Климент Колесников — Forbes: «Я даже на табло смотреть не хотел»

— Для тебя это мотивация?

— Я не заморачиваюсь на этот счет. Нет личного золота, но есть медали Олимпийских игр. Они пока у меня самые важные, — сказал мне Климент перед стартом чемпионата мира.

— А рекорд мира?

— Он важнее золотой медали чемпионата мира точно.

— То есть ты этим золотом не одержим?

— Вообще нет. Конечно, хочется хорошо проплыть и показать быстрый результат, но так, чтобы я сидел и думал, что я пока без золотой медали чемпионата мира, — этого точно нет.

Возвращение Климента на международную арену состоялось позже, чем у большинство лидеров сборной — многие успели съездить на чемпионат мира по короткой воде в Будапеште, навыигрывать золотых медалей. Там же побеждал Мирон Лифинцев, Клим возвращение отложил.

— Было даже интересно побыть в стороне от всего этого, посидеть, поболеть за ребят. Ужасно переживал, это даже сложнее, чем плыть самому.

— Чем еще занимался?

— Да так, надо было где-то решить вопросы по здоровью, на которые раньше не хватало времени, и какие-то бытовые дела по мелочи.

— Не жалеешь, что не вернулся раньше?

— А чего жалеть? Уже понимал, что будет Сингапур, хотя, конечно, загадывать я в принципе не люблю, а сейчас вообще загадывать и планировать ну это… такое.

Клим вернулся на мировую арену не в Сингапуре, а на коммерческой серии «Маре Нострум». Мы встретились с ним на первом этапе престижной серии в Монако. «Сотню» выиграть не удалось, но как он плыл «полтинник»! Уже одно то, как он прыгает в воду, показывает: король вернулся и готов выигрывать. Вальяжно, на лайте. Но так выглядит только этот предстартовый элемент.

— Это даже вызвало смех на трибунах.

— Да я вообще спокойно все сделал. Прикольно вот так приехать, стартануть. Того, что мой результат — рекорд «Маре Нострум», я не ожидал, настраивался плыть достаточно быстро, но чего-то приболел, поэтому не особо получилось.

— Тут много рекордов было от Александра Попова. Он на большинстве стендов в бассейне, его фото везде.

— Мы постараемся сделать так, чтобы тоже однажды быть там.

Следующей остановкой у Климента был Рим — престижный турнир «Семь холмов». Открытый бассейн, дорожка посередине, никакого зрительного ориентира — когда плывешь на спине, это нереально важно. Как итог — врезался плечом в дорожку. Поверьте, это больно, но, к счастью, обошлось без травм. Как раз созванивались после этого:

— Хорошие новости: в Сингапуре будет закрытый бассейн.

— Был бы открытый, я бы не поехал, наверное. Вообще не мое, уже много раз говорил — плавать лучше под крышей. На спине, по крайней мере, точно.

— В такой загрузке и подготовке к Сингапуру что-то вообще еще успевал делать? Помню, ремонт у тебя был. Говорят, это хуже пожара.

— Да нет, относительно нормально все это прошло.

— Ты из тех, кто любит указывать прорабу на каждую мелочь и выбирать оттенки краски часами самостоятельно, или больше доверяешь специалистам?

— Понятно, я какие-то моменты чекаю, но так чтобы я полностью погружался в это, конечно, нет. Не указываю людям, как лучше электричество проводить, или что-то в этом роде.

— Твоя самая большая статья расходов прямо сейчас?

— Раньше тратил деньги на вещи, теперь уже нет.

— Не хочешь поучаствовать в создании экипировки для плавания?

— По экипировке пока нет мыслей, но вот хочу сделать свою линию спортивной одежды, чтобы было максимально удобно на соревнованиях. Не полностью на аутсорс отдать, а так, чтобы я участвовал в процессе разработки.

— Во что-то инвестируешь?

— Да, я стараюсь грамотно распоряжаться деньгами.

— Сам этим занимаешься?

— Нет, есть человек, который помогает. Самому все не успеть, есть те, кто понимает в этом лучше меня и держит руку на пульсе постоянно.

За свои рекорды мира, обновленные во время изоляции, Климент получал по 1 млн рублей. Классный бонус от федерации, но это не идет ни в какое сравнение с призовыми на международной арене. Впрочем, первый чемпионат мира за шесть лет, это не про финансы точно. Тут другой настрой, другая психология.

«Климент всегда был самым стрессоустойчивым спортсменом в команде», — говорит спортивный директор Федерации водных видов спорта России Сергей Фесиков. Все запасы стрессоустойчивости понадобились ему в Сингапуре — старт в эстафете в первый день был неудачный, «сотня» на спине без медали. И впервые в карьере на него за результаты посыпалась критика в соцсетях. Он говорит «все нормально» — в комментариях пишут «ему вообще все равно, зачем он туда поехал». Он говорит «свое еще возьмем» — в комментариях полыхает «уже эстафетчики–чемпионы мира, а Колесников и Чикунова нет».

— Мне-то что от этого, — говорит Климент после очередного утреннего заплыва. — Ну пишут и пишут. В принципе, все нормально, я уже это говорил.

— Как провел день между квалификацией и вечерней сессией?

— Как всегда, правда. Тренировки, сон, еда. Все совершенно спокойно идет, как и должно.

Меж тем Клименту в интернете стали ставить в пример Кирилла Пригоду, который был очень эмоционален, когда остался без медали в своем первом финале. Но сравнивать людей как автомобили, даже если эти люди очень скоростные, идея не из лучших. У Климента главный старт был в последний день. В финале на 50 м на спине он в своем стиле вальяжно падает в воду и дальше его «все нормально» уже видно на дорожке — журналисты кивают и говорят друг другу: «наш слоняра». После финиша Клим собирает руки в замок, ложится на дорожку, долго смотрит в одну точку.

— Показалось, или ты плакал на пьедестале?

— Нет, я не плакал. Сопли. Это был дождь (улыбается).

О дистанции не говорит — только о партнере по команде, Паше Самусенко, у которого до нынешнего серебра чемпионата мира была большая коллекция четвертых мест. Они вместе стояли в тот вечер на пьедестале.

— Я больше не собой доволен, а за Пашу рад, — произносит человек, которого еще вчера «комментаторы» упрекали в том, что ему «все равно». — Вообще, я когда приплыл, глаза поднимать на табло не хотел. Теперь понимаю, что чуть-чуть не добрал до своего же рекорда мира.

В том финале на «полтиннике» он плыл очень быстро и очень уверенно. Казалось, что нет там никакой борьбы, ни с водой, ни с сопротивлением воздуха, ни с соперниками. Но любой, кто хоть что-нибудь знает о спорте, подтвердит, что брать свое, выигрывать легко — это и есть самое высокое искусство. Его Климент уже освоил.