Думай, как Илон Маск: почему мышление ракетостроителя приводит к успеху

Фото  Paul Hennessy / NurPhoto via Getty Images
Фото Paul Hennessy / NurPhoto via Getty Images
Бывший инженер NASA Озан Варол раскрыл принципы мышления ракетостроителей, которые можно применить для успеха в карьере и повседневной жизни. Его книга вошла в топ-20 бизнес-изданий 2020 года на Amazon, а мы предлагаем прочитать из нее главу

 

В книге «Думай как Илон Маск» автор поделился стратегиями, которые используют ракетостроители, чтобы генерировать и тестировать идеи, решать нерешаемое. Варол описал принципы мышления, которые помогли сделать великие открытия Альберту Эйнштейну, Николе Тесле, Илону Маску и другим мыслителям и изобретателям. И показал, как каждый может использовать эти уроки для успеха на любой работе и в жизни. C разрешения издательства «Бомбора» мы предлагаем читателям ознакомиться с главой из книги.

Один парень прославился в 1970-х годах, поднимая тяжести. Возможно, вы о нем слышали. Наверное, вы видели пару фильмов с ним. Может, он даже возглавлял ваш штат.

По словам Арнольда Шварценеггера, самое большое препятствие для успешной силовой тренировки — «это чересчур быстрая адаптация тела». Он пишет: «Если выполнять изо дня в день одно и то же количество упражнений, даже наращивая вес гантелей, рост мышц через какое-то время замедлится и вовсе прекратится, поскольку мышцы уже научились очень эффективно выполнять то, что от них ожидается».

Другими словами, у мышц есть память. После монотонной рутины они начинают думать: «Я точно знаю, через что ты заставишь меня сегодня пройти». «Сейчас ты встанешь на беговую дорожку и побегаешь минут тридцать, плюс-минус три». «Каждый понедельник ты будешь делать жим лежа и подтягивания», «Я тебя раскусил и справлюсь с этим». Предлагаемое Шварценеггером решение этого застоя состояло в том, чтобы встряхнуть мышцы — давать им упражнения различных типов, повторений и весов, к которым мышцы еще не приспособились.

Регулярность ведет к уязвимости. Нерегулярность ведет к проворству.

Мозг работает точно так же. Предоставленный самому себе, ваш ум стремится к наименьшему сопротивлению. Порядок и предсказуемость мешают творчеству, какими бы удобными они ни были. Мы должны провоцировать и шокировать свой разум точно так же, как Шварценеггер шокировал свои мускулы.

Нейропластичность действительно существует. Ваши нейроны могут перестраиваться и расти через дискомфорт так же, как и мышцы. Как объясняет ведущий специалист по нейропластичности Норман Дойдж, мозг может «менять собственную структуру и функционирование благодаря мыслям и действиям человека». Через повторы и подходы, мысленные эксперименты и прорывное мышление заставляют наш разум справляться с ежедневным трансом.

Вот почему невозможное было лучшим комплиментом, который можно было получить от нобелевского лауреата по физике Ричарда Фейнмана. Для Фейнмана невозможное не означало недостижимое или смешное. Скорее, это означало: «Ух ты! Вот что-то удивительное, что противоречит нашему обычному пониманию правильного. Это нужно понять!» Митио Каку, один из основателей теории струн, согласился бы с этим. «То, что мы обычно считаем невозможным, — не более чем инженерные задачи, — говорит он. — Никакой закон физики им не мешает».

Исследования подтверждают связь между когнитивными противоречиями и креативностью. Когда мы сталкиваемся с тем, что психологи называют угрозой смыслу — чем-то невразумительным — возникающее при этом чувство дезориентации может побудить нас искать смысл и ассоциации где-то еще. Как пишут Адам Морган и Марк Барден, идеи, которые кажутся противоречивыми, «сбивают нас с толку ровно настолько, чтобы начать соединять вместе новые синапсы». В одном исследовании чтение абсурдистского рассказа Франца Кафки, сопровождаемого столь же абсурдными иллюстрациями, повысило способность участников распознавать новые паттерны (то есть соединять яблоки и апельсины).

Нетворкинг на стероидах: главное о новой соцсети Clubhouse, которой пользуется Илон Маск

Один из способов встряхнуть свой мозг и генерировать безумные идеи — спросить, как бы выглядело научно-фантастическое решение? Вымысел переносит нас в реальность, сильно отличающуюся от нашей, даже без необходимости вставать с дивана. «То, что один человек способен представить в своем воображении, — сказал Жюль Верн, — другие вполне способны воплотить в жизнь». Мысленный эксперимент, который привел к появлению Интернета на воздушном шаре проекта Loon, возник будто прямо из книги Верна «Вокруг света за 80 дней». Другие его книги, включая «Двадцать тысяч лье под водой» и «Робур-Завоеватель», вдохновляли создателей подводной лодки и вертолета. Роберт Годдард, который изобрел первую ракету на жидком топливе, был потрясен «Войной миров» Герберта Уэллса, романом о вторжении марсиан, и решил посвятить свою жизнь тому, чтобы сделать возможным космический полет. Научный фантаст Нил Стивенсон был одним из первых сотрудников Blue Origin. Стивенсону было поручено придумать способы выхода в космос без обычных ракет (его идеи включали использование космических лифтов и лазеров, перемещающих космические аппараты).

Научно-фантастическое мышление не ограничивается одними крупными изобретениями. Представьте компанию, производящую детали для самолетов. Ее проверки были излишне долгими, прежде всего потому, что правильная установка камеры в деталь самолета занимала семь часов. Административный помощник, вдохновленный фильмом «Особое мнение», поставил мысленный эксперимент: «Почему бы нам не послать в эту часть корабля роботизированного паука, как в том фильме?» Технический директор был заинтригован. Он обдумал эту идею, и она впечатлила его. Это простое решение сократило время проверки на 85%.

Маск считает, что книги Айзека Азимова стимулируют его размышления о будущем (настолько, что в феврале 2018 года SpaceX отправила в космос трилогию «Основание» Азимова на борту корабля Falcon Heavy). В серии романов «Основание» провидец по имени Гэри Селдон предвидит темные века человечества и разрабатывает план колонизации далеких планет. «Урок, который я из этого извлек, — говорит Маск, — в том, что люди должны продлить цивилизацию, минимизировать вероятность наступления темных веков и сократить их продолжительность, если они все же наступят».

Людей, которые, как и Маск, исповедуют воплощение научной фантастики в реальность, часто называют неразумными. И Маск, безусловно, вносит свой вклад в поддержание этого образа. Каждый раз, открывая рот, он дает вам повод усомниться в себе. Вспоминая их первые встречи, аэрокосмический консультант Джим Кантрелл говорил, что считал, что Маск сошел с ума. Когда Маск впервые задумался о полете на Марс, он ни с того ни с сего позвонил Кантреллу, представился Интернет-миллиардером и рассказал о своих планах по созданию «межпланетного вида». Маск был готов прилететь к Кантреллу домой на своем частном самолете, но тот отказался. «По правде говоря, — вспоминает Кантрелл, — я хотел встретиться с ним там, куда бы он не мог взять с собой оружие». Так они встретились в зале ожидания аэропорта Солт- Лейк-Сити. Как бы дико ни звучало видение Маска, оно было слишком манящим. «Ладно, Илон, — сказал Кантрелл, — давай соберем команду и посмотрим, сколько это будет стоить».

Том Мюллер, один из основателей SpaceX, часто испытывал ту же реакцию на действия Маска. «Были времена, когда я думал, что [Маск] сошел с ума», — говорит он. Когда они впервые встретились, Мюллер был разочарованным ракетостроителем в TRW, крупной аэрокосмической компании, которую позже приобрела Northrop Grumman. Мюллер чувствовал, что его идеи о конструкции двигателей теряются в бюрократической волоките, и он начал разрабатывать двигатели в собственном гараже. Маск навестил Мюллера и спросил, сможет ли он построить дешевый, но надежный ракетный двигатель для SpaceX. «Как ты думаешь, насколько мы можем снизить стоимость двигателя?» — спросил Маск. Мюллер ответил: «Думаю, раза в три». Маск сказал: «Нам нужно в десять». Мюллер был уверен, что эта цифра была взята из головы. «Но в конце концов, — говорит Мюллер, — мы приблизились к его числу!»

Чтобы стать центром Вселенной, вы должны быть достаточно неразумными, чтобы думать, что можете ее дразнить. Неразумными? Этот ярлык часто применяется к тем, кто делает то, чего мы не понимаем. Было верхом безрассудства утверждать, что Земля круглая, а не плоская, или что она вращается вокруг Солнца, а не наоборот. Когда Годдард предположил, что ракеты могут работать в космическом вакууме, газета The New York Times его высмеяла. «Профессору Годдарду с его «кафедры» в колледже Кларка, кажется, не хватает знаний, которые ежедневно дают в старших классах», — писали в газете в статье 1920 года. (Позже редакция газеты извинилась перед Годдардом.)

Обещание Кеннеди добраться до Луны меньше чем через десять лет? Невозможно. Попытки Марии Кюри сломать гендерные барьеры в науке? Нелепо. Идея Николы Теслы о беспроводной системе передачи информации? Фантастика.

Часто наши прорывы не такие уж и невозможные. Если люди хотят посмеяться над вашей кажущейся наивностью или назвать неразумным, примите это как знак почета. «Большинство очень успешных людей хотя бы один раз действительно были правы относительно будущего, пока другие думали, что они ошибаются, — пишет Сэм Альтман. — Иначе они бы столкнулись с куда большей конкуренцией». Сегодня — посмешище, завтра — провидец. Это вы будете смеяться, когда пересечете финишную черту.

Шокирование мозга прорывным мышлением не означает, что мы перестаем заниматься практикой. Как только у нас появляются безумные идеи, мы можем столкнуть их с реальностью, переключаясь от дивергентного мышления к конвергентному — от идеализма к прагматизму. В двух следующих разделах мы будем учиться на опыте двух компаний, которые институционализировали это мышление.

Дополнительные материалы

Кадзуо Исигуро, Гузель Яхина и Дмитрий Быков: календарь самых ожидаемых книг весны-лета 2021 года