Кругом агенты: почему теперь можно назвать инагентом практически любого

Надпись на здании правозащитного центра "Мемориал" в Москве Фото ИТАР-ТАСС / Сергей Карпов
Законопроект о СМИ-иностранных агентах, под который подпадают и физические лица, открывает безграничные возможности для интерпретации. Надежда лишь на то, что он окажется нежизнеспособным из-за собственных противоречий

На прошлой неделе Госдума приняла во втором и третьем чтениях законопроект № 345523-7 «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «О средствах массовой информации» и Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации». 25 ноября законопроект был одобрен Советом Федерации.

В пояснительной записке к законопроекту указано, что он «разработан в целях совершенствования правого регулирования распространения массовой информации иностранными средствами массовой информации». Статья 1 законопроекта предусматривает правки в пункт 3 ст. 6 Закона о СМИ, который и регулирует вопрос, кто же может стать СМИ-инагентом.

Как стать иностранным агентом?

К сожалению, в законопроекте ответ на центральный вопрос — когда человек может стать СМИ-инагентом? — урегулирован крайне смутно. Сначала статья 6 Закона о СМИ в новой редакции дает широкое определение, согласно которому любой человек, получающий иностранное финансирование и распространяющий информацию для неопределенного круга лиц, может быть признан СМИ-инагентом.

Затем статья снова возвращается к вопросу физлиц-инагентов, определяя их как людей, которые получают финансирование из иностранных источников и распространяют материалы СМИ-инагентов или их российских «дочек», а также участвуют в их создании. Пока в списке СМИ-инагентов такие издания, как «Кавказ.Реалии», «Крым.Реалии» и телеканал «Настоящее Время». Однако из текста статьи не следует, что только эти люди подпадают под определение СМИ-инагента. Поэтому потенциально у правоприменителя есть возможность применять закон широко. В этом случае назвать инагентом можно любого человека, который:

  • Распространяет предназначенные для неограниченного круга лиц печатные, аудио-, аудиовизуальные и иные сообщения и материалы;
  • Получает деньги или иное имущество от иностранных государств, их государственных органов, международных и иностранных организаций, иностранных граждан, лиц без гражданства либо уполномоченных ими лиц и (или) от российских юридических лиц, получающих денежные средства и (или) иное имущество от указанных источников.

Таким образом, если человек распространяет информацию, например, пишет в Facebook или в «ВКонтакте», снимает ролики для канала в YouTube или дает комментарий СМИ, он уже соответствует первому критерию. Законопроект не дискриминирует контент: любое сообщение, предназначенное для широкой публики, подпадает под первый критерий агентства. Не важно, провластное это высказывание, оппозиционное или мнение о том, как выращивать саженцы яблонь.

Под второй критерий подпасть тоже просто. Достаточно получить дивиденды от иностранных акций, доход от сдаваемой квартиры в Минске, компенсацию расходов от организаторов международной конференции. А если человек, например, работает с иностранными компаниями, их российскими «дочками» или иностранными гражданами и еще за это получает деньги, то второй критерий «агентства» тем более налицо. Важно, что за свои услуги человек получает оплату из иностранных источников или от российской организации с иностранным финансированием.

Законопроект не требует доказывать, что человек распространял информацию в интересах иностранного принципала. Разработчик закона Леонид Левин указал, что «во всех случаях при принятии решений о включении физического лица в реестр иностранных агентов орган власти должен будет обосновывать связь между поступлением платежа из-за границы и распространением информации СМИ-иностранного агента». Однако законопроект напрямую нигде не требует установления такой связи. По опыту признания иностранными агентами НКО, госорганы и в прошлом никогда не обосновывали какую-либо связь.

Размер полученной суммы или имущества не имеет значения. Когда признавали иностранными агентами НКО, то даже перевода из-за рубежа от неустановленного лица в размере 10 000 рублей было достаточно для обнаружения иностранного финансирования.

Следовательно, законопроект написан нечетко, давая возможность назвать иностранным агентом любого, кто имеет хотя бы минимальные контакты с иностранными организациями или людьми, а также с российскими организациями, имеющими иностранное финансирование. Естественно, не до всех дойдут руки. Очевидно, признавать будут, исходя из необходимости. В группу риска входят:

  • Недовольные чиновниками и высказывающие недовольство в СМИ и в интернете, а также на публичных мероприятиях;
  • Журналисты, если они написали статью, где угадывается критика чиновников;
  • Активисты общественных движений;
  • Юристы. Эта группа традиционно часто высказывается в СМИ. Среди юристов также много тех, кто получает деньги от иностранных источников, например от иностранных компаний или физических лиц. Меня, например, как юриста-международника очень тревожит необходимость в будущем подписываться не только как «Марина Агальцова, адвокат», а как «Марина Агальцова, адвокат, иностранный агент». Поэтому удивляет молчание Федеральной палаты адвокатов, которая до сих пор так и не выступила с реакцией на законопроект.

Судьба агента

Какие последствия влечет за собой признание человека иностранным агентом? Ст. 2 законопроекта предполагает обязанность маркировать любую информацию сообщением о том, что она исходит от инагента. Даже если информация публикуется на информационном ресурсе иного лица. То есть если журналист «Коммерсанта» возьмет комментарий у физлица-инагента, то журналист в статье должен будет указать на инагентство, например: «господин Иннокентий Капланов, основатель стартапа «Ай-ти Про», доктор технических наук, иностранный агент, утверждает, что...». Если маркировка отсутствует, то законопроект предусматривает блокировку публикации.

Пока законопроект не предусматривает штрафа за отсутствие маркировки, но, вероятно, это дело поправимое. Во-первых, законодатель может такой штраф ввести. Во-вторых, даже в нынешней редакции ст. 1 законопроекта предусматривает, что «положения Федерального закона от 12 января 1996 года № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» могут быть применены к таким физическому лицу или российскому юридическому лицу в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере регистрации некоммерческих организаций». Поэтому можно ожидать, что к физлицам-инагентам будут применять штрафы за отсутствие маркировки, как и в ситуации с НКО.

Кстати, штрафы весьма велики. На юридическое лицо налагается штраф в размере от 300 000 до 500 000 рублей. На должностное лицо — от 100 000 до 300 000 (ч. 2 ст. 19.34 КоАП). Сейчас в отношении «Международного Мемориала», который организует ежегодную акцию «Возвращение имен», возбуждено девять производств за отсутствие маркировки в соцсетях (минимальная совокупная сумма штрафов 2,7 млн рублей). Столько же производств в отношении должностного лица «Мемориала» (минимальная совокупная сумма штрафов 900 000 рублей).

Кроме маркировки информации, законопроект требует, чтобы физлицо, признанное «СМИ-иностранным агентом», учредило юридическое лицо, которое с момента регистрации автоматически признается «иностранным агентом». Пока законопроект не предусматривает санкции за отказ зарегистрировать такое юридическое лицо. Но это, на мой взгляд, не проблема. Когда ввели обязанность для НКО регистрироваться в качестве иностранных агентов, то сначала никаких штрафов за невключение в реестр не было. Но когда поняли, что НКО не встали дружными рядами в очередь за регистрацией в списке «агентов», ввели штрафы. Теперь за невнесение себя в реестр на юридических лиц накладывается штраф в тех же размерах, что и за отсутствие маркировки (ч. 1 ст. 19.34 КоАП).

Содержание юридического лица может обходиться в копеечку. С момента регистрации оно приобретает обязанности НКО-иностранного агента, то есть должно раз в квартал сдавать отчетность в Минюст о своей деятельности. А раз в год ему придется проводить аудит и сдавать аудиторское заключение в Минюст. За непредоставление — штраф до 300 000 рублей.

Помимо учреждения юридического лица, маркировки и отчетности, есть еще один неприятный момент — отношение людей. В опросе, проведенным «Левада-центром» (в нем участвовало 1600 граждан), был задан вопрос: «Что, по-вашему, значит сочетание «иностранный агент»?». 62% опрошенных ответили, что иностранный агент — это «шпион, представитель иностранных спецслужб, агент, работающий под прикрытием», или «скрытый внутренний враг, действующий в России в интересах других стран, пятая колонна». Этим недоразумением широко пользуются журналисты второсортных СМИ, когда снимают пасквили-репортажи о работе НКО-«иностранных агентов».

Впрочем, не только журналисты: госорганы тоже этим пользуются. Вот, например, раньше на сайте Минюста красовалась такая публикация, где сообщение о признании НКО иностранным агентом было недвусмысленно проиллюстрировано образом шпиона.

Скриншот сайта

Сейчас на сайте Минюста этой публикации нет, однако она до сих пор есть на сайте управления Минюста в Пермском крае, которое продублировало эту публикацию на своем сайте.

Виды на будущее

Россия — не первая страна, в которой ищут иностранных агентов среди обычных граждан. В США всю первую половину XX века искали «красных агентов» среди американцев. В 1947 году президент Гарри Трумэн подписал указ №9835, также известный как «Приказ о лояльности». Целью приказа было выявить и убрать из государственных органов людей, сочувствующих коммунизму. С начала 1950-х и до 1954 года антисоветская паранойя в США достигла пика. Лицом паранойи был сенатор из Висконсина Джозеф Маккарти.

К 1952 году расследования по «Приказу о лояльности» были проведены в отношении более 4 млн человек. 378 человек были уволены. С мая по декабрь 1953 года около 2700 федеральных служащих лишились мест. К 1954 году еще 6900 лишились работы. Их либо уволили, либо они сами уволились из-за проведенных в отношении них расследований (источник: Rackow, F. (1961). The Federal Loyalty Program: Politics and Civil Liberty).

Однако когда в 1954 году Маккарти замахнулся на армейских лидеров и сотрудников администрации президента, то получил резкий публичный отпор, который ознаменовал конец эпохи маккартизма. Через шесть месяцев, в июле 1954 года, его лишили статуса сенатора за посрамление репутации законодательной власти. Поиск «красных агентов» сошел на нет.

Но вернемся в современную Россию.

Очевидно, надежды на то, что президент не подпишет законопроект о СМИ-инагентах, нет. Остается лишь, по аналогии с американской историей 50-х, ждать, когда через пару-тройку лет какого-нибудь важного и системного человека признают СМИ-инагентом. Это приведет к громкому скандалу. Возможно, это подтолкнет к отмене или изменению этого странного, всеобъемлющего и неясного закона. Но до этого момента количество иностранных агентов на квадратный метр Москвы и Петербурга, где сосредоточены люди из группы риска, может взлететь к небесам.

Новости партнеров