Бесконтактная интервенция: почему Трамп надеется заставить Мадуро уйти в отставку

Начиная с весны 2025 года, президент США Дональд Трамп поэтапно усиливает давление на Венесуэлу. Охваченная кризисом и богатая нефтью страна кажется подходящим объектом для силовой операции — особенно на фоне падающих рейтингов Трампа. К ставшим уже регулярными ракетным ударам по якобы перевозящим наркотики лодкам добавились юридическое и военное давление. США признали венесуэльский «Картель солнц» (Cartel de Los Soles) террористической организацией, а его лидером объявили Николаса Мадуро. В ноябре в Карибском море появился крупнейший в мире авианосец «Джеральд Форд». Прямо сейчас недалеко от побережья страны располагаются 11 военных кораблей и 15 000 солдат. 

При этом, несмотря на закрытие воздушного пространства над страной, Мадуро пытается договориться с Трампом: Венесуэла, например, согласилась вновь принимать депортируемых Штатами мигрантов.

От полномасштабной интервенции Трампа удерживают несколько факторов. Во-первых, по мнению военных специалистов, собранного контингента недостаточно для успешной операции. Во-вторых, Трамп очень боится затяжного конфликта с неизвестными исходом, который ударит по его доктрине «мир через силу». В-третьих, в команде президента нет единства. Например, вице-президент Джей Ди Вэнс, представляющий изоляционистское крыло Республиканской партии, выступает против вторжения. 

Да и легальность ударов по лодкам с наркодилерами в чужих водах вызывает вопросы. Юристы Минюста подготовили обоснование, позволяющее атаковать Мадуро. Согласно Резолюции Конгресса о военных полномочиях (War Powers Resolution) 1973 года, такие операции нельзя проводить без решения законодательной власти. Но если Мадуро не только глава государства, а еще и лидер террористической организации, то речь уже идет о действиях против криминального субъекта, а не другого государства. 

Подобная логика применялась в 2020 году для ликвидации иранского генерала Касема Сулеймани. Формально операцию оправдали тем, что генерал готовил атаки против американских дипломатов и военных. Такие операции не считаются попыткой смены режима и не попадают под определение войны в соответствии с конституцией и законом.

Авиаудары или вторжение

Сейчас у Трампа есть как минимум три сценария свержения Мадуро. Первый сценарий — это ставка на силовое «выбивание опор» у режима. Речь идет о точечных авиаударах по объектам венесуэльских силовиков, включая те, которые, по данным США, задействованы в наркоторговле. 

Логика Вашингтона проста: если лояльность военных Мадуро даст трещину, тот может решить, что его личная безопасность больше не гарантирована. В такой ситуации он либо попытается бежать, либо станет более уязвимым при перемещениях по стране. Проблема тут очевидна: внешнее давление может сыграть наоборот — мобилизовать поддержку Мадуро и дать ему шанс объявить происходящее «империалистической агрессией».

Второй вариант предполагает ввод в Венесуэлу американских сил специального назначения. Это Delta Force, SEAL Team 6 и другие элитные подразделения, способные провести операцию по захвату или ликвидации венесуэльского лидера. Но риски такой операции очевидны — от международного осуждения до непредсказуемой эскалации.

Третий сценарий — комплексный и наиболее приближенный к «ползучей интервенции». Он предполагает использование американских антитеррористических подразделений для захвата стратегических точек: взлетно-посадочных полос, отдельных нефтяных месторождений и объектов энергетической инфраструктуры. По сути — создание оперативного плацдарма, позволяющего обрушить экономический фундамент режима и лишить его контроля над нефтяным экспортом. Такой вариант потребовал бы не просто спецоперации, а фактически военной кампании, с огромными политическими, финансовыми и юридическими последствиями.

Предложение, от которого можно отказаться

В октябре The New York Times раскрыла детали переговоров между администрацией Дональда Трампа и правительством Николаса Мадуро. Они велись несколько месяцев — с весны по сентябрь, когда США усилили военное присутствие в Карибском бассейне и перешли к силовым акциям против венесуэльских судов. 

Несмотря на агрессивную риторику со стороны Вашингтона, Мадуро направил к американцам доверенных переговорщиков и предложил самые масштабные уступки за всю новейшую историю отношений двух стран.

Оказалось, что Мадуро готов отказаться от наследия своего предшественника Уго Чавеса — многовекторности, внешнеполитической автономии и ресурсного национализма. Последнее означает, например, снятие запрета поставлять нефть в США — ведь еще до введения первой администрацией Трампа в 2019 году санкций против Венесуэлы Каракас сам начал ограничивать доступ американских компаний к месторождениям. Такой шаг  дал бы американским компаниям полный доступ к венесуэльской нефти. Фактически США получили бы приоритет над китайскими, российскими и иранскими игроками. Плюс было бы обеспечено участие американского бизнеса в добыче золота, газа и других полезных ископаемых.

Мадуро согласился сократить объем энергетических контрактов с Китаем — крупнейшим покупателем венесуэльской нефти. Обещал он и дистанцироваться от России и Ирана, а всю внешнеэкономическую политику пересобрать в пользу США.

Сейчас всю добычу нефти, газа и большую часть экспорта контролирует государственная нефтяная компания PDVSA. Это венесуэльский «Газпром», «Роснефть» и Минэнерго в одном лице. В 2007 году президент Чавес заставил все иностранные нефтяные компании передать PDVSA контрольные пакеты акций. Иностранцы могли работать в стране только как младшие партнеры госкомпании. Венесуэлу покинули ExxonMobil и ConocoPhillips, осталась только Chevron, но под жестким контролем и в ограниченном формате. 

Во время переговоров с Трампом Мадуро предложил Chevron самой управлять проектами без контроля PDVSA. А еще допустить ее к разработке новых крупных месторождений, ранее закрытых для американцев, и гарантировать льготные условия добычи и экспорта. Также вернуть ConocoPhillips и впустить Shell в крупный газовый проект Dragon. 

Такой разворот означал бы полный пересмотр принципов внешней политики Каракаса за последние как минимум 15 лет. Правление Мадуро строилось на жесткой идеологической базе. Кризисы в экономике объяснялись через пропагандистскую формулу: «зато мы не разбазариваем национальное богатство в пользу империалистов». Отказ от таких подходов означает, что Мадуро в отчаянии, хотя всячески демонстрирует уверенность и даже танцует на публике. Однако не ночует в одном и том же месте два раза и постоянно передвигается по стране, опасаясь силовых действий со стороны США. 

Мадуро готов изменить политику страны, но в обмен на сохранение своей власти.

Он позвонил Трампу в ноябре и предложил встретиться лично, однако согласия президента США не получил. Вероятно, Трамп требовал, чтобы Мадуро как можно скорее покинул президентское кресло.

С американской стороны главным противником сделки стал глава Госдепартамента и советник по нацбезопасности США Марко Рубио, неоднократно называвший Мадуро «нелегитимным лидером». Характерно, что на срочном совещании в Белом доме по Венесуэле присутствовали Марко Рубио, министр Пит Хегсет, председатель объединенных штабов ВС США Дэн Кейн, глава администрации президента Сьюзи Уайлс и советник президента по внутренней безопасности Стивен Миллер, однако отсутствовал главный голос изоляционистов в Республиканской партии — вице-президент Джей Ди Вэнс.

На данный момент США решили прекратить переговоры. Похоже, в окружении Трампа сочли, что если Мадуро уже проявил готовность к уступкам, то давление на него стоит продолжать и усиливать.

Что дальше

Пока у Трампа нет финального решения, что делать с Венесуэлой. Он предполагает, что Мадуро получится «дожать» и заставить его уйти с поста. 

Венесуэльский лидер, находящийся у власти с 2013 года, успел многое пережить. И инфляцию в 270%, и тотальный дефицит товаров, и массовые протесты против режима, и несколько попыток переворота, и сомнительную победу на президентских выборах. 

Его стратегия проста — пересидеть Трампа и, возможно, дождаться менее склонного к резким шагам президента США, например представителя Демпартии или нынешнего вице-президента Вэнса. Другое дело, что задача кажется почти невыполнимой, ресурсов для столь долгого противостояния США у лидера охваченной политическим и экономическим кризисом Венесуэлы вряд ли хватит.

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора