Министр без портфеля. Как Михаил Абызов столкнулся с прошлым

Максим Артемьев Forbes Contributor
Фото Валерия Шарифулина / ТАСС
Дело Абызова — это серьезный удар по позициям Дмитрия Медведева — его патрона, который не пройдет незамеченным во внутриэлитных раскладах перед избранием нового президента

Сегодня сотрудники ФСБ задержали в Москве бывшего министра по делам «Открытого правительства» Михаила Абызова. Его подозревают в хищении и выводе за рубеж 4 млрд рублей. По версии следствия, Абызов создал и возглавлял преступное сообщество, деятельность которого поставила под угрозу «устойчивое экономическое развитие и энергетическую безопасность ряда регионов страны».

Абызов — участник списка Forbes, самый богатый министр правительства, один из самых известных бизнесменов и политиков своего поколения — 45+. То есть тех, чья самая ранняя молодость пришлась на годы перестройки и которые в двадцатилетнем возрасте встретили рыночные реформы и приватизацию. По сравнению с ними Михаил Ходорковский, Роман Абрамович или Михаил Фридман — уже ветераны.

Провинциальный, но крайне честолюбивый подросток из Минска из простой семьи, чтобы пробиться в жизни, выбрал один из немногих доступных ему путей — быть отличником и поступить в Колмогоровскую математическую школу-интернат при МГУ, успешное окончание которой гарантировало обучение на мехмате университета.

Вместе с ним учились его одногодки — такие же периферийные мальчики, хотевшие от жизни всего и сразу: Андрей Мельниченко, Евгений Ищенко, а несколько ранее и Михаил Кузнецов — основатели МДМ-банка, ставшие миллиардерами либо мультимиллионерами. Колмогоровский интернат стал в 1989-1991 годах настоящей кузницей олигархов, которым тогда было по 17-18 лет. Все они забросили математику вместе со всеми науками и обратились к настоящему серьезному делу — зарабатыванию денег.

Их пример — доказательство того, как важно оказаться в нужное время в нужном месте. К молодым ребятам стекалась в Москву вся информация о наиболее интересных активах, тогда как старые директорские кадры, да и фарцовщики старого закала были неспособны летать с предприятия на предприятия, сводить между собой людей, придумывать и реализовывать самые изощренные бартерные схемы. А математически подкованные головы проделывали калькуляции с потрясающей быстротой.

Абызов бросил МГУ (столь вожделенный в Советском Союзе и ставший совсем невостребованным сразу после его распада) и был вынужден получить диплом о высшем образовании только в 28 лет в непрестижном вузе. Это обстоятельство потом, уже в его министерской ипостаси, причинило Абызову немало неприятных минут, когда пришлось переписывать и объяснять свою биографию. Впрочем, с другой стороны, его пример, как и пример коллег по школе-интернату, показал, что для делового человека образование и вовсе не нужно — была бы голова на плечах. А она у Абызова имелась.

К 25 годам он стал фактическим владельцем «Новосибирскэнерго» — одной из четырех региональных энергокомпаний, которые приватизировались в особом порядке, и которая в РАО «ЕЭС» не вошла. Прыть юного бизнесмена оценил Анатолий Чубайс, возглавивший в 1998 году российский энергогигант. Он пригласил Абызова на ключевой пост в РАО «ЕЭС». Став заместителем Чубайса, Абызов продолжал заниматься и собственными бизнес-проектами. Из различных «вкусных» кусков бывшей советской электроэнергетики он собрал свой холдинг — RU-COM вместе с входящей в него «Группой Е4». Также он занимал крупные посты в угольной и коммунальной сферах.

В то время как его коллеги по школе Михаил Кузнецов и Евгений Ищенко стали депутатами Госдумы, затем, соответственно, губернатором Псковской области и мэром Волгограда, Абызов разумно держался в стороне от публичной политики. Он избрал иной путь продвижения во власть — через назначение. В январе 2012 года он стал советником тогдашнего президента Дмитрия Медведева, а когда тот возглавил в том же году правительство, то перешел к нему в ранге министра «по координации Открытого правительства».

Абызов прослужил на этом посту все шесть лет первого медведевского кабинета. Его должность, несмотря на красиво-западное название, была довольно неопределенной по своим функциям и создана конкретно под него, так что после мая 2018 года она исчезла. Почему Абызов смог проработать целых шесть лет, не имея под собой никакого министерства и отвечая, в общем-то, непонятно за что, можно объяснить только личным доверием к нему Дмитрия Медведева. Тот любил таких молодых миллионеров, моложе него. С ними он чувствовал себя комфортно: с одной стороны, он был как старший во всех смыслах, с другой — ему казалось, что он говорит с ними на одном языке и что они лишены бюрократических недостатков чиновников и вообще людей предыдущего поколения.

Тут надо вспомнить, как Абызов вообще возглавил «Открытое правительство» (тогда речь еще шла о «комитете»). 19 октября 2011 года на встрече у Медведева (тогда президента) его кандидатуру предложил другой участник списка Forbes из молодых (и тогдашний фаворит главы Кремля) — Владимир Груздев, только что назначенный губернатором Тульской области: «Он человек нашего с Вами поколения... Я знаю Михаила не первый год и, в общем‑то, знал, как он работал в середине 90-х годов, в сложные времена, поэтому я этого человека могу рекомендовать, понимая, что дело, которым он занимается, будет решено».

Медведев спросил у Абызова: «Бизнесу это Вашему не помешает? А то мы с Вами недавно открывали очень хороший серьезный объект, потом скажете: «Вытащили меня заниматься какой‑то общественной работой, в результате я деньги потерял, еще что‑то». Абызов заверил, что «будет справляться».

О том, как он справился, следует судить и бизнесменам, и специалистам по управлению — намного ли сократился бумагооборот в правительстве, снизилось ли количество административных барьеров, повысилось ли качество экспертной работы? Об Абызове было мало отзывов вообще — как отрицательных, так и положительных. Все, в общем-то, понимали, что от него мало что зависит и что основные решения по работе кабинета и его ведомств принимаются не в его кабинете. Его должность была создана во многом ради красивой картинки — иллюстрации того, что в правительстве представлен бизнес, а выходцу из него поручено реформировать неповоротливый бюрократический аппарат.

После ликвидации своей должности Михаил Абызов ушел в личную жизнь и продолжил заниматься бизнес-проектами. Но спокойного существования не получилось. Проживая по большей части в Италии, он не смог проявить бдительности и, приехав в Москву на день рождения экс-коллеги, попал под арест. Напрашивается сравнение с другим реформатором РАО «ЕЭС» из молодых — Борисом Бревновым. Тот незамедлительно улетел в США после отставки и порвал всякие отношения со своей бывшей родиной.

Михаил Абызов сделал головокружительную карьеру, вознесшую его к вершинам бизнеса и власти. Но, возможно, быстрый взлёт был дорогой в никуда. Уже сейчас становится понятно, что у его поколения нет перспектив в политике. Показательна судьба его одногодок по Колмогоровскому интернату. Евгений Ищенко был арестован и осужден. Михаил Кузнецов ушел довольно бесславно с должности. И только Андрей Мельниченко благоразумно держится в стороне от власти.

Разумеется, дело Абызова — это одновременно серьезный удар по позициям Дмитрия Медведева — его патрона. Во внутриэлитных раскладах перед избранием нового президента казус Абызова обязательно припомнят.

Новости партнеров