Визитная карточка дремучей России: что происходило с животными в закрытых на карантин цирках

Фото Дмитрия Рогулина / ТАСС
Фото Дмитрия Рогулина / ТАСС
В цирках наравне с людьми работают и животные, которых, в отличие от артистов, нельзя перевести в режим самозанятости. Forbes Life выяснил, что происходило за кулисами манежа в последние месяцы

Российский цирк оказался одной из наиболее пострадавших от пандемии сфер деятельности, ведь, помимо большого штата артистов, цирк в нашей стране — это, как правило, еще и животные. Государственные цирки закрыты, представления отменены, билеты зрителям возвращены. Частные цирковые компании в большинстве своем разорены. У цирков нет денег на то, чтобы содержать дорогие аттракционы с животными. Оттого, что нет денег, нет возможностей развиваться, создавать новые программы. И в период карантина давно назревшие проблемы стали еще более очевидными. 

Пока цирк закрыт, кто на манеже?

На момент начала пандемии российская цирковая система была устроена следующим образом. Во главе — основанная в 1919 году государственная компания «Росгосцирк», которая объединяет 38 из 42 существующих в стране стационарных цирков (и еще пять передвижных шапито), а также около 4500 сотрудников и почти 1500 животных более 80 видов. Кроме того, существуют прокатные организации, создающие программы и шоу с участием как собственных артистов, так и сотрудников «Росгосцирка». Большой московский цирк, которым с 2012 года руководят Эдгард и Аскольд Запашные недавно перешел из федерального в городское подчинение. И частные цирки, от маленьких семейных (до недавнего времени в стране их работало около 200) до Московского цирка Никулина на Цветном бульваре или «Упсала-цирка», цирка для хулиганов, который базируется в Петербурге и занимается социализацией детей и подростков, находящихся в трудной жизненной ситуации.

И в «мирное» время, при полном зале, показы не окупаются. Программы «Росгосцирка» находятся в удручающем состоянии, в них не вкладывали средства много лет

Все они сейчас переживают непростые времена, в большинстве своем справляются в одиночку, хотя согласно распоряжению правительства, помощь должна быть предоставлена абсолютно всем (и Минкульт разработал программу по поддержке частных цирков). Пока «Росгосцирк» настаивает на том, что может взять на себя заботу лишь о тех, кто состоит в штате, так как помимо артистов ему надо заботиться о кормлении и выгуле животных, содержать здания (кроме цирков компании принадлежит более 30 гостиниц и общежитий по всей стране), выплачивать коммунальные платежи. Прокатчики в ответ на требование платить зарплату занятым в их программах артистам «Росгосцирка» и оплачивать содержание животных возмущаются и пишут письма в Минкульт, так как считают, что подобная политика приведет к их полному разорению. Мелкие игроки терпеливо ждут, когда наконец закончится карантин, и они смогут давать представления, чтобы хоть как-то расплатиться с долгами.

Вот что говорит о сложившейся в цирках страны ситуации бывший генеральный директор «Росгосцирка» Александр Калмыков: «Мы читаем в сетях крики о помощи. Артисты с детьми оказались в труднейшем положении. Более того, многие из них разъехались по домам, то есть нарушен регулярный репетиционный процесс. После длительного простоя им будет очень трудно возвращаться в нормальную форму. Особенно групповым номерам». 

Главный режиссер «Росгосцирка» Юрий Квятковский, а также помощник художественного руководителя театра «Практика», не видит в ситуации трагедии: «Все артисты получают базовую зарплату, это примерно 20 000 рублей. Как только возобновятся репетиции, базовая ставка повысится. Всех животных кормят. На это уходят огромные средства. Это примерно 10 млн рублей в месяц. Животных регулярно выводят на прогулки по манежу. По предложению Минкульта «Росгосцирк» взял в штат несколько независимых артистов, в том числе с животными, чтобы поддержать тех, кто остался без дохода. Естественно, все артисты прошли отбор и теперь будут работать в спектаклях. Из общего числа приславших заявки в штат зачислили около 30% обратившихся за помощью (среди них ушедшие несколько лет назад в результате конфликта с предыдущим руководством представители известной цирковой династии Федотовых-Нестеровых и их шесть тигров, белый носорог, таксы, бобтейлы, шелти и пудели, которым ежедневно требуется 40 кг мяса, 30 кг сена, 5-6 кг фруктов и овощей. — Forbes Life).

Сейчас мы просим Минкульт разрешить нам после выхода из карантина не прокатывать программы в пустых залах. Для бюджета «Росгосцирка» это будут серьезные издержки, учитывая, что и в «мирное» время, при полном зале, показы не окупаются. Программы «Росгосцирка» находятся в удручающем состоянии, в них не вкладывали средства много лет. Сегодня у нашей новой команды возникла отличная возможность исправить ситуацию. Мы разрабатываем программы под руководством лучших театральных режиссеров и художников. Работа идет активно, и после карантина появится шесть  обновленных программ в дополнение к десяти старым. Но чтобы реформировать весь конвейер, нужны дополнительные средства. Если сейчас потратить государственные деньги не на прокат старых программ, а на создание новых, мы сможем обновить репертуар». 

Цирк с конями: а платит кто?

Обновления программ в российском цирке — вопрос стратегический. На Западе цирк больше 30 лет развивается как симбиоз театра, мультимедиа, перформативных практик, пластической драмы и контемпорари дэнс и к сегодняшнему дню практически полностью отказался от номеров с животными (представления с участием животных запрещены почти в 50 странах мира. — Forbes Life), российский цирк пребывает в жанровой стагнации. В 1984 году в Канаде возник Cirque du Soleil, изменивший представления о том, что такое современный цирк,  в 1993-м — Eloise, в 2002-м — компания 7 Fingers, с ними работают ведущие театральные режиссеры современности Робер Лепаж и Даниэле Финци Паска. В Европе развиваются направления «нового цирка», придуманного когда-то дочкой Чаплина Викторией и ее супругом Жаном-Батистом Тьерри, или знаменитый конно-философский цирк «Зингаро» Бартабаса. В России это по-прежнему шоу, построенные по принципу гала-концерта, и та самая дрессура, против которой так яростно борются во всем мире.

Поддерживать сейчас цирки — значит не решать проблему, а продлевать агонию зверинца

Ситуация с животными в российском цирке сродни «казнить нельзя помиловать». И обойтись без животных нельзя, на номерах с дрессурой основана экономика цирковых спектаклей, и продолжать дальше год от года становится все бессмысленнее. Есть несколько компаний, которые могут обходиться без номеров с животными, например московский «Антикварный цирк» и санкт-петербургский «Упсала-цирк», но их можно по пальцам пересчитать. «Росгосцирк», например, даже помыслить об отказе от дрессуры не может. «В компании творческий кризис. Сказывается хроническое отсутствие средств на создание новых номеров. Плюс эстетическая революция зрелищных искусств, которая проходит сегодня в мире, никак не коснулась «Росгосцирка», рассказал Forbes Life бывший руководитель «Росгосцирка» Александр Калмыков: «На цирк надвигается «волна», охватившая уже практически все цирки мира, — «цирк без диких животных», — но наша компания к этому не готова. Номера с животными занимают в ней мощный процент и являются безусловной основой цирковой экономики. То есть надо или серьезно, не по-детски, противостоять этой «волне», или, сложив лапки, ждать, пока она всех накроет».

По словам Владимира Шемякина, кризисного менеджера, с осени 2019 года генерального директора «Росгосцирка», отказываться от номеров с животными не нужно, достаточно изменить отношение к четвероногим артистам и сделать дрессуру более гуманной. По мнению Сергея Середы, главного врача Цирка на Цветном бульваре, вопрос обращения с животными в цирке — вопрос индивидуальный, ведь «у хорошего хозяина всегда все будет хорошо, а если хозяин нерадивый, то и животные будут неухоженные». 

Помощь требуется медведям, рысям и змеям, застрявшим в Туле, тиграм и львам, застрявшим в Тамбове, оленям, страусам и леопардам в Омске

«Карантин только усугубил то, что должно было произойти, поэтому сейчас цирки взвыли и закричали: «Караул, мы помираем, дайте денег!» И наше Министерство культуры планирует или уже даже выделило средства этим бродячим концлагерям, которые вообще-то с начала года должны были быть закрыты согласно закону «Об ответственном обращении с животными», — говорит Ирина Новожилова, президент центра защиты прав животных «Вита». —  Мы готовим письмо в Минкульт: не надо тратить на них деньги, а, наоборот, следует срочно изъять животных и перераспределить высвободившиеся миллиарды на строительство реабилитационных центров и приютов, чтобы размещать там несчастных «конфискатов» (как это происходило во всем мире, когда началось движение против цирков с животными). Жить в дикой природе цирковые животные уже не смогут, выпускать их можно только в контролируемые человеком места, вольготные, с травой и зимними укрытиями. Как только владельцы откажутся от прав на цирковых животных, звери автоматически поступят на баланс муниципального департамента природопользования. И тех средств, которые цирк сейчас выкачивает из государства, вполне хватит на содержание животных». 

«Передвижные цирки, океанариумы, дельфинарии, экзотариумы будут закрываться, так как многие еще до карантина работали в убыток, а сейчас разорятся, — уверена Ирина Новожилова. — Поддерживать сейчас цирки — значит не решать проблему, а продлевать агонию зверинца. Не целесообразнее ли остановить этот поток, прекратить эти бесконечные гастроли, когда животных везут в узких, не приспособленных для них вагонах, перестать содержать заведения, которые служат наглядным примером бескультурья с примитивным, пошлым и потребительским отношением к животным».

Сейчас получить поддержку от государства, объявившего цирки, дельфинарии, океанариумы и зоопарки одной из наиболее пострадавших отраслей, не так и просто: нужно не только иметь статус юридического лица, но и соответствующий общероссийский код вида экономической деятельности. Так что активисты бьют тревогу: помощь требуется медведям, рысям и змеям, застрявшим в Туле, тиграм и львам, застрявшим в Тамбове, оленям, страусам и леопардам в Омске.

В Московском цирке Никулина на Цветном бульваре заложниками карантина оказались животные-иностранцы. «К счастью, в нашей нынешней программе «Фантастика» не так много животных, как в предыдущей («Бурлеске» Королевского цирка. — Forbes Life). Сейчас у нас сего 27 лошадей, десять тигров и собаки, но все равно в месяц это выливается примерно в 3 млн рублей только на кормление, — рассказывает Forbes Life Юрий Никулин, руководитель отдела рекламы и спецпроектов цирка Никулина. — Так как программа итальянская, многие из этих животных приехали из Европы, и на их отправку обратно понадобится большая сумма, не говоря уже о сложной логистике. Пока иностранные артисты не могут уехать домой и сидят в съемных квартирах, мы, естественно, оплачиваем проживание и кормим их животных. Когда карантин только начался, у нас прошло собрание с артистами, где мы решали: или уходить на репетиционный период, или закрывать программу. Все выбрали репетиции. Штатные артисты цирка тоже полностью на нашем попечении с того момента, как в срочном порядке вернулись с гастролей. Штат в  нашем цирке считается не по людям, а по номерам. Сейчас у нас около 150 номеров. Плюс административный и технический персонал, это еще 250 человек, все они получают зарплату в обычном режиме.

Мы — частный цирк, государственной поддержки у нас нет, все, что мы зарабатываем, — это доходы от продажи билетов. В этом году мы планировали закрыться в сентябре и уйти на длинные каникулы, чтобы к столетию Юрия Владимировича Никулина, которое будет отмечаться в следующем году, провести ремонт, но теперь про закрытие сезона ничего непонятно, а ремонт отложился на неопределенный срок. Слава богу, пока цирку хватает сбережений. На них и живем. Под категорию «малого и среднего бизнеса» мы не подпадаем, но пишем письма во все инстанции, отправляем документы с цифрами наших затрат и прежними показателями доходов-расходов. Помочь обещали, но пока что-то прогнозировать сложно».

Непросто приходится и Большому московскому цирку. Говорит художественный руководитель Аскольд Запашный: «Будучи самым крупным цирком в Европе, мы, конечно, имеем определенную подушку безопасности, так как несмотря на то, что мы государственное учреждение, работаем фактически на полном самообеспечении. К счастью, пока у нас есть необходимые средства, чтобы содержать и людей, и животных. Изменений в штатном расписании, увольнений или сокращений заработной платы у нас не было. Но, конечно, вопрос в том, сколько продлится карантин, ведь главная наша статья доходов — зрители. Вообще у цирков больше проблем, чем у всех других учреждений культуры, потому что если человека можно перевести на режим самообеспечения, то с животным сделать это невозможно. Сейчас у нас в цирке находится около ста животных, из них 15 хищников, полная конюшня лошадей, 15 коз, два состава собак и морские животные-гастролеры».

Идите вы в цирк!

Пока специалисты делают прогнозы, сколько еще сможет просуществовать российский цирк без принципиальных изменений, активисты ищут средства на содержание животных, артисты участвуют в спущенных «сверху» активностях вроде проекта #скучающийфлешмоб. Иностранные коллеги тоже изо все сил пытаются спасти свои цирки от разорения и ищут пути выхода из сложившейся ситуации. Когда Cirque du Soleil, вынужденный отменить 44 представления по всему миру и уволить 95% персонала (а это 4769 сотрудников), объявил, что его общий долг составляет более миллиарда долларов, на помощь ринулись основатель цирка Ги Лалиберте, в 2015 году продавший акции группе инвесторов, а теперь готовый приобрести цирк обратно, и правительство канадской провинции Квебек. 

В Бельгии, переживающей настоящий бум «нового цирка» (в стране сейчас осталось всего несколько традиционных семейных цирков, где работают лишь с пони), артисты, которые не получают пособие по безработице или другую материальную поддержку от государства, пытаются договориться с правительством об облегчении процедуры оформления статуса «независимого художника» и одновременно инициируют небольшие уличные «подпольные» фестивали. 1 июня в Бельгии государство удвоило финансирование всего культурного сектора. По всей видимости, цирк, в последние годы ставший в Европе и Канаде местом генерации новых творческих идей и смыслов, сохранит свои лидирующие позиции. 

По мнению Елены Польди, режиссера и одной из создательниц «Антикварного цирка», много лет работавшей в «Росгосцирке» и в цирке на Цветном бульваре: «Цирк с дрессурой неконкурентоспособен на мировой арене, мешает развитию других цирковых форм. Оставаясь «территорией потерянного смысла и невнятной эстетики, он не дает ни культурного, ни социального отклика на современную действительность». 

Президент центра защиты прав животных «Вита» Ирина Новожилова считает, что российскому цирку не вырваться из творческого пике, не найти новых смыслов до тех пор, пока на манеж выходят дрессировщики с животными: «Мощное лобби представителей династий дрессировщиков давит любые инициативы по созданию альтернативного цирка, и отечественного, и иностранного. Но сегодня цирк с животными — не визитная карточка России, а визитная карточка нашей дремучести. На сегодняшний день уже 111 городов России присоединились к акции протеста против цирка с животными».