«На эти ощущения подсаживаешься»: зачем российские бизнесмены работают волонтерами в ковид-больницах

Фото Hector Vivas / Getty Images
Фото Hector Vivas / Getty Images
Переполненные в пандемию больницы и отсутствие постоянной занятости из-за локдауна сподвигли десятки российских предпринимателей устроиться волонтерами в ковид-отделения московских клиник. Forbes рассказывает, зачем бизнесмены часами моют полы в палатах, ухаживают за пациентами на ИВЛ и как совмещают это с управлением компаниями

«Реанимация — это лодка Харона, которая плывет через Стикс. Некая разделительная полоса между жизнью и смертью. И люди, попадая сюда, видя, как уходят их соседи по палате, это понимают. Поэтому сохранить тягу к жизни и мужество у пациентов в этой ситуации очень важно», — говорит Александр Бредихин, владелец IT-компании «IT For You» и по совместительству волонтер в «красной зоне» городской клинической больницы №52 в Москве. Он и еще десятки предпринимателей, которые во время карантина лишились большей части заказов или просто не очень глубоко вовлечены в оперативную работу своего бизнеса, бесплатно помогают медикам в ковидных отделениях больниц. Моют полы и стены, кормят, бреют, перевозят пациентов, и главное — говорят с ними. 

Forbes пообщался с тремя бизнесменами-волонтерами и рассказывает, как и зачем они совмещают многочасовые смены в «противочумных» костюмах с руководством компаниями. 

Курьер-волонтер

В конце марта Сергей Ночовный, владелец консалтингового агентства «Руки» с годовым оборотом в $2 млн, устроился работать курьером в «Яндекс.Еду». Не от нужды (вопреки ожиданиям, пандемия не особенно повлияла на бизнес), а чтобы иметь возможность свободно выходить на улицу. Пост Ночовного в Facebook об этом решении вызвал широкий резонанс: его даже приглашали на «Первый канал» в ток-шоу с Ксенией Собчак, а в конце апреля он интервью Ирине Шихман в выпуске «А поговорить?»

Через месяц курьерской работы Сергей решил, что хочет заняться чем-то более социально полезным, и пошел в волонтеры. Написал в самую известную ковидную больницу в Коммунарке (ГКБ №40), куда его после нескольких отказов все же взяли в административный блок. Там он трижды в неделю с 9 утра до 5 вечера возил тележки с медикаментами, приносил документы, отвечал на звонки в отделе кадров. 

Параллельно Ночовный написал в волонтерское движение 52-й городской больницы, которую еще в самом начале пандемии полностью переоборудовали под лечение ковид-положительных пациентов. Его добавили в чат волонтеров численностью около 300 человек и позвали работать в «красную зону» — часть больницы, в которой лежат пациенты с подтвержденным диагнозом COVID-19. 

 

Сергей Ночовный
Сергей Ночовный

«В отделении меня встретила медсестра, говорит: «Там ведро, там швабра, там раствор, его добавь столько-то в воду. И вот коридоры, стены  их мой». И я четыре часа мыл стены и коридор», — вспоминает предприниматель свой первый день в 52-й больнице. Здесь уже приходилось носить полную защиту на протяжении четырехчасовой смены: «противочумной» комбинезон «Тайвек», капюшон, маску и очки. Чтобы как-то различать друг друга, на комбинезонах маркером писали имена. Защита снималась и обрабатывалась в санпропускнике - переходе между «красной» и «зеленой» зонами, там же нужно было принять душ и переодеться в свою одежду.

В первые недели мая Ночовного перевели на работу в реанимацию, где по его словам, все койки были заняты. Он помогал переворачивать пациентов, занимался с ними активизацией (физическими упражнениями для поддержания мышечного тонуса), помогал с бритьем, кормил с ложки тех, кому уже можно было есть самостоятельно, убирал палаты. 

«Нужно поддерживать, чтобы человек не переставал бороться, но и не давать пустую надежду»

В июне Сергей почувствовал недомогание и сдал тест на коронавирус, который оказался положительным. Болезнь перенес «довольно легко, через неделю даже бегал на дорожке дома». Провел в изоляции 24 дня и сразу после получения второго отрицательного теста вернулся на дежурства в 52-ю больницу. Но увидел, что ситуация существенно улучшилась — есть свободные койки, персонал не особенно занят. «И понял, что в моей помощи больше не нуждаются», — вспоминает предприниматель.

И плотно взялся за бизнес. Запустил новое направление по производству многоразовых алюминиевых флаконов с санитайзером и алюминиевых хуков — приспособлений для бесконтактного открывания дверей и нажатия кнопок в лифте. «Я уже решил, что ковид-отделения для меня — это закрытая книга, но в октябре увидел цифру в 12 000 заболевших за день и понял, что надо возвращаться», — говорит Сергей. 

Что известно о второй волне коронавируса и чем она опасна

Сейчас он работает в реанимации 52-й больницы два дня в неделю. Заполняемость палат снова увеличилась, но сейчас поступает больше контактных пациентов, с которыми можно поговорить, делится наблюдениями Ночовный.

Кроме физической помощи, он и другие волонтеры стараются оказывать пациентам моральную поддержку. «Медики работают на грани своих возможностей, у них не всегда хватает энергии на то, чтобы дать то, что дают волонтеры. А ведь человек обычно попадает в реанимацию в очень плохом состоянии, на каталке, с затрудненным дыханием и ошалевшими глазами. Его раздевают, забирают вещи, он чувствует себя подавлено, — рассказывает Сергей. — И если кто-то может подойти, сказать несколько добрых слов, подбодрить и что-то передать от родных – это дает огромный прогресс». 

Прийти из IT

Александру Бредихину, владельцу ИТ-компании «IT For You» (выручка за 2020 год около 50 млн рублей), опыт волонтерства, кроме чувства удовлетворения, принес идею для бизнеса. «Я поработал рядом с врачами и увидел, что в «Тайвеке» послушать пациента стетоскопом — нетривиальная задача, мягко говоря. Поэтому мы разработали приложение и специальный чехол на смартфон, которые позволяют провести диагностику бесконтактно», — рассказывает предприниматель. 

Александр Бредихин
Александр Бредихин

Он начал помогать больницам в апреле: закупил в Китае партию в 16 000 одноразовых масок (потратил около 300 000 рублей собственных накоплений) и развез их бесплатно по московским больницам. Потом поставил еще и защитные комбинезоны, а в начале мая записался в волонтеры 52-й больницы.

Бредихин хотел работать с ковидными больными, но в «красную зону» его не допустили из-за хронического заболевания. Тогда предприниматель стал развозить еду и медикаменты по корпусам в «зеленой зоне» четыре дня в неделю. Это занимало все свободное от работы время: в компании он помимо роли гендиректора выполнял обязанности продуктового директора и был активно включен в работу. «В целом, в больнице все как в разработке — задач много, рук мало», — говорит Александр.

«В больнице все как в разработке — задач много, рук мало»

Через месяц его волонтерства правительство начало постепенно снимать ограничения, количество работы уменьшилось, и Бредихин ушел из больницы. Но в октябре увидел рост статистики заболеваемости, прочел в чате, что «старая гвардия возвращается в строй»  и снова занялся волонтерством. Сейчас рук не хватает; весной волонтеров было больше, потому что существенная часть населения сидела на «вынужденных каникулах», а сейчас помогают, в основном, предприниматели со свободным графиком, отмечает Бредихин.

Собянин: 95% умерших от COVID-19 людей занимались самолечением

Из-за дефицита волонтеров Александра все же взяли в «красную» зону — «сказали, под мою ответственность». В реанимации он ежедневно помогает с уборкой и работает с пациентами. «В бритье я, прямо сказать, преуспел, могу барбершоп открывать после этого», — смеется предприниматель. 

Одна из самых важных функций волонтеров — ежедневное общение с больными: «Надо построить какую-то такую схему взаимодействия, при которой ты его, с одной стороны, и поддерживаешь, чтобы человек не переставал бороться, а с другой — не даешь пустую надежду. Это очень тонкий момент». Иногда это дается тяжело психологически: волонтеры могут привязываться к пациентам, и если те не выздоравливают («это реанимация, мы все всё понимаем»), воспринимают это как личную потерю. «Депрессии я у себя не наблюдал. Перезагружаться помогает работа, — говорит Бредихин. — Обычно у людей задача стоит от работы отвлечься, а у волонтеров все наоборот».

Война с «короной»

«Вы видите результат своего труда здесь и сейчас — это то, чего нам всем не хватает в обычной жизни. А так как результат измеряется в идущих на поправку людях, это действует поистине завораживающе», — делится ощущениями от волонтерского опыта Ольга Волосовец, владелица компании по разработке методических рекомендаций для детских садов и школ «ДругМойРобот» и сервиса по онлайн-обучению нянь «Яняня». Оба ее бизнеса в период карантина практически перестали приносить прибыль. Ольга, которая раньше поддерживала благотворительные организации финансово, больше не могла этого делать (жила на запасы от ударной работы в период Нового года) и решила помогать руками.

Ольга Волосовец
Ольга Волосовец

В конце марта через знакомую вышла на волонтерский Фонд содействия развитию 52-й больницы. «Пришла, мне говорят: «Вот стол, стул, телефон, сейчас будут приходить разные люди, надо будет что-то придумать, чтобы им всем помочь». Так я незаметно для себя стала координатором волонтеров», — рассказывает Волосовец. Она каждый день без выходных приходила в больницу к 9 утра, а уходила в 8-9 часов вечера. «У нас в апреле и начале мая сама жара была. Приходило каждый день по 80-100 волонтеров с самыми разными вопросами». 

«Сейчас по моим ощущениям даже хуже, чем было в первую волну. То, как работают врачи и санитарки — это реальная война»

К концу мая загруженность больницы снизилась, волонтеров стало меньше. Но Волосовец не ушла на каникулы, как многие добровольцы, а перешла в «красную зону». Координировать столько задач стало не нужно, и она «смогла себе позволить роскошь подежурить в реанимации». «Ногти подстрижем, пролежни обработаем, голову помоем, косички заплетем», — перечисляет предприниматель свои типичные задачи. 

Возвращение к мирной жизни: как московские больницы снова открываются для пациентов без COVID-19

К осени больница снова начала заполняться. Волосовец по-прежнему работает там несколько раз в неделю, совмещая это с руководством «ожившим» бизнесом. «То, что происходит сейчас, по моим ощущениям даже хуже, чем было в первую волну. Больница опять заполнена, и мы очень нуждаемся в помощи, — говорит Волосовец. — Очень много людей болеют из моего ближнего окружения. И если я раньше часто встречала ковид-диссидентов, которые говорили, что вируса нет, потому что из их знакомых никто не болел, то теперь таких разговоров я просто не слышу. Столкнулся с ковидом в том или ином виде почти каждый». 

Уходить из 52-й больницы она пока не планирует. «То, как работают врачи и санитарки — это реальная война, это круги ада, просто запредельная нагрузка, — рассказывает Ольга. — Поэтому лично меня удерживает чувство нужности. Даже если тебе не скажут «спасибо» где-то, ты видишь, что без тебя бы не обошлись. На эти ощущения подсаживаешься». 

Дополнительные материалы

Страны, которые ошиблись: кто возвращает карантинные меры из-за нового скачка заражений COVID-19