Конец эпохи Трампа: как изменится Америка и мир при президенте-демократе

Фото Kevin Lamarque / Reuters
Фото Kevin Lamarque / Reuters
После драматичных президентских выборов, итоги которых еще окончательно не подведены и, возможно, будут оспорены, США вступают в сложный переходный политический период. О том, какие проблемы придется решать одной из самых могущественных стран мира и как это повлияет на международную политику, рассказывает политолог-американист Максим Сучков

Адвокаты Дональда Трампа готовят судебные иски по оспариванию результатов выборов. Сам президент в это время снимает стресс игрой в гольф. В Нью-Йорке и Вашингтоне танцуют, а в некоторых городах Среднего Запада и обоих побережий проходят столкновения низкой интенсивности между сторонниками и противниками Трампа.

Пока одна часть Америки стремится поскорее перейти в посттрамповскую эру, другая этой эры страшится. Шансы на успех первых выглядят предпочтительнее. Право определять тип голосования закреплено за отдельными штатами, а не за федеральным правительством, и пока Верховный суд не находит доводы Трампа о манипуляциях с голосованием достаточно убедительными. Да и сами требования Трампа выглядят сумбурно: остановить подсчет голосов по почте в Пенсильвании, продолжить подсчет в Аризоне и Неваде, пересчитать голоса в Висконсине, отменить голосование в Мичигане... Суды Невады, Джорджии, Пенсильвании и Мичигана уже отвергли первые иски республиканцев.

Номинально Трамп остается президентом до 20 января, когда пройдет инаугурация. Однако многие мировые лидеры уже поздравили Байдена с победой. Европейские союзники одними из первых не стали дожидаться формальностей — решений судов и голосования выборщиков 14 декабря. В политической практике это считается неэтичным, но это своеобразный ответ европейцев Трампу, который, как они считают, все эти четыре года с ними тоже особо не церемонился.

Трамп заявил о попытках «украсть выборы»

На этом фоне команда Джо Байдена делит посты и делает первые заявления о направлениях политики новой администрации. В отличие от Трампа, который в 2016 году потратил много времени в попытках «наскрести по сусекам» кадров в свою команду, у Байдена проблема обратная — желающих слишком много. Еще на этапе избирательной кампании Байден собрал группу специалистов по международным отношениям в 2000 человек и сформировал собственный «теневой Совет безопасности». Этот орган состоял из 20 рабочих групп (тематических и региональных): контроль над вооружениями, разведка, внутренняя безопасность, Европа, Ближний Восток, Восточная Азия... Основной задачей совета было переработать американскую внешнеполитическую повестку под нового президента и провести инвентаризацию решений Трампа, подлежащих отмене при Байдене. Теперь всех этих специалистов необходимо трудоустроить в разные ведомства, подразделения и министерства для проведения разработанного курса в жизнь. Делать это команда Байдена намерена быстро, и саботаж действующего президента по транзиту власти омрачает победные реляции демократов.

 «У победы сотни отцов, а неудача всегда сирота». Эта фраза президента Джона Кеннеди в полной мере применима к победившей команде Байдена. Основная проблема Байдена даже не в числе помогавших ему победить, а в их высоких индивидуальных амбициях и идеологической неоднородности — от «прагматиков» и «либеральных интервенционистов» до прогрессивистов. Администрация еще не сформирована, а издание Politico уже окрестило ее «командой соперников».

Главный вывод, с которым демократы Байдена приходят во власть после четырехлетнего правления Трампа, — демократия в Америке и за ее пределами в опасности, и, чтобы восстановить былое лидерство США в мире, необходимо уверенно и настойчиво стать на ее защиту. Это общий знаменатель, под которым готовы работать все сотрудники Байдена вне зависимости от их места на идеологическом спектре Демократической партии. Такая позиция предполагает усиление давления на Россию, Китай и союзные США автократии Турции и Саудовской Аравии, укрепление демократических институтов дома и реформирование глобальной экономики с тем, чтобы она в большей мере, чем раньше, работала на американский средний класс. К слову, последний пункт — один из немногих пунктов в повестке демократов, с которым согласны сторонники Трампа.

Консолидировать расколотую страну и осуществить «капитальный ремонт» демократии — главный, но не единственный вызов. Некоторые считают, что решать эту проблему будет уже следующий президент, а задача-минимум для Байдена состояла в оттеснении от власти Трампа, максимум — в подготовке фундамента следующего демократического кандидата. Четыре года как раз достаточно, чтобы обновить и омолодить хотя бы часть партийной элиты. Впрочем, эта задача актуальна для обеих партий.

Так или иначе, перед Байденом стоит три группы задач. Краткосрочная — предложение стратегии по борьбе с COVID-19. Среднесрочные — реформа полиции и миграционного законодательства, возвращение США в покинутые при Трампе международные институты. Долгосрочные — перевод американской энергетики на «зеленые рельсы», борьба с изменением климата, дальнейшая модернизация военного арсенала США и развитие американской техноэкономической экосистемы.

Кто вы, мистер Байден? Главные факты о будущем новом президенте США

В этом меню задач Россия как будто отсутствует. Однако о «вмешательстве» Москвы в американские выборы в 2016 году демократы не забыли и свои представления о российском руководстве как главных «спойлерах» мировой политики со времен Обамы не изменили. Россия на какое-то время действительно может перестать быть внутриполитическим сюжетом в Америке и вернется на «положенное» ей место геополитического противника. Однако напряженности в двусторонних отношениях меньше от этого не станет.

Администрация Байдена действительно с большой долей вероятности продлит СНВ-3 в его нынешней форме без предварительных условий на определенный отрезок времени (1-5 лет) с тем, чтобы использовать это время для обсуждения нового соглашения. Но если в феврале тема СНВ может пройти легко, последующие годы обнаружат, что тема контроля над вооружениями больше не является в отношениях Москвы и Вашингтона априорно договорной, как это было в период холодной войны, где руководством обеих стран двигала ответственность и страх взаимного ядерного уничтожения. Сегодня колоссальный военный бюджет и непревзойденное преимущество в технологическом оснащении позволяют американцам пребывать в убеждении о недосягаемости для конкурентов в ближайшие несколько лет. Чтобы оставаться впереди на несколько кругов, американцы осваивают новые сферы (космос и океанское глубоководье) на предмет размещения там новых видов вооружений. Эти разработки осуществляются не для того, чтобы потом быть свернутыми под прессом договоров с Москвой.

Учитывая рост ядерного арсенала Китая, заинтересованность американцев в наложении на Пекин договорных обязательств в этой сфере носит двухпартийный характер. К тому же администрации Байдена будет крайне сложно (если вообще удастся) провести через республиканский Сенат новое соглашение по СНВ, если к нему не будет привлечена КНР.

Рассчитывать на снижение давления США на немецкое правительство по вопросу заморозки строительства «Северного потока — 2» также вряд ли стоит. Продолжится курс на вытеснение России с энергетических рынков вообще и снижение энергозависимости Европы от российских поставок в частности. К нему разве что добавится намерение Байдена превратить США в «энергетическую супердержаву» через замену «старой энергетики» на «зеленую». Но это также предполагает переориентацию европейских правительств и компаний на более плотное сотрудничество с американскими коллегами и закупку американского продукта. К тому же на фоне «перезагрузки» трансатлантической солидарности НАТО будет наращивать свою активность и ресурсы на «восточном фланге», что вряд ли понравится Москве.

К противоречиям в региональных конфликтах (на Украине и в Сирии) добавится хлесткая риторика демократов по вопросам прав человека и отношениям российских властей и оппозиции. В этом же направлении будет развиваться и санкционная политика стран Запада в отношении Москвы.

В последние годы американская политика превратилась в «индустрию впечатлений», и многие как будто относятся к ней буквально, но не всерьез. Однако, несмотря на внутреннюю неустроенность, США по-прежнему самое влиятельное государство в мире, и воспринимать происходящее там стоит всерьез, — хоть и не буквально. Тем более что уже совсем скоро президентство Байдена потребует от российской политической элиты максимальной концентрации усилий.

Мнение автора может не совпадать с точкой зрения редакции

Дополнительные материалы

«С Трампом покончено»: как американцы отреагировали на новость о победе Байдена на выборах президента США. Фоторепортаж