Герои книг на приеме у психотерапевта: о чем рассказывает «Превращение» Франца Кафки

Кадр из фильма «Гарри Поттер и философский камень»
Что, если бы литературные герои прошлого и настоящего, потерпевшие трагическую неудачу, обратились вовремя к психотерапевту? Литературовед и психиатр Клаудия Хохбрунн и Андреа Боттлингер описывают психологические портреты героев известных литературных произведений, чтобы понять, какие причуды и проблемы универсальны для всех, а какие — обусловлены эпохой

В хорошем произведении персонажи изображены настолько точно, что кажутся реальными людьми. Они по воле автора сталкиваются с трудностями, встают перед моральным выбором, рискуют здоровьем и даже жизнью. Что если бы литературные герои прошлого и настоящего, потерпевшие трагическую неудачу, обратились вовремя к психотерапевту? Уберегла бы родителей царя Эдипа от катастрофы консультация по вопросам воспитания детей? Развернулась бы иначе история Ромео и Джульетты, если бы они были старше? Может, Дракулу не понимали окружающие, а Волан-де-Морта недолюбили в детстве? Означают ли эротические фантазии Кристиана Грея из «Пятидесяти оттенков серого» нехватку в нем мужественности? С разрешения издательства «Альпина Паблишер» Forbes Life публикует отрывок о Грегоре Замзе — главном герое «Прекращения» Франца Кафки 

«Превращение»: кошмар всех учащихся

Францу Кафке можно посочувствовать. У него были очень плохие отношения со слишком строгим отцом, всю жизнь он проработал в скучном офисе и рано умер после продолжительной болезни. (С другой стороны, эта ранняя смерть, возможно, стала благом для него: он успел уйти из жизни до того, как нацисты захватили его родную Прагу, и избежал еще более незавидной участи других евреев.) После смерти Кафки лучший друг опубликовал несколько фрагментов его романов, которые сам автор публиковать категорически не хотел. Дальше — больше: сейчас с одним из его сочинений из года в год знакомят немецких школьников, хотя мы прекрасно знаем, что литературные произведения из школьной программы редкому ученику понравятся. Особенно если они немного странные.

Произведения же Кафки — очень странные.

«Превращение» — самый длинный рассказ писателя, опубликованный еще при его жизни, и, что удивительно, не самое страшное из его сочинений. Субъективно можно воспринимать текст и по-другому, но мы здесь видим всего лишь превращение человека в гигантское насекомое, а не, к примеру, описание медленной и мучительной казни, как в новелле «В исправительной колонии».

Можно сказать, Кафка был в целом веселым малым, даже, во что трудно поверить, заядлым сочинителем любовных писем. Многолетняя любовь Кафки, Фелиция Бауэр, порой получала по три таких письма в день.

Вспоминайте этот приятный факт, пока мы будем погружаться в темные глубины рассказа Кафки.

История о ползучей твари и чувстве, что ты здесь лишний

Проснувшись однажды утром, Грегор Замза понимает, что превратилcя в гигантского жука. Почему и как это произошло, не выясняется, но это и не важно. Жук здесь — метафора дегуманизации и чувства отверженности. Короче говоря, это не обычный жук, а способ Кафки драматизировать обычную проблему в отношениях между людьми. Жук может символизировать и еще что-то, что отличает Грегора Замзу от собратьев и делает бесполезным для обычного рынка труда. Потому что истинный смысл истории — в этом.

До превращения в насекомое Грегор Замза был коммивояжером. Его работа практически не оставляла ему свободного времени и не давала возможности углубить поверхностные контакты с людьми. Кроме того, у него были очень плохие отношения с начальством. Поэтому социальные связи Грегора практически ограничивались семьей.

Причина, по которой Грегор Замза так много работает, — банкротство его отца. Вместо того чтобы искать новую работу, тот заставлял вкалывать сына, чтобы из его денег оплачивать свои долги. Отец даже не сообщает сыну, что семья успела сделать значительные сбережения из денег, которые он заработал, и теперь Грегор мог бы трудиться поменьше.

Логично, что после превращения в жука Грегор больше работать не может. Теоретически, конечно, существовали различные возможности заработка и в качестве гигантского умного жука: например, давать интервью газетам при помощи азбуки Морзе. Но родственникам Замзы, очевидно, не хватало изобретательности, чтобы подумать хотя бы об одном из них: слишком уж боялись они опозорить себя в глазах других людей. Вместо этого каждый член семьи неожиданно находит себе работу. Кроме того, некоторые комнаты в квартире сдаются в субаренду. Получается, Грегору и раньше вовсе не стоило жертвовать своим свободным временем.

Вместо того чтобы возмутиться, он полностью соглашается с ситуацией и чувствует вину только из-за того, что больше не может содержать семью и стал обузой для нее. В общем, ясно, что до превращения в жука о Грегора все вытирали ноги. Близкие относятся к нему с презрением и отвращением, но он чувствует себя ужасно не из-за этого, а из-за того, что доставляет им неудобства. Плохое же обращение с ним он считает самым разумным поведением родни — даже старается по возможности прятаться, чтобы сестра не видела его, когда приходит в его комнату и приносит еду.

В конце концов родственники выносят из его комнаты мебель, которой он все равно больше не пользуется, обнаружив, что гораздо веселее ползать по стенам и потолку, как настоящий жук. Однако Грегор хочет оставить в комнате хотя бы одну картину на стене. Так как он больше не может изъясняться по-человечески, он вцепляется в нее, чем очень пугает мать. Приходит отец и швыряет в сына яблоки, одно из которых застревает у Грегора в панцире и тяжело ранит его.

Вместо того чтобы разозлиться из-за такой неоправданно жестокой реакции, безвольный Грегор радуется, что родственники (вероятно, из-за угрызений совести) теперь оставляют дверь в его комнату приоткрытой и он может по вечерам наблюдать, как они сидят вместе.

Лишь когда его начинают все хуже кормить, а комнату уже не убирают должным образом, он начинает немного раздражаться, но при этом остается пассивно-агрессивным, сидит то в одном, то в другом грязном углу, размышляя, что теоретически можно украсть еду из кладовки, но не делает этого. В конечном счете он смиряется с тем, что в его комнате грязно и ее все чаще используют как склад для ненужных вещей.

Однажды вечером, когда сестра играет на скрипке, Грегора привлекает музыка, и он выползает из своей комнаты. Когда арендаторы видят его, они жалуются на антисанитарные условия в квартире и отказываются платить за жилье. Сестра, пользуясь случаем, объявляет, что больше не видит в жуке брата и семья должна избавиться от него.

Грегор молчаливо соглашается с этим и ночью умирает.

Родственники мгновенно чувствуют облегчение, берут выходной для совместной поездки за город и, освободившись от бремени, которым был Грегор, вновь позитивно смотрят в будущее.

«Превращение» глазами психиатра

У коммивояжера Грегора Замзы есть нечто общее с Кафкой: оба они недовольны своей работой, а в их отношениях с родительской семьей отсутствуют теплые чувства. Здесь Кафка, пожалуй, сообщает о себе больше, чем кажется на первый взгляд. Но мы кладем на кушетку терапевта не писателя, а персонажей его произведений. Поэтому давайте сначала рассмотрим главного героя.

Грегор Замза — зависимо-избегающая личность

Коммивояжер Грегор Замза жертвует собой ради семьи и не может заявить о собственных потребностях. Он живет только для других и делает все для них, пока, наконец, не превращается в навозного жука.

Если посмотреть на жестокого отца, можно предположить, что родители маленького Грегора принимали сына лишь тогда, когда он вел себя так, как хотели они. Безусловной любовью его не любили: будь это так, после превращения в жука родственники проявили бы к нему сочувствие, а также вместе подумали бы, как обратить ситуацию себе на пользу. С огромным навозным жуком в семье можно было сделать карьеру как в науке, так и в шоу-бизнесе. Но родственникам с бухгалтерскими душонками на это не хватало фантазии: слишком они боялись отличаться от окружающих и оказаться в публичной изоляции. С ранних лет Грегору давали понять, что он чего-то стоит лишь тогда, когда приносит пользу. Страх отвержения был важным фактором, укрепившим власть родителей над сыном. Став навозным жуком, он превращается в позор семьи, его надо прятать, он больше не может приносить пользу. Вероятно, так же тщательно его прятали бы, если бы он оказался изуродован в результате несчастного случая или стал душевнобольным. Все, что не вписывается в картину мира, сначала прячут, а затем устраняют. Отец наносит Грегору рану, мать игнорирует, и даже сестра желает его смерти. Поэтому он в конце концов умирает — и все чувствуют облегчение. Поскольку он был только функцией, а не любимым членом семьи, о нем не скорбят.

Здесь намеренно изображена вся жестокость семьи по отношению к ее самому слабому члену. Если вспомнить, в какое время было написано «Превращение», и учитывать, что в те же годы вышли труды Альфреда Хоха и Карла Биндинга под заголовком «Разрешение на уничтожение жизни, недостойной жизни», авторы которой, врач и адвокат, пропагандируют умерщвление «пустых человеческих оболочек», то есть психически больных и инвалидов, неспособных приносить экономическую пользу трудом, становится ясно, насколько актуальным был рассказ в тех условиях и насколько типичной была описанная в нем семья. Всего  лет спустя вопрос с избавлением от детей-инвалидов был решен: нацисты, как известно, уничтожали в лагерях смерти не только евреев, но и всех, кто не соответствовал их представлениям о чистоте расы. Сограждане, которые были больны душевно или имели физическую инвалидность, также тысячами уничтожались в специальных заведениях. В лучшем случае их просто стерилизовали.

В пророческом рассказе Грегор Замза обращается в навозного жука, от которого избавляются, и упрощает выбор своим близким: в нем больше не видят ничего человеческого. Спрятанные под панцирем чувства никого не интересуют в ожесточившемся мире межвоенного периода.

Таким образом, Грегор становится символом неисчислимых человеческих жертв тех жестоких времен. Жертвовать собой этим людям позволялось, а вот претендовать на помощь или любовь — нет.

Чувствует ли улитка боль: почему наше восприятие других живых существ так ограничено

Семья Грегора Замзы глазами психиатра

Если мы посмотрим на родителей и сестру Грегора, станет ясно, что они не способны на любовь. В отличие от Грегора они эгоистичны и замкнуты на себе. У них отсутствует сострадание по отношению к превратившемуся в жука сыну и брату. И здесь можно задуматься: а всегда ли это было так? Или они истратили всю способность к состраданию, чтобы пережить Первую мировую войну и последующие тяжелые годы? В определенные моменты во многих людях умирает эмпатия, а нам еще в самом начале рассказа сообщают, что семье пришлось преодолеть тяжелые времена: отец глубоко увяз в долгах.

Эта неспособность к сопереживанию, даже по отношению к собственной плоти и крови, типична для того поколения — поколения тех, кто постоянно чувствовал себя обделенным и обиженным, обвиняя в этом внешний мир. Из-за недостатка эмпатии эти люди вновь вступили в большую войну. В этом отношении «Превращение» все еще очень актуально: в наши дни по-прежнему велико число тех, кто чувствует себя в чем-то ущемленным и поэтому лишается способности сочувствовать другим.

Дополнительные материалы

Ольга Токарчук, Владимир Сорокин и Симона де Бовуар: календарь самых ожидаемых книг лета-осени-зимы 2021 года