Инструкция для отечественной торговли: есть ли кодекс профессиональной этики у современного искусства

Фото DR
Фото DR
Ассоциация галерей современного искусства AGA запустила дискуссионный проект Aga Talks. Первое обсуждение «Игра по правилам: зачем российскому рынку современного искусства договариваться о профессиональной этике?» прошло в винтажном зале «Винзавода»

Модератором выступил коллекционер Владимир Дудченко. Участвовали: галерист, основатель XL gallery Елена Селина, куратор Николай Палажченко, галерист, основатель In Art Ксения Подойницына, художник Олег Татаринцев и коллекционер Константин Макаревич. Разговор шел о том, как наладить цивилизованные отношения между галеристом и художником, художником и коллекционером, между разными галеристами, представляющими одного и того же художника. Forbes Life сделал подборку самых интересных высказываний участников дискуссии.

По мнению Елены Селиной, основательницы галереи XL, которая работает вот уже 27 лет, именно сейчас российский арт-рынок начинает развиваться гармонично, галеристы смогли договориться друг с другом и создать Ассоциацию. Новой структуре понадобилась своя инструкция по применению, свой профессиональный кодекс чести. Вошедшие в него семь тезисов носят рекомендательный характер и опубликованы на сайте AGA. «Так рынку становится легче действовать, — уверена Елена Селина. — А самое важное — он становится прозрачнее».

Демократизация, онлайн, выход в массы: как пандемия изменила российский арт-рынок

Комментируя этический кодекс, Селина заметила, что, помимо общих правил, таких как не продавать украденные предметы искусства и предоставлять покупателю полную информацию о происхождении работы и ее состоянии, «есть несколько узлов, на которых держится вся структура рынка. Например, некий перечень отношений: какие могут быть отношения у художника с галереей и что они могут друг другу дать. Отношения между галереями, правила взаимного сотрудничества галерей, в случае если они представляют одного и того же художника. Отношения галереи и коллекционера, галереи и аукциона, галереи и дилера».

Если можно, условно говоря, купить работу за €4000 у художника напрямую, а в галерее — за €15 000, то возникает вопрос: а в реальности-то она сколько стоит? 

По мнению основателя галереи In Art Ксении Подойницыной этический кодекс нужен прежде всего потому, что галереи «работают с живым искусством и поэтому ищут инструменты, которые помогли бы коллекционерам и всем остальным игрокам чаще и с большим доверием покупать искусство». По мнению Подойницыной, важный вопрос для российского арт-рынка — ценообразование и регулярная практика продажи художниками своих работ из мастерских, в обход галерей. «В кодексе я хотела упомянуть, что цена в галерее и в мастерской должна быть одна и та же. Это очень важно и до сих пор это не всеобщепонятное правило», — говорит Подойницына.

Елена Селина подчеркнула, что задача галериста не только продавать, но и продвигать художника, организовывать ему новые проекты: «Как правило, каждый проект — это дорогое удовольствие, и когда нашелся какой-то добрый человек, который пытается помочь художнику в продажах, в его высказываниях, должна быть обратная связь. А если художник постоянно кидает галерею, на что же должна она существовать?»

Агенты совриска: почему молодые коллекционеры инвестируют в современное искусство

Куратор Николай Палажченко отметил: «Если у художника эксклюзивный контракт с галереей, то галерея должна вести его социальные сети, в том числе отвечать на все сообщения от потенциальных покупателей и направлять их в галереи, потому что ведение социальных сетей, в том числе и личных, сейчас, как мы все понимаем, очень важная форма пиара, тоже платная услуга, и если у художника профессионально, хорошо сделанный Facebook или Instagram — это тоже работает на его репутацию».

Спрос на художника возникает тогда, когда галерея угадала автора и на этого автора нашлось как минимум три человека, которые готовы купить его работы

Художник Олег Татаринцев, который работает вместе с Ольгой Татаринцевой, рассказал, что их представляют галереи в Париже, в Цюрихе и одновременно две — в Москве: pop/off/art и Ilona-K. «Бывает, что автор работает с одной галереей в одной стране и с другой — в другой стране, сам ведет собственный менеджмент, разделяя работы и устанавливая цены; бывает что есть одна галерея, которая занимается всем, так называемая материнская галерея. Это более редкая на сегодняшний день конфигурация. Важно, чтобы эти все вещи были более-менее централизованы».

Коллекционер Константин Макаревич предлагает посмотреть на ситуацию со стороны покупателя: «Художник может продать кому-то работу дешевле, чем галерея, надо понимать, что думает покупатель, ведь он — главное лицо в этой цепочке. Если можно, условно говоря, купить работу за €4000 у художника напрямую, а в галерее — за €15 000, то возникает вопрос: а в реальности-то она сколько стоит? Нужно объяснять, почему устанавливаются такие цены и как они формируются».

Отвечает Елена Селина: «Галерея XL существует 27 лет. Открою страшную тайну: я не знаю ни одного художника, который ставил бы цену на свои работы ниже галереи. Другой вопрос, отчисляет ли художник процент галерее или нет. Спрос на художника возникает тогда, когда галерея угадала автора и на этого автора нашлось как минимум три человека, которые готовы купить его работы».

Дополнительные материалы

Миллионные продажи: 20 самых дорогих современных художников России