«Наступил крах музейной экономики»: к чему приведет запрет на выставки и экскурсии в Москве

Фото YURI KOCHETKOV / ТАСС
Фото YURI KOCHETKOV / ТАСС
Forbes Life спросил у директоров государственных и частных музеев Москвы, что означает для них распоряжение мэра Москвы о временном прекращении культурных, выставочных, просветительских мероприятий с участием зрителей

«С 13 ноября 2020 года по 15 января 2021 года включительно приостановить проведение временных экспозиций и выставок, проведение групповых экскурсий, а также досуговых, зрелищных, культурных, просветительских и других мероприятий», — говорится в приказе министра культуры РФ Ольги Любимовой. Среди музеев федерального подчинения, которых касаются новые меры — Третьяковская галерея, ГМИИ им. Пушкина и Музеи Московского Кремля. 

Этот приказ Минкульта последовал за распоряжением мэра Москвы Сергея Собянина, где в частности, говорится: «Временно приостанавливается проведение культурных, выставочных, просветительских, досуговых, развлекательных, зрелищных и аналогичных мероприятий с участием зрителей». При этом о закрытии, собственно, музеев — в обоих приказах ни слова. О том, что это значит, Forbes Life спросил у руководителей самих музеев.

«Музей сейчас — одно из самых безопасных мест на планете»

Марина Лошак, директор ГМИИ им. Пушкина

«Музей будет открыт. Это позитивная новость. Мы давно существуем в двух реальностях, онлайн и офлайн. Но это принципиально важное условие — иметь возможность прийти в музей, увидеть живое пространство. Даже на лекции в зале, которая транслируется онлайн, должны сидеть хотя бы несколько человек, — это создает совершенно иной настрой, чем неодушевленное пространство. У  нас в музейных залах, кстати, потолки 11 метров, мы строго контролируем число посетителей и на основной экспозиции, и на выставках, поэтому музей сейчас — одно из самых безопасных мест на планете. 

Мы пытаемся донести свою позицию, работаем над разъяснениями ситуации. Но пока, я вынуждена сказать, не знаю, как мы сможем открыть 1 декабря «Декабрьские вечера». Фестиваль невозможен без выставки. А выставки все отменены. 

Наступил крах музейной экономики. В последнее время, до пандемии, музей научился зарабатывать до 50% cвоего бюджета на входных билетах, на продукции музейного магазина (у нас мощный мерчандайзинг), экскурсиях и образовательных программах. Сейчас все это рухнуло. Музей, устроенный по схема «бизнес и миссионерство», превращен исключительно в миссионерскую организацию». 

«С тревогой следим за нарастающей волной заболеваемости»

Наталия Опалева, генеральный директор Музея AZ

«Новость о закрытии музейных выставок была ожидаемой, хотя лично у меня была слабая надежда, что будут введены дополнительные ограничительные меры, но все-таки культурная жизнь не заглохнет совсем. Мы все с тревогой следим за нарастающей волной заболеваемости и, конечно, будем выполнять все требования мэрии Москвы, что делали и ранее. Но, несмотря на режим сеансов и строгое ограничение по числу посетителей музея, выставку «Выбор Костаки» посетило около 8 000 человек. 

К Новому году мы планировали открыть новую выставку Татьяны Черновой «Благая весть», но в сложившихся обстоятельствах сделаем это в онлайн, когда проект будет смонтирован. В данный момент мы надеемся открыть выставку «Благая весть» 15 января 2021 года и дать возможность зрителям увидеть его в течение последующих двух недель». 

«Закрытие выставок —  мера абсолютно не продуманная»

Наталья Литвинская, основатель Центра фотографии им. братьев Люмьер

«Закрытие выставок —  мера абсолютно не продуманная, я солидарна с Мариной Девовной Лошак, которая вчера уже прокомментировала этот приказ. Соблюдение дистанции и всех необходимых норм решается в выставочных пространствах, почему были выбраны именно мы для введения усиления ограничений, мне искренне не понятно. Музеи до сих пор не ожили от того, что произошло с нами весной. 

Любая выставка — это  длинные инвестиции, рассчитанные на период 3-4 месяца. Мы открыли несколько дней назад новый проект, который не сможет окупиться в силу введенных ограничений. Впереди новогодние праздники, и, не скрою, мы живем полгода на деньги от посещаемости в этот период. Все это, к сожалению, говорит, что решения принимаются, не считаясь с тем, как устроена экономика музеев и галерей. Я не хочу сравнивать наш бизнес с другими, но в очередной раз понимаю, что искусство было всегда для нашего города на последнем месте».

«Мы рады, что музей не закрывают»

Зельфира Трегулова, директор Третьяковской галереи 

«Указ мэра Москвы вышел в тот момент, когда мы открывали обновленную экспозицию авангарда в залах на Крымском валу. У нас как раз закончился ремонт крыши с заменой труб ливневого стока. Это четвертый вариант экспозиции, представленный нами за год. Вариант самый зрелищный, показывающий русский авангард от «Купания красного коня» Петрова-Водкина до двух «Черных квадратов» Малевича, 1915 и 1929 годов, — часть нашей основной экспозиции.  

Мы благодарны Минкульту и мэрии за возможность не закрывать двери музея. В настоящий момент и без новых ограничительных мер у нас только 25% основного потока посетителей. Зрители старшего возраста, 65+ почти не приходят в музей, больше нет школьных групп. Мы больше не проводим экскурсии

Музей сегодня — весьма безопасное место. Все зрительские потоки скоординированы в одном направлении. У смотрителей — пластиковые щитки, маски и перчатки. Мы настоятельно просим посетителей надевать маски и соблюдать дистанцию. 

Мы рады, что музей не закрывают. Что в это непростое время у людей есть возможность придти в музей и вступить в эмоциональный диалог с подлинником, — получить эту невероятно важную эмоциональную подпитку. А сейчас, когда число посетителей строго ограничено по сеансам, у каждого есть возможность сконцентрироваться на диалоге с искусством, смотреть шедевры ровно столько, сколько нужно, без спешки и толкотни». 

Ольга Свиблова, директор МАММ

«Закрывать или не закрывать музеи, решение принимает вице-мэр Наталья Сергунина в Zoom с директорами московских музеев. Но если музей закроют, я не вижу в этом большой проблемы. К нам сейчас приходит 4/5 обычной аудитории: максимум 700 человек в выходные вместо традиционных 2500 тысяч посетителей. Мы не можем использовать тач-скрины, наушники, — запрещено все из области тактильных контактов. 

И музеи, и люди приспосабливаются к ситуации. Научились покупать электронные билеты в музей по сеансам. Но выручка у музея очень небольшая, — ее едва хватает на оплату освещения. А перед музеями, как и перед бизнесом, стоит задача цифровой трансформации. Мы учимся работать онлайн. Это огромный челлендж. Первый большой урок мы получили во время весеннего карантина. Мы учли свои ошибки: в Ночь искусств на четырехчасовую трансляцию у нас была 341 000 онлайн-посещений. В обычном режиме, на Ночь музеев и Ночь искусств к нам приходят до 10 000 человек, — но мы работаем до 4 утра. 35% нашей онлайн-аудитории — регионы. У нас появились посетители из-за границы. Сейчас мы думаем, как проводить трансляции с английскими субтитрами, как сделать наш ресурс двуязычным. 

Мы только открыли девять новых выставок. Сейчас будем их отрабатывать, готовить людей к тому, что они увидят в музее. Показывать выставки глазами разных людей.  Вопрос в том, как передать онлайн наши супермонтажи. Нам нужно осваивать 3D-моделирование, чтобы показывать не только работу, но изменение ее восприятия в пространстве, на разных расстояниях. Ведь выставка — это не информация. Это показ символического объекта, благодаря которому посетитель вступает в диалог сам с собой. И чем больше его знания о мире, об этом объекте, тем интереснее и насыщеннее диалог. 

Еще один вопрос: как пиарить онлайн? 70% посетителей наших выставок, те, кто приходят благодаря «сарафанному радио». Поэтому у нас всегда такие многолюдные открытия. Кто-то посмотрел, рассказал друзьям, пошла реакция. Онлайн пиарят в соцсетях. Но за них надо платить. 

В общем, как государства и крупнейшие компании, музеи вынуждены срочно решать вопросы цифровой трансформации, учиться жить онлайн. Потому что, если верить прогнозам, эта пандемия не последняя, уйдет ковид, придет другой вирус. Нам нужно научиться соблюдать необходимые меры безопасности, пользоваться санитайзерами и носить маски, так же как мы с детства учимся чистить зубы. Срок изоляции зависит от нас, нашей персональной ответственности, а не от власти».

«Будем придумывать что-то интересное»

Давид Якобашвили, основатель музея «Собрание»

«Сегодня утром появились рекомендации Министерства культуры,  в соответствии с которыми мы сейчас решаем, как трансформировать наши традиционные экскурсионные программы. Нужно действовать в существующих реалиях, обеспечивая все меры безопасности и для зрителя, и для сотрудников. В нашем случае, при площади постоянной композиции порядка 5 000 квадратных метров, когда в последнее время в один тур приходит не более 10 человек, обеспечивается и социальная дистанция, и маршрутизация. 

Вчера, после выхода указа мэра, начали думать о новых онлайн-программах, планируем делать совместные онлайн-проекты с другими музеями, из разных стран. Будем придумывать что-то интересное. В эту пятницу на платформе IVI выйдет музыкальный фильм с Хиблой Герзмавой «Классика и джаз», который снимался в музее «Собрание».

«Принятые меры в отношении выставочных пространств чрезмерны»

Стелла Кесаева, основатель Stella art foundation

«С самого начала пандемии Stella art foundation принимает все необходимые меры для максимальной безопасности посетителей наших выставок. Мы оснастили фонд санитайзерами и рециркуляторами воздуха. Все сотрудники носят маски и перчатки, нашим гостям мы также предоставляем бесплатные маски. Проводим санитарную уборку помещения в соответствиями в требованиями. Единовременно в Фонде не находится больше 25 человек, что означает, что на каждого посетителя приходится не менее 10 квадратных метров. 

Мне кажется, что принятые меры в отношении выставочных пространств чрезмерны. Ведь театры, кинотеатры и рестораны продолжают работать. На мой взгляд, выставочные пространства даже более безопасны для посещения, а для художников, музеев и частных выставочных фондов продолжать работу не менее важно, чем для актеров и режиссеров. Изучать, познавать и наслаждаться искусством онлайн не всегда возможно. Теряется та уникальная энергетика, которую зритель получает, общаясь с произведениями вживую».