К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего броузера.
Рассылка Forbes
Самое важное о финансах, инвестициях, бизнесе и технологиях

Новости

 

Между двух огней: что такое синдром беженца и чем он опасен

Фото AP / TASS
Что такое синдром беженца в психологии и как от него избавиться? Почему эмигранты мучаются чувством вины и как его проработать — в материале Forbes Life

А снится нам трава у дома

<...> «Даль, прирожденная, как боль,
Настолько родина и столь
Рок, что повсюду, через всю
Даль — всю ее с собой несу!

Даль, отдалившая мне близь,
Даль, говорящая: «Вернись
Домой!»
Со всех — до горних звезд —
Меня снимающая мест!»

Марина Цветаева, стих «Родина (О, неподатливый язык...)», 1932 год

 

Тоска по родине — одно из наиболее воспетых чувств многих поэтов и писателей, вынужденных эмигрировать из страны. К примеру, первой волной эмиграции после Октябрьской революции 1917 год было «смыто» немало представителей творческой интеллигенции, в числе которых оказались поэт-символист Константин Бальмонт, писатель и поэт Иван Бунин, писательница и поэтесса Зинаида Гиппиус и многие другие. Оказавшись вдали от родины, многие из них писали о своей тоске, о боли за народ, ностальгии. Психологи говорят об этом как о синдроме беженца. Что это такое, насколько опасно и что с ним делать?

Что такое синдром беженца

«Синдром беженца — это популярное название целой группы факторов и симптомов, которые взаимно влияют на человека, вынужденного внезапно сменить родные место жительства и культуру», — рассказывает психотерапевт Олег Клепиков. Часто под синдром подводят излишне широкий спектр общих нарушений, которые якобы ему соответствуют, но на самом деле устойчивого набора признаков, которые бы говорили о развитии данной синдроматики нет, отмечает он. 

«Синдром беженца — это не диагностируемый синдром, он не признан в мировой классификации болезней, — говорит нейропсихолог, психотерапевт Алена Ванченко. — Это такой общий термин для кластера симптомов, когда человек, покинувший страну из-за тех или иных обстоятельств, испытывает постоянную тревогу, перепады настроения, депрессивные эпизоды, не может построить планы на будущее. Фактически синдром беженца и травма иммиграции — очень схожее понятия, но при этом синдром беженца глубже, потому что зачастую окрашен политическими или этническими преследованиями, которые усугубляют психологическое состояние человека».

Специалисты отмечают, что о понятии синдрома беженца, травме эмигранта, психологии эмиграции и психологических особенностях мигрантов стали говорить примерно в середине прошлого века, когда началась суперглобализация, и стало понятно, что огромное количество людей переселились в разные страны со своих этнических мест пребывания. Со временем, там, куда приезжали беженцы и эмигранты, обострялась политическая обстановка и накалялась ситуация в обществе, все это требовало каких-то действий. Мигрантам нужно было как-то помогать, и не только с работой или с жильем, но и с точки зрения психологии — справляться со стрессом, депрессией, апатией и, нередко, агрессией. «Синдром беженца — это, по-сути, измененное состояние сознания и измененное состояние психики, потому что человек пережил травму расставания с местом, к которому он привык, где родился, — объясняет Ванченко. — Он привык к тем институциям, к тому комфорту и качеству жизни. Также, при релокации беженец зачастую сталкивается с утратой близких, с которыми он расстается на неопределенное время, утратой своей идентичности. Человек сталкивается с глубоким личностным кризисом, и, при этом, ему не к кому обратиться на новом месте. Он остается один, наедине с самим собой и своей травмой».

По словам Клепикова, симптомы сильно зависят от особенностей организации личности и в большей степени связаны не с конкретным событием, а с индивидуальной реакцией человека на различные типы стресса. «В целом же, общие симптомы, характерные для беженцев, входят в группу «Реакция на тяжелый стресс и нарушения адаптации» Международной классификации болезней МКБ-10», — говорит он. 

 

Психологические аспекты синдрома

Чтобы правильно понимать синдром беженца, необходимо разделить его на несколько связанных между собой групп нарушений, которые по сути и отвечают за симптоматику, отмечает Клепиков.

  • Нарушение привязанности. Каждый из нас имеет привязанность к совершенно разным аспектам нашей жизни — месту, культуре, конкретным объектам, которые могут иметь для нас символическое значение, а также традициям и обиходу быта. При вынужденном переезде, человек с синдромом беженца демонстрирует выраженные нарушения в привязанности. В зависимости от типа личности эти нарушения могут проявляться в избегании социального контакта на новом месте или трудности установления социального контакта.
  • Нарушение адекватного копинга (совладания человека и его взаимодействия со стрессом) личности. Здесь важно заметить, что по наблюдениям специалистов, попадание в когорту беженцев не влияет на общее распространение психических заболеваний или ярко выраженных адаптаций. То есть мы можем сказать, что в целом беженец переживает немногим более выраженный стресс, чем обычный гражданин находящийся в своей среде. Но беженец проживает этот стресс, можно сказать единовременно — на него сваливается все сразу, что создает ощущение концентрации страдания и ставит акцент на локальных нарушениях самоорганизации личности.
  • Третий аспект синдрома — эффективность протекания процессов горевания. Почти каждый человек, попавший в ситуацию повышенной мобилизации в той или иной степени вынужден прожить расставание с близкими, прощание с чем-то значимым и ценным в своей жизни, что обязательно запускает процессы горевания.
  • Четвертый механизм, проявляющийся в синдроме — травматические переживания, связанные с переездом и сопутствующими событиями.
  • Пятой, немаловажной составляющей синдрома беженца — адаптация к новой социальной культуре.

Согласно исследованиям в области этнопсихологии, психологическая симптоматика мобилизованного населения во многом определяется культурными различиями, рассказывает Клепиков. Чем более сильный контраст культур проживает беженец или эмигрант, тем более явными будут проявления его симптомов. И хоть качество кросс-культурной адаптации определяется тем, насколько выражены были нарушения предшествующих четырех аспектов: привязанности, личностной организации механизмов защит и совладающих стратегий (копинг-стратегии), качества горевания и травматических эпизодов, особое внимание в этом факторе синдрома уделяется не столько внутриличностным изменениям, сколько приобретению новых навыков, норм и социальных ролей, которые необходимо освоить в новых условиях.

Чем опасен синдром беженца

Беженец зачастую лишен возможности адекватно реагировать на развивающуюся ситуацию и к тому же переживает дополнительные травмирующие события, связанные с проживанием грани жизни и смерти. Эта дезадаптация и эпизоды могут оказывать серьезное травматическое воздействие на психику, вызывая целый комплекс острых или отсроченных симптомов, среди которых:

  • повышенная тревожность и приступы паники;
  • раздражительность и необоснованные вспышки гнева;
  • бессонница и ночные кошмары;
  • нарушения чувствительности, анестезия чувственной сферы и ангедония (выраженное снижение интереса к деятельности, которая прежде была приятной, или утрата способности получать от нее удовольствие. — Forbes Life);
  • отрицание и избегание мыслей и разговоров о травмирующих событиях.

По словам Ванченко, помимо тревожности и страха, беженцы нередко сталкиваются с агрессией принимающей стороны, а это может привести к более серьезным психическим состояниям, например, к депрессии. Столкновения с агрессией в обществе принимающей страны вполне естественно и с этим сталкиваются практически все эмигранты. Беженец отделен от общества, которое остро реагирует на чужаков на своей территории. Но если агрессия длительная и усугубляется, синдром беженца может перерасти у человека в ПТСР, выученную беспомощность, клиническую депрессию. Если со стороны специалистов не будет оказана психологическая помощь беженцу, последствия могут быть трагическими.

Чем более подавлены чувства беженца, чем ярче его ответ на стрессовое событие и чем сильнее блокируются естественные физиологические реакции на стресс, тем больше шансов на последующее развитие Посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) у беженца, отмечает Клепиков. 

Синдром беженца и ПТСР

Посттравматическое стрессовое расстройство возникает в двух случаях, рассказывает Ванченко. Это либо переживание насилия или тяжелых травматичных жизненных обстоятельств, начиная от развода и физического насилия, до военных действий, нападения и угрозы жизни, сексуального или эмоционального насилия. Второй вариант — наблюдение за всем вышеперечисленным. «И у человека, который находится внутри травмы и человек, который наблюдает эту травму — у обоих может развиться ПТСР, — говорит она. — Что касается беженцев, зачастую они бегут не от лучшей жизни, часто они либо вовлечены в травму и что-то из вышеперечисленного происходит с ними, либо наблюдали за травмой со стороны».

Несмотря на то, что человек релоцировался и, по идее, находится в безопасности, память об этих переживаниях, травмы — никуда не исчезают. «Мы заново встречаемся с травматичными опытами, когда по отношению к нам проявляется агрессия. К беженцам и мигрантам часто проявляется агрессия со стороны тех, кто остался в стране, откуда они уехали, и со стороны принимающей страны, потому, что они тяжело интегрируются в общество. Им тяжело принимать правила новой среды, среде тяжело принимать нового члена общества», — отмечает специалист.

По мнению Алены Ванченко, именно в такой ситуации у беженца может развиться чувство стыда, вины. «Это очень похоже на синдром выжившего, когда, например, человек летел в самолете, который потерпел крушение, и выжил только он. Потом он долго будет испытывать чувство вины из-за того, что жив, а другие — нет», — приводит пример психотерапевт. 

Олег Клепиков напоминает, что при любой травме крайне важен процесс горевания, именно он поможет прийти в себя, найти силы жить дальше. «Горевание — это процесс проживания и признания собственной беспомощности и уязвимости с последующей постепенной мобилизацией поведения и выработкой новых эффективных механизмов совладания в сложившихся новых условиях. Горюющий человек вырабатывает естественные механизмы эксклюзии (исключения), отвержения по отношению к понесенным потерям, что может сопровождаться вспышками гнева, отвращения и ненависти и символически постепенно присваивает ценность, которая ранее была размещена во внешней среде, себе. Чем эффективнее процесс горевания, тем более открыто оно протекает, без подавления чувств горюющего», — говорит он. Крайне важно поддерживать и даже аккуратно стимулировать этот процесс, позволяя беженцу прожить свои чувства в безопасном для него месте и окружении. Особенно важным в этом процессе является именно окружение, которому горюющий может доверять, так как ключевым фактором горевания является проживаемое человеком одиночество и несостоятельность что-либо изменить.

Фактически, беженцы — это субкультура, которая погружаясь в другую культуру становится объектом для агрессии и непринятия, отмечают эксперты. И здесь очень важно, как беженцы и мигранты себя проявляют, насколько они готовы интегрироваться в новую среду, насколько готовы ей соответствовать или противостоять.

 

Психология эмигранта

Классический цикл включает четыре стадии, рассказывает Ванченко. «Сначала наступает такой «медовый месяц» — нам очень нравится страна, в которую мы приехали, все такое новое и интересное, безопасное. Затем следующий этап — разочарования в стране: нам чего-то не хватает, нет каких-то наших культурных ценностей, не хватает вещей, к которым мы привыкли. Не хватает того качества жизни, которое мы неминуемо теряем при эмиграции. Качество в жизни всегда привязано к социуму, из которого мы уезжаем. Мы находились на одной шкале, а тут приезжаем в новый социум или в новую культуру и нам нужно сформировать сначала новую шкалу качество жизни, а потом себя на этой шкале еще и определить. После разочарования происходит момент интеграция, изучение своей новой среды. Ну и последняя стадия — принятие», — говорит она.

Кто в зоне риска

По сути любой человек подвержен синдрому беженца, но в большей степени опасности подвергаются дети, считает Ванченко. «Дети, у которых, во-первых, есть полная ориентировка на психологическое состояние своего родителя. Также, в группе риска дети, которым редко дается со стороны взрослых качественная адекватная информация о том, что вообще происходит, почему необходима релокация, — рассказывает она. — Очень подвержены этому синдрому подростки, ведь это еще такой социально ориентированный возраст. Дети в этот период только выстраивают свою роль в обществе, а тут — бац, — их из этого общества вырывают и нужно построить и найти идентичность в новой среде, образовать новые социальные связи в совершенно ином месте. И, не забываем, все это еще окрашено уровнями тревожности и страха, которые еще и подпитываются родителями, находящимся в измененном состоянии сознания».

Люди с плохо выстроенными личными границами, как правило, намного тяжелее справляются с синдромом беженца. «Очень важна внутренняя опора — насколько человек знает себя, имеет адекватную стабильную самооценку и уверен сам по себе в своих качествах и в частях личности вне зависимости от той среды, которая его окружает. Люди с твердой опорой на себя легче справляются с релокацией», — говорит Ванченко.

Чем помочь человеку с синдромом беженца

Без профессиональной помощи человеку с синдромом беженца не обойтись, считают специалисты. «В первую очередь надо найти ассоциацию или инициативу, которая в стране занимается психологической поддержкой мигрантов, — советует нейропсихолог и психотерапевт Ванченко. — Все европейские страны этим занимаются, в каждой есть фонды и другие организации». 

Главная цель помощи — дать мигранту ощущение физической и психологической безопасности, только после этого у него появится желание строить планы на будущее. А именно это — потеря интереса к жизни, невозможность увидеть перспектив, — ключевые моменты синдрома беженца. «Мы куда-то срываемся, и весь мир, какой мы знали, рушится. В такие моменты очень тяжело не потерять перспективу. Но важно помнить — моментом переезда жизнь не заканчивается, — отмечает психотерапевт Ванченко. Она советует строить планы хотя бы на предстоящую неделю или две, если глобально пока не получается об этом думать. «Мозгу и нашей психике надо дать смыслы, закинуть крючки на будущее, чтобы мы не зависли в ступоре на годы. Фокус с внешнего мира и обстоятельств нужно переключить на себя и начинать с малого, тогда постепенно все войдет в норму», — подытожила эксперт.

 

Рассылка:

Наименование издания: forbes.ru

Cетевое издание «forbes.ru» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации: серия Эл № ФС77-82431 от 23 декабря 2021 г.

Адрес редакции, издателя: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Адрес редакции: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Главный редактор: Мазурин Николай Дмитриевич

Адрес электронной почты редакции: press-release@forbes.ru

Номер телефона редакции: +7 (495) 565-32-06
Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции. Товарный знак Forbes является исключительной собственностью Forbes Media LLC. Все права защищены.
AO «АС Рус Медиа» · 2022
16+