К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего браузера.

Столкновение ролей и опыта: как скрытая конкуренция между поколениями вредит детям

Фото Getty Images
Фото Getty Images
Распорядок дня, невыполненное домашнее задание или правила воспитания внуков зачастую становятся лишь формальным поводом для конфликта бабушек и дедушек с их собственными взрослыми детьми. За внешними разногласиями почти всегда стоит столкновение ролей, неявная конкуренция, непрожитый опыт и разные способы выражать любовь. Что делать семьям, в которых сталкиваются разные подходы к воспитанию — в отрывке из книги психотерапевта, эксперта по эмоциям и семейным отношениям Юлии Дреминой «Общайся как психолог», вышедшей в издательстве «МИФ»

Когда-то она уже стояла здесь, в этой же комнате. Лизе тогда было всего несколько месяцев. Маленькая, теплая, почти все время спящая. Маша попросила свекровь погулять с ней. Спокойно, четко договорились: всего час.

В память навсегда врезалось состояние ожидания. Сначала просто недоумение, потом напряженность. За окном начинало темнеть, холодало... Прошло уже больше часа. Маша подошла к окну, потом к двери, вернулась к окну. Раздражение росло, и дело было не в тревоге за ребенка — она знала, что с Лизой все в порядке, — просто...

Книга «Общайся как психолог»

Так нельзя! Есть же какие-то границы, ответственность, договор, в конце концов.

Когда дверь наконец открылась, Алевтина Петровна беспечно произнесла:

— Мы немного задержались. Там такая погода!..

Маша тогда не повысила голос. Она спокойно объяснила свою позицию и попросила больше так не делать. Свекровь кивнула, согласившись. В тот момент казалось, что этого достаточно. Но в следующий раз все повторилось, а потом еще и еще...

И сейчас внутри Маши прокатилась горячая волна, в которой соединились прошлые переживания и сегодняшнее «зачем переделывать?».

Она открыла глаза и твердо сказала:

— Мы договорились, что Лиза попробует сделать аккуратнее.

Алевтина Петровна пожала плечами:

— Ну, она и так старалась. Зачем усложнять?

Лиза стояла между ними, сжимая папку и переводя взгляд с одной на другую.

— Я не усложняю, — произнесла Маша чуть жестче, чем хотела. — Я учу дочь доводить работу до конца и не делать тяп-ляп.

— А я вижу, что ребенок и так все уже сделал, — свекровь говорила тихо и вкрадчиво, но упрямо стояла на своем.

Лиза опустила глаза. И Маша снова ощутила: ее отодвигают в сторону.

— Лиз, мы же с тобой все обсудили, — сказала она, но взгляд ее был прикован к свекрови.

— Маш, ну зачем сейчас... — мягко начала Алевтина Петровна.

— Затем, что мы договорились, — перебила Маша слишком резко.

— Ты слишком строга с ней.

Маша почувствовала, как внутри все сжимается.

— Чего, конечно, не скажешь о вас, — съязвила она. — А потом я разбираюсь с последствиями.

Свекровь распрямила плечи и гордо произнесла:

— Я просто поддерживаю ребенка.

— А я, по-вашему, нет? — Маша уже почти кричала.

В этот момент Лиза подняла на них глаза. Маша встретилась с ней взглядом и на мгновение посмотрела на ситуацию со стороны. Лиза в буквальном смысле стояла между ними — и каждая тянула ребенка на себя. Слова замерли у Маши на губах: она решила, что пора разорвать этот замкнутый круг.

— Лиз, иди пока в гостиную, посиди там, пожалуйста, — сказала она мягко.

Дочь кивнула и вышла, осторожно прикрыв за собой дверь. И женщины сразу ощутили в атмосфере дома сгустившееся напряжение. Маша подошла к окну, провела рукой по подоконнику — просто чтобы почувствовать опору. Потом обернулась:

— Давайте поговорим серьезно, как взрослые люди.

Алевтина Петровна кивнула.

Маша открыла рот, чтобы начать говорить — как всегда быстро, точно, аргументированно из позиции защиты... И вдруг — пауза. Кабинет психолога. Тот разговор. Спокойный голос: «Замечайте, когда все только начинается. До того, как уже накрыло». Вот он — тот самый момент, когда и перед Машей стоит выбор: привычно отреагировать или сказать о чувствах.

Маша сделала глубокий вдох, как перед прыжком в холодную воду, подняла глаза и открыто посмотрела на свекровь.

— Я сейчас злюсь, — робко произнесла она.

Алевтина Петровна удивленно вскинула голову.

Маша выдержала паузу и добавила:

— Потому что у меня есть ощущение, что вы обесцениваете мое мнение. Вы не слышите меня, делаете все по-своему. Мне от этого больно.

Слова дались непросто, но прозвучали на удивление спокойно. Свекровь задумалась. Отвела взгляд, потом снова посмотрела на невестку.

— Я этого не хотела, — она пожала плечами.

Маша кивнула:

— Понимаю. Но я так чувствую...

В воздухе повисла тишина. И во время этой паузы они изучали друг друга.

Свекровь чуть выпрямилась.

— Ты слишком строга с ней, — повторила она свои слова, но в голосе уже не было жесткости и напора.

Маша почувствовала, как внутри снова поднимается волна раздражения.

— А вы, наоборот, слишком потакаете ей. Но это идет во вред Лизе.

Алевтина Петровна продолжала внимательно смотреть на невестку.

— Я не потакаю, — возразила она со вздохом. — Я просто хочу, чтобы ей было полегче.

Маша почувствовала, что свекровь уже не спорит с ней, а говорит из своего состояния, и твердо произнесла:

— Но в жизни она обязательно встретится с трудностями, и ей нужно научиться с ними справляться.

Свекровь мотнула головой, не соглашаясь. Потом задумалась. Когда она вновь подняла взгляд на невестку, в нем появилось что-то непривычное — неуверенность и нерешительность.

— Знаешь... — начала она и замолчала. Маша не торопила.

— Я с Мишей тоже всегда старалась быть правильной, — продолжила Алевтина Петровна. — Нет, я не хотела показаться строгой. Может быть, просто... собранной, что ли. Спокойной, ответственной.

Она немного помолчала, подбирая слова.

— Мне казалось, если во всем будет порядок, то сыну станет легче... Я не кричала, не давила, но держала себя и его в рамках и, как мне тогда казалось, на нужной дистанции, что ли. Чтобы не избаловать, не испортить.

Маша слушала, не перебивая.

— Я считала, что правильно воспитываю Мишу, — продолжила свекровь тише. — И даже не думала, что могу навредить ему подобным поведением... Так было еще до... до того, как мы разошлись с его отцом.

Она на мгновение отвела взгляд.

— А потом все наложилось. И я вдруг заметила... Миша все время сначала смотрит, можно ли ему подойти... Старается понять, нормально ли он себя ведет, не сделает ли что-то не так. Как будто ему сначала нужно убедиться, что он поступает правильно, а потом уже он имеет право приблизиться.

 

И Маша узнала это поведение мужа в их нынешней совместной жизни! Оказывается, вот где истоки его стратегии, вот когда он научился взаимодействовать таким образом!

Алевтина Петровна говорила почти шепотом — очень нелегко давались ей эти признания.

— И когда потом у нас с мужем все... так закончилось... тихо, без разговоров... Мне кажется, это только закрепило в нем такую позицию, — она глубоко вздохнула.

Немного помолчав, свекровь продолжила:

— Поэтому сейчас, глядя на Лизу... тебя... мне кажется, что ты повторяешь мои ошибки, — Алевтина Петровна опустила голову. — Когда ты строга с детьми, у меня поднимается страх... собственный страх. Это моя боль... И моя радость — общаться с внуками, — она кивнула в сторону гостиной. — Быть ласковой, любящей просто так...

Маша задумалась, и разрозненные фрагменты начали складываться в единую картину.

— Я понимаю вас. Но Лизе необходимо нарабатывать опыт, — ответила она наконец. — И я боюсь, что она будет делать все спустя рукава...

Свекровь не стала отрицать:

— Я иногда перебарщиваю, наверное. С Лизой, с Сашей... Как будто пытаюсь компенсировать то, чего недодала сыну.

— А я, когда это вижу, — сказала Маша, — стараюсь удержать свой авторитет, потому что кажется, будто вы перечеркиваете мои слова.

Они понимающе переглянулись.

— Получается, мы обе... — Маша едва заметно улыбнулась, — заботимся о ней. Просто по-разному.

— Похоже на то, — кивнула Алевтина Петровна.

Они задумались: каждая пыталась переварить услышанное.

— Я не против тебя, — мягко произнесла свекровь.

— Я тоже не против вас, — ответила Маша. — Давайте так: если вы не согласны, лучше скажите мне. Не при детях.

Свекровь улыбнулась:

— Хорошо.

— И я постараюсь вести себя по-другому. Мы же всегда можем обсудить любую ситуацию.

— Да, Маш, договорились. Мы справимся.

И женщины тепло посмотрели друг на друга, понимая, что ледяная стена, которую они воздвигли между собой, начала таять.

Психологическая пауза. Роли, границы и скрытая конкуренция в семье

В подобных ситуациях за внешними разногласиями (по поводу воспитания, правил, режима) скрывается более сложный процесс: столкновение ролей, опыта и способов выражения любви.

Роли в семье: когда зарождается напряжение

В любой семье существуют параллельно несколько уровней: родитель, ребенок, старшее поколение. У каждого есть своя позиция и ответственность, даже если это не проговаривается напрямую. Родитель находится в точке, где принимаются решения и задаются рамки. Старшее поколение — в точке поддержки. Это распределение не всегда очевидно, но очень точно ощущается внутри системы.

 

Само по себе различие во взглядах не создает проблемы. Напряженность появляется в тот момент, когда роли смещаются. Например, бабушка или дедушка, формально оставаясь в своей позиции, фактически начинают действовать как равные родителю: корректируют, оспаривают его решения. За этим редко стоит борьба или желания занять чье-то место (хотя и такое бывает), чаще всего старшее поколение так проявляет заботу. Однако семейная система реагирует очень четко: появляется ощущение, что границы размываются, свое мнение необходимо постоянно отстаивать.

Опыт каждого: на что он влияет

На любой конфликт влияет личный опыт каждого взрослого. Один человек больше ориентирован на структуру и стабильность. Ему важно, чтобы ребенок научился доводить дела до конца, справляться с трудностями. Другой чувствителен к эмоциональному состоянию. Ему важно, чтобы ребенок не перегружался, не терял уверенность, не сталкивался с давлением. Но необходимо учитывать и собственное отношение к опыту: иногда его хочется передать, а иногда, наоборот, действовать от обратного. И тогда реакция направлена уже не только на текущую ситуацию, но и на более глубинные уровни.

Что происходит с ребенком

Ребенок оказывается в сложной позиции. Он действительно может ощущать, будто его тянут в разные стороны, но чаще просто одновременно ориентируется на двух значимых взрослых, которые подают разные сигналы. Ребенок слышит и то и другое, и ему нужно как-то это перерабатывать. Появляются внутренние вопросы, которые он не озвучивает: на кого опираться, что считать правильным, как ни с кем не потерять контакт.

Поведение ребенка меняется: иногда он подстраивается под того, кто кажется ему сильнее в данный момент, или сбегает из ситуаций, в которых возникает напряжение, или учится быть удобным для обеих сторон, стараясь не вызывать конфликт.

Но есть еще один вариант, менее очевидный. У некоторых детей в таких ситуациях проявляются психосоматические реакции: боли в животе, головные боли, нарушение сна, повышенная утомляемость, частые простуды. Это не симптомы болезни в привычном смысле слова, а сигнал, который посылает тело, о том, что внутри есть напряжение и ребенок не способен справиться с ним напрямую. При этом внешне он может выглядеть адаптированным и спокойным.

По сути, ребенок оказывается в ситуации, являющейся зоной ответственности взрослых. И именно это со временем начинает его истощать.

Почему разговор заходит в тупик

Пока разговор остается на уровне поведения, он почти неизбежно превращается в спор. И вроде намерения благие: как лучше, правильнее сделать, — однако очень быстро при общении происходит столкновение. Каждый начинает гнуть свою линию, потому что за ней стоит не просто мнение, а концепции, жизненный опыт, потребности и ценности. И поэтому возникает парадокс: цель у людей одна, но идут они к ней иногда прямо противоположными способами.

Что меняет динамику

Перелом ситуации наступает, когда общение смещается с уровня «кто прав» на уровень «что за этим стоит»; когда за словами слышится не только принципиальная позиция, но и переживание. Вместо «Правильно только так» можно сказать «Мне важно...» или «Меня беспокоит...». Вместо «Ты делаешь не так» — «Я боюсь, что...».

 

Вот тогда проясняется то, что скрывается за поведением, и появляется способность, оставаясь разными, слышать и понимать друг друга. А значит, из этой точки становится возможным дальнейшее движение всей семьи.

Практические опоры

Подведем итог. Есть несколько простых, но принципиальных правил, соблюдая которые вы можете изменить ситуацию.

1. Развести роли

Родитель принимает решения и несет ответственность за детей. Это объективная позиция, не имеющая ничего общего с жесткостью или даже жестокостью по отношению к старшим.

Бабушки и дедушки оказывают поддержку, являются эмоциональной отдушиной для ребенка, но не оспаривают и не корректируют решения родителей.

Когда все придерживаются этого принципа — семейная система становится предсказуемой. Когда пренебрегают им — появляется напряженность, потому что состояние противостояния накладывает отпечаток как на взрослых, так и на детей.

2. Не обсуждать разногласия при ребенке

Если пренебречь этим правилом, ребенок в момент конфликта оказывается между значимыми для него взрослыми и считает, что ему нужно как-то отреагировать: принять чью-то сторону, сгладить углы, никого не разочаровать. А это создает для него дополнительную нагрузку.

3. Переводить разговор с поведения на смысл

Пока разговор проходит в русле действий, он почти неизбежно превращается в корректировку: «Так не надо», «Сделай иначе», «Ты поступил неправильно». Но за этим всегда стоит определенный смысл. Когда человек начинает говорить о нем, направление меняется. Вместо «Ты делаешь не так» лучше сказать «Для меня это важно, потому что...». И тогда появляется возможность быть услышанным, а не оспоренным.

4. Замечать истоки своей реакции

Очень часто то, что происходит в моменте, лишь запускает уже знакомое переживание, связанное с прошлым опытом, с тем, что когда-то было значимым, болезненным или незавершенным. И тогда реакция на текущую ситуацию становится острее. Если это вовремя заметить, появляется выбор: реагировать автоматически или определить, что именно сейчас происходит внутри. И это один из ключевых шагов к тому, чтобы перестать проигрывать один и тот же сценарий.

Именно благодаря этим, на первый взгляд, простым принципам постепенно улучшается качество общения. Различия во взглядах никуда не исчезают, люди не начинают думать одинаково, не приходят к одной — «правильной» — модели, не становятся более удобными друг для друга — просто меняется точка, из которой происходит взаимодействие. Пока человек ощущает правоту, он неизбежно будет ее доказывать, потому что на ней строится базовая опора: «так безопасно», «так правильно», «так должно быть».

Но если замечать не только сами слова партнера, но и то, что за ними скрывается, появляется возможность не отстаивать свое мнение как единственно верное, а допускать и другие варианты. А это значительный шаг к контакту, в котором можно оставаться разными и при этом слышать друг друга.