози» я осознанно над этим работал.

Вы нашли довольно удачный сюжетный ход: когда Рози и Дон решают проблемы своего сына, они обсуждают как раз то, что волнует многих родителей, и это органично вписывается в роман.

Надеюсь, это важно не только тем, кто так или иначе столкнулся с аутизмом, но и любым родителям. «Триумф Рози» во многом о родительстве и воспитании детей. Когда я рос, считалось, что из ребенка можно вылепить все что угодно. Есть мальчик, и задача родителей, школы и общества — сделать из него настоящего мужчину. Взрослым внушали, что главное — правильное мужское воспитание. Сейчас все гораздо мягче — мы более открыты, на ребенка не давят, он растет в психологически более комфортных условиях. Но если ребенок несчастлив, если у него проблемы, ты хочешь ему помочь, оградить его от проблем. Это естественная реакция любых родителей во всем мире.

В книге очень много смешных моментов, где сама суть комического заложена в разнице восприятия одной и той же ситуации Доном и другими героями, то есть по сути — человеком с аутизмом и всеми остальными. Долго пришлось искать этот верный тон, чтобы всем было одновременно смешно и не обидно?

Да. Было непросто решиться писать романы от первого лица, от лица Дона. Но мне очень хотелось показать мир его глазами. Хотелось, чтобы читатель не просто увидел его со стороны, но почувствовал изнутри, что это за человек, чем он живет, как устроено его сознание, почему он думает так, а не иначе.

«Билл Гейтс никогда не говорил открыто, что у него аутизм, но многие считают, что это так»

Когда мы обсуждали «Проект Рози» с Тони Эттвудом, я честно признался, что никогда не считал, что у Дона Тиллмана аутизм — я просто описывал людей, которых знал. Но Эттвуд, как специалист, уверенно поставил моему герою диагноз. Окей, я это принял, но ведь Дон — нет. Поэтому когда в «Триумфе Рози» его вызывают в школу и говорят, что у Хадсона, похоже, аутизм, он отвечает: «Да ладно, Хадсон ведет себя в точности как я в детстве». И Дон берет на работе тайм-аут, чтобы больше бывать с сыном и научить всему, что нужно для популярности в школе.

Как думаете, почему эта книжка так понравилась Биллу Гейтсу? Он включил ее в свой личный топ-лист, и, например, на обложку русского издания вынесена цитата Билла Гейтса: «Я рекомендовал эту книгу всем своим друзьям». У него тоже высокофункциональный аутизм, как у Дона?

Меня постоянно об этом спрашивают. Если честно, я не знаю. Билл Гейтс никогда не говорил открыто, что у него аутизм, но многие считают, что это так. Я считаю, что людям с аутизмом такая легенда только на пользу. Ведь она означает, что ты можешь быть аутистом и при этом добиться большого успеха, стать одним из самых богатых людей мира благодаря своим интеллектуальным способностям и, что важно, оставаться очень хорошим человеком. В этом контексте аутизм воспринимается не как инвалидность, а скорее как преимущество.

А вы с ним обсуждали книгу?

Да, он прочел книгу и попросил о встрече. Мы с женой встречались с Биллом и Мелиндой Гейтс, около двух часов мы разговаривали. Обсуждали книгу и даже записали небольшой видеоролик. Друзья мне говорили: «Ух ты! Он же такой занятой человек, а уделил тебе столько времени». Меня же гораздо сильнее поразило, что он внимательно прочел мою книгу, а значит, уделил мне куда больше времени. Вообще, когда люди мне пишут или рассказывают на встречах, что книги о Рози как-то изменили их жизнь, это невероятное ощущение.

Как вы выстраиваете свои отношения с агентом, с издателем, как вообще устроен ваш рабочий процесс?

Тут я должен раскрыть карты. Я долго занимался бизнес-консалтингом: в 1982 году создал и возглавлял консалтинговую фирму «Simsion Bowles & Associates» — довольно успешную, с приличным штатом. Позже, в 1999 году, я ее продал, но продолжаю давать частные консультации. То есть у меня неплохой бэкграунд в этом деле — MBA и многолетний опыт. И должен со всей ответственностью заявить, что издательский бизнес — самая слаборазвитая индустрия из всех, с которыми мне приходилось работать. Очень много излишне традиционных принципов работы, все медленно, бюрократизировано, неоправданно консервативно. Издательства делают ставку на покупку бестселлеров, вместо того, чтобы развивать маркетинг и продвигать своих авторов. Это очень странно. Когда ты впервые с этим сталкиваешься, разобраться непросто.

Знаете, что мне близко в этом бизнесе? Договор, по которому я, автор, делю все риски со своим издателем. Лично я на этом настаиваю. И я получаю 15% от продаж каждой книги начиная с нуля. Но в традиционном книгоиздании принят и другой вариант, при котором автор получает аванс от издательства за еще ненаписанную книгу и, только получив деньги, начинает писать. Полно таких случаев, когда аванс куда больше прибыли, особенно на крупном рынке — США, Германия, Великобритания. Аванс раздут, а книга не продается. У нас в Австралии до этого не доходит — писатель обычно получает довольно скромный аванс, а после того, как выручка от продажи книги превысит эту сумму, ему платят роялти. Но в Штатах издатели соревнуются за право приобретения рукописи, перебивая цену. Авансы бывают головокружительные. Сегодня издатели ищут мегабестселлер. Они пытаются сразу, на старте, сорвать джекпот. И могут, например, купить у автора сразу пять книг, с которыми никто ничего не будет делать, лишь бы заполучить шестую. Или могут, например, заплатить огромный аванс, но, увидев, что книга не очень-то хорошо продается, тут же ее забросить и снова искать свой выигрышный лотерейный билет, как «50 оттенков серого», или «Код да Винчи», или «Гарри Поттер». Издатели делают ставку на суперуспех. В итоге мы получаем мировой рынок, который сводится к золотой полке. Всего несколько книг и, соответственно, несколько писателей, имеют совершенно фантастические продажи. Джоан Роулинг сделала состояние на своих историях, но во всем мире таких авторов едва ли наберется больше ста. А, скажем, в Австралии мы не насчитаем и двух десятков писателей, которые могут сказать, что зарабатывают себе на жизнь литературой.

Кто, например? Лиана Мориарти?

Конечно. Особенно после сериала «Большая маленькая ложь». Мы, кстати, знакомы, она прекрасный человек. Ричард Флэнаган, букеровский лауреат.

Да, она получила премию за роман «Узкая дорога на Дальний Север»

Маркус Зусак, молодой писатель, после романа «Зеркальный вор» стал очень успешным, Грегори Дэвид Робертс, вы, наверное, знаете роман «Шантарам», несколько других. Я, к счастью, один из этих 20. Но это не значит, что я одобряю систему раздутых авансов одним и отсутствия всяческого продвижения и маркетинговых ходов другим. Ну и чтобы было еще нагляднее, скажу, что в мире продано уже 5 миллионов экземпляров моих книг, это хороший доход, но это гораздо меньше, чем я зарабатывал в IT. CEO успешной IT-компании за год зарабатывает больше, чем я за всю свою семилетнюю писательскую карьеру.

Боюсь, что для российского рынка ваша история успеха тоже звучит как фантастика. Потому что рынок в стагнации, стартовые тиражи в среднем 3000 экземпляров... Кроме того, мировые издатели не будут биться за российскую рукопись, пока она не переведена на английский, а для этого должен быть большой успех на родине.

Понимаете, я уже был состоятельным человеком, когда пошел учиться сценарному мастерству. Я продал основной бизнес, чтобы сосредоточиться на творчестве, это было мое осознанное решение. Я хотел изменить стиль жизни и мог себе это позволить. Продажа бизнеса обеспечила мне финансовую независимость. Кроме того, я продолжал давать частные бизнес-консультации, и у меня есть еще два неплохих источника дохода. Мне не нужно было, как моим однокурсникам, писать по ночам, днем зарабатывая на жизнь на низкооплачиваемой работе. Налицо преимущество возраста и опыта: дал одну консультацию — обеспечил 10 дней свободного творчества (смеется). К тому же жизненный опыт дает еще одно конкурентное преимущество: тебе не нужно высасывать из пальца характеры героев. 20-летний студент напишет: «мистер Симсион, глава IT-компании», и за этим не будет стоять человека, потому что он слабо представляет себе жизнь и проблемы босса. Я же легко передаю характер персонажа через детали, потому что знаю, как это устроено. Именно поэтому людям моего возраста так легко писать современную прозу про сегодняшний день и насущные проблемы обычных людей, а не фантастику про киборгов и космических пришельцев.

Какие у вас отношения с Россией и русской литературой?

У меня есть компания — Roy’s Antiques, которая занимается антиквариатом. Мой хороший друг отлично разбирается в антиквариате, это его страсть, но у него не было денег, чтобы открыть собственную фирму. Поэтому я вложил средства и свой опыт бизнес-консалтинга, а он — свою экспертизу. Мы этим занимаемся уже тридцать лет, и наша фирма специализируется на русском серебре. В Австралии мы, наверное, основная компания, которая занимается русскими иконами, посудой. И на самом деле это тоже причина, по которой мы с женой приехали в Россию. Я-то уже бывал в Москве, правда, очень давно, в 1985 году, когда и погода, и правительство были совсем другими, а вот Энн никогда здесь не была. Поэтому когда оказалось, что у нас летом есть две свободные недели, она предложила поехать в Россию.

Удачно совпало, что «Триумф Рози» как раз вышел на русском языке. Я рад, что могу встретиться со своими читателями в Москве и Санкт-Петербурге. Мы с женой много путешествуем по всему миру и всегда обязательно заходим в книжные. И если выпадает возможность пообщаться с читателями. Я это очень ценю. Сейчас, когда онлайн-торговля набирает обороты, мне кажется особенно важным поддерживать обычные магазины, потому что это больше чем бизнес. Их атмосфера — часть книжной культуры, культуры чтения.

Новости партнеров