Унесенные Миядзаки. Как прославленный японец показал нам мир глазами ребенка

Getty Images
Getty Images
Фильмы Хаяо Миядзаки — шедевры художественной анимации, созданные с необыкновенной фантазией и любовью. А Студия Ghibli — это то самое место, где они появлялись. С разрешения издательства «Бомбора» Forbes Life публикует отрывок из книги «Студия Ghibli: творчество Хаяо Миядзаки и Исао Такахаты» о развитии студии и сложностях, связанных с фильмом «Мой сосед Тоторо».

Ходячий замок», «Унесенные призраками», «Мой сосед Тоторо», «Навсикая из Долины ветров» — интеллектуальные, страстные и сложные мультфильмы студии Ghibli — называют национальным достоянием Японии. Их создатель Хаяо Миядзаки, получивший почетного «Оскара» за выдающиеся заслуги в кинематографе, считается легендой анимации. Сегодня созданная Миядзаки студия Ghibli — самая прибыльная анимационная компания за пределами Голливуда. Миядзаки основал Ghibli в 1985 году и пригласил Исао Такахату и продюсера Тосио Судзуки вместе работать над созданием анимационных фильмов, и делать их вне канона — как хочется. На студии царил дух свободы, творилось волшебство и создавались шедевры.

Всем, очарованным анимацией легендарного Хаяо Миядзаки издательство «Бомбора» подготовило настоящий подарок к майским праздникам. На русском языке впервые выходит книга «Студия Ghibli: творчество Хаяо Миядзаки и Исао Такахаты» с подробной историей всех новаторских произведений студии Ghibli и, конечно, с биографией их создателей. Это вторая книга о Хаяо Миядзаки, которая выходит в издательстве «Бомбора» уже издавались «Волшебные миры Хаяо Миядзаки». Но первая, в которой история успеха и история творчества рассказываются вместе. Колин Оделл, Мишель Ле Блан ищут ответы на вопросы об успехе компании в период господства Голливуда и Диснея и анализируют сквозные темы анимации Миядзаки через призму его жизни.

С разрешения издательства Forbes Life публикует отрывок из книги «Студия Ghibli: творчество Хаяо Миядзаки и Исао Такахаты» о развитии студии и сложностях, связанных с фильмом «Мой сосед Тоторо».

Оглядываясь назад, легко проследить, как Ghibli стала успешной, но ее путь не всегда был легок. Производство качественного анимационного фильма процесс затратный и растягивается на длительный срок. Одна-единственная неудача в прокате означала бы конец компании, и прошло еще несколько лет, прежде чем Ghibli смогла достичь планки финансовой безопасности. Несмотря на то, что ранние фильмы студии Ghibli теперь считаются классикой, они не дотягивали до кассового успеха «Навсикаи из Долины ветров». «Небесный замок Лапута» (1986) и выход сразу двух фильмов — «Могилы светлячков» (1988) и «Моего соседа Тоторо» — позволили неплохо заработать в прокате, но не стали звездными хитами. Приличную отдачу от картин студия начала получать лишь после выхода «Ведьминой службы доставки» (1989). Далее последовала серия чрезвычайно успешных фильмов, которые в сочетании с доходом, полученным после запоздалой положительной оценки «Моего соседа Тоторо», позволили достаточно крепко встать на ноги. Финансовые неудачи с экспериментами вроде телевизионного фильма «Здесь слышен океан» (1993) и амбициозной, полностью цифровой картины Такахаты «Мои соседи Ямада» (1999) оказались позади.

Студия Ghibli стала национальным достоянием, их фильмы часто возглавляли кассовые сборы в Японии, а популярность стремительно росла, в том числе и за рубежами островов, особенно после получения «Оскара» за фильм Миядзаки «Унесенные призраками» (2001). Одной из сильных сторон студии является разнообразие ее продукции. Западные представления об анимации обычно сводятся к тому, что этот формат больше всего подходит для детского или семейного рынка, и самыми популярными фильмами Ghibli остаются фантастические анимационные работы, но аниме — это удивительно многогранная форма искусства. Интересным аспектом, который западному зрителю может показаться странным, является то, что действие во многих из них происходит в реальном мире. Это общая черта аниме, в то время как в западном кинематографе такие истории чаще выходят в форме игрового кино. Студия создавала как оригинальные истории, так и экранизации в широком диапазоне жанров — фантастики, приключений, байопика или драмы, — как с очень простыми повествованиями, так и с невероятно сложными. С каждым разом фильмы Ghibli становились все более сложными и трудоемкими, и именно качество производства — приверженность студии художественному творчеству — обеспечивает то, что ее работы остаются вне времени. И это несмотря на то, что с момента основания Ghibli методы создания анимации сильно изменились.

Мы намеренно не снимаем сиквелы к успешным фильмам… Хорошо это или плохо, но мы не ищем легких путей. Во время создания картины мы работаем со всем усердием и желанием раздвинуть границы возможного. Наша цель — это создание достойной анимации, которая несет в себе определенный посыл.

Каждый режиссер студии разрабатывает сюжеты по темам, которые интересуют его лично, но сила их фильмов заключается в четкой способности рассказать историю, и рассказать ее хорошо. Хотя студия создавалась с целью развития новых талантов, большинство ее проектов — картины основателей.

Миядзаки остается самым известным режиссером Ghibli, и легко понять почему. Его фильмы удивительно изобретательны, а полет воображения неизменно вызывает у зрителя изумление. Работая преимущественно в жанре фэнтези (за исключением фильма «Ветер крепчает» (2013), где все равно ощущается торжество фантазии), Миядзаки поясняет, что радость анимации заключается в возможности создавать новые миры: «Если бы меня попросили в двух словах изложить свое мнение о том, что такое анимация, я бы сказал, это значит, что «я могу создать все, что угодно».

Фильмы Миядзаки прекрасно проработаны, а его режиссерский стиль необычайно своеобразен. Его очень практический подход к творческому процессу предполагает традиционные методы анимации — он рисует раскадровку своих рассказов карандашом на бумаге. Хаяо не использует сценарий; повествование развивается в раскадровках, и часто он до последнего не знает, куда будет двигаться сюжет. Режиссер понимает, как важно, чтобы миры, которые он создает, были реалистичными (даже в фантастическом контексте) и чтобы зрители в них верили. Миядзаки часто призывает зрителей думать по-детски, независимо от возраста его главных героев: исследовать и подвергать сомнению мир, который он сам создал. Взрослым, возможно, придется отбросить логику и принять его альтернативное, но четко определенное видение. Миядзаки часто дурачит нас. Он помещает свой сюжет якобы в реальном мире, а затем требует, чтобы мы отвергли свои представления о физике, биологии и географии, хотя бы для того, чтобы понять тот мир, куда он нас приглашает, даже если он и кажется нам знакомым. В интервью журналу Midnight Eye в 2002 году режиссер заявил: «Я стараюсь глубоко копаться в колодце своего подсознания. В определенный момент этого процесса крышка открывается, и высвобождаются очень разные идеи и видения». Фильмы Миядзаки обладают честностью, которая делает правдоподобными даже самые счастливые концовки, потому что они не умаляют остальных событий в повествовании. Западное кино в жанре фэнтези зачастую требует как сильного повествования, так и понятной концовки, плюс подтверждения того, что героев ждет светлое будущее. Хотя у большинства фильмов Миядзаки оптимистичные концовки, они не всегда предполагают легкий выход, поскольку события прошлого уже не отменить, и главные герои должны стремиться к успеху в своей будущей жизни. Персонажи Миядзаки многогранны, их нельзя изобразить как «хороших» или «плохих»; его «злодеи» не совсем злодеи, это сложные герои с правдоподобными мотивами, если таковые вообще присутствуют. Например, в «Моем соседе Тоторо» нет персонажей с отрицательными чертами характера. Кроме того, многие из главных героев Миядзаки — независимые и очень способные девушки или молодые женщины.

Сацуки и ее младшая сестра Мэй переезжают вместе с отцом в старый загородный дом, ближе к больнице, где лежит мать. По сравнению с городской квартирой дом кажется огромным, и девочки приходят в восторг, когда узнают, что в доме могут жить привидения. Вот здорово! Это, конечно, похоже на правду: всякий раз, когда в комнате зажигается свет, из нее разбегаются чернушки, а желуди то и дело появляются в самых неожиданных местах. Однажды любопытная Мэй встречает странное существо и решает последовать за ним, но, поняв, что за ним следят, снежно-белый зверек исчезает. Нисколько не смущаясь, Мэй следует за другим существом, маленьким Тоторо, несущим мешок желудей, по коридору из подлеска, который образует проход под кроной огромного камфорного дерева, возвышающегося над лесным горизонтом. Там, в норе, лежа на спине, храпит огромный Тоторо. Он медленно просыпается, когда понимает, что восторженная Мэй сидит у него на животе. Мэй убеждает сестру, что эта встреча была на самом деле, и они вместе с отцом поклоняются гигантскому дубу, чтобы выразить свое почтение духу леса. А девочки вместе с большим Тоторо и маленькими тоторо видят, как всходят семена, и исполняют танец с поклонами. Так начинаются их приключения с лесными духами.

«Мой сосед Тоторо», один из самых очаровательных и волшебных фильмов за всю историю анимации, как это ни удивительно, вызвал у создателей большие трудности еще на этапе планирования. Студия Ghibli тогда еще не была самостоятельной, и для съемки новых фильмов ей требовались инвестиции, так что создатели фильма искали поддержки. Когда «Тоторо» существовал на уровне идеи, потенциальные спонсоры отстранились от проекта: это слишком детский фильм, где нет ни реального конфликта, ни действия, — кто захочет его смотреть? Наконец проект получил зеленый свет, когда Такахата согласился выпустить в паре с ним «Могилу светлячков». Спонсоры делали ставку на два продукта: один рискованный проект, который они хотели воплотить, второй — фильм Миядзаки «для маленьких детей». Они полагали, что все равно получат какую-то прибыль, даже если «выстрелит» только один из них. Таким образом, создатели задумали самый эмоционально неоднозначный двойной релиз в истории; за три часа душераздирающей боли и радости в кинотеатре не оставалось никого, кто бы не заплакал.

«Могила светлячков» получила широкое международное признание критиков, а нежно любимый проект Миядзаки изначально предназначался для видео и дневного телевидения. Однако, когда «Мой сосед Тоторо» вышел, он не канул в забвение как очередной коммерческий проект, а стал расти, подобно семенам, посаженным Мэй и Сацуки. И когда сказка о лесных духах укоренилась в национальном сознании, Ghibli превратилась в цветущую стабильную компанию. Всем хотелось приобрести собственного Тоторо, и наконец студия согласилась выпустить ряд брендированной продукции. До этого момента было лицензировано лишь небольшое количество товаров с символикой фильмов Ghibli: изначально планировалось получение прибыли исключительно от фильмов. «Тоторо» показал, что, при правильном выборе партнеров и полном контроле над тем, какую продукцию выпускать, эта самая продукция может обеспечить стабильную дополнительную прибыль, необходимую для финансирования будущих проектов. Ghibli попрежнему жестко контролирует лицензии на продукцию, а ассортимент товаров с изображением Тоторо просто ошеломляет — от мягких игрушек до ремешков для мобильных телефонов, календарей, часов, окарин, галстуков, игральных карт, зажигалок и канцелярских принадлежностей.

Почему этот детский фильм оказался таким волшебным? Прежде всего благодаря натурализму и вере в чудо, которую он дарит. Он дает возможность прочувствовать связь с окружающим миром. И то, как реалистичные персонажи взаимодействуют с природой, отличает его, например, от «Инопланетянина» (1982), который был самым кассовым фильмом в Японии и который часто сравнивают с «Тоторо». Мэй, Сацуки и даже соседский мальчик Канта — все они очень реалистичные персонажи, далеко не приторные «добрые» герои, которыми перенасыщено детское кино. Когда мы впервые видим девочек, они пытаются спрятаться от велосипедиста, пока наконец не понимают, что он на самом деле не полицейский. Они хорошие девочки, помогают отцу по хозяйству и наслаждаются жизнью в любящей семье. Именно мелкие детали их повседневной жизни — семейное купание, восторг Сацуки, когда мать расчесывает ей волосы, — делают фильм таким настоящим. Еще этому способствуют детали изображения природы — как Мэй наблюдает за головастиками, как шелестят деревья, — связывающие фильм с реальностью, пусть и ностальгической сельской реальностью. Появление лесных духов в такой обстановке создает ощущение чуда, но при этом кажется совершенно естественным, будто так и должно быть, потому что эти духи не являются сверхъестественными или внеземными. Несмотря на ощущение, что Мэй и Сацуки могут видеть Тоторо только потому, что они еще дети, есть также подтекст, что они видят его потому, что уважительно относятся к естественному порядку вещей. Они склоняются перед священным деревом — «когда-то деревья и люди были добрыми друзьями» — и не испытывают страха перед миром духов, а совсем наоборот. Принимая это, зритель попадает в мир, который остается невидимым для нашего циничного взора за пределами экрана.

«Мой сосед Тоторо» — это не просто детский фильм, он позволяет взрослым взглянуть на мир глазами ребенка. Миядзаки приглашает нас в этот мир, постепенно открывая нам глаза и усиливая проявления волшебства. Сначала мы встречаем «сусуватари», или чернушек (угольно-черные шарики пыли с любопытными, но нервными глазами), которые скрываются в углах заброшенных домов, пока новые владельцы не выпустят их в лес. Затем мы видим маленьких тоторо перед встречей с самим Тоторо. Тоторо — огромное, пушистое, серое существо с заразительной ухмылкой. Несмотря на дружбу, которая возникает между Тоторо и девочками, он не кажется фигурой, к которой можно относиться легкомысленно, его первоначальное любопытство по отношению к Мэй перерастает в дружбу, лишь когда он понимает, что девочка относится к нему уважительно. Могучий рев и магическая сила Тоторо говорят о том, что он может быть не только замечательным другом, но и грозным врагом. В этом и заключается красота фильма — соблазн природы, которая может быть одновременно прекрасной и пугающей.

Безграничная изобретательность в картине взлетает еще выше с появлением некобасу — котобуса, улыбающегося многоногого кота с глазами-фарами, который отчаянно мчится по небу. Пассажиры заходят в котобус через дверь, которая волшебным образом появляется у него в боку. Девочки впервые видят этот мчащийся транспорт, когда ждут своего отца на автобусной остановке под дождем. К ним присоединяется Тоторо, и девочки дают ему свой зонтик, когда его собственный, из лопуха, оказывается бесполезен. Это культовый момент фильма — девочки и Тоторо молча стоят под проливным дождем. Первым в безудержный котобус садится Тоторо, и девочки с удивлением наблюдают за ним. Позже, в одной из многих захватывающих сцен полета, они сами становятся пасажирами и даже навещают мать, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Миядзаки передает отношения через образ и движение; Тоторо не говорит на языке Мэй и Сацуки, и их общение происходит исключительно через естественное взаимодействие и взаимопонимание.

«Мой сосед Тоторо» — маленький, очень личный фильм Миядзаки (многие отмечали сходство с его собственным детством, когда болела его мать), который стал настоящим национальным стандартом. Сам Тоторо стал талисманом Ghibli, и его внушительный, но добрый профиль появляется перед каждым фильмом студии, а маленький Тоторо выступает в качестве логотипа компании, одновременно простого, но с характером. Мэй, уверенно шагающая по направлению к камере, запускает множество рекламных акций компании. И в довершение всего есть даже настоящая «родина Тоторо» — район холмов Саяма, сохраненный фондом Totoro no Furusato — благотворительной организацией по защите природы Японии. Свой первый участок земли фонд получил в 1991 году (лес Тоторо № 1), и с тех пор он расширяется, показывая, что лес Тоторо расширяется и тем самым не влияет на урбанизацию, а препятствует ей.