Дефицит отходов: как мусоросжигательные заводы в Китае оказались на грани разорения
Как Китай стал самой «мусорной» страной в мире
В 2004 году Всемирный банк признал КНР страной с самыми большими объемами мусора. «Ни в одной стране мира не наблюдалось такого масштабного и быстрого увеличения количества твердых отходов, как в Китае. В 2004 году по этому показателю КНР обогнала США», — говорится в отчете банка. С тех пор рост объема отходов в Китае не прекращался: в 2000-м году он составлял 150 млн т в год, в 2014 году — 179 млн т в год.
До трети этого мусора завозилось из-за рубежа. Дело в том, что с конца 1980-х годов развитые страны, прежде всего США, Япония, Великобритания и ЕС, направляли вышедшие из употребления товары в Китай. На протяжении 20 лет ежегодно страна получала до 4 млн т такого импорта. Предполагалось, что иностранные государства передают КНР дешевые ресурсы (макулатуру, пластик, металлы), которые можно переработать и использовать повторно. После вступления в 2001 году Китая во Всемирную торговую организацию (ВТО) объемы ввозимого мусора возросли в разы: 20–22 млн т — в 2001 году, 46,5 млн т — в 2016-м. За услуги глобальной свалки Китай получил в 2011 году примерно $27,1 млрд.
Но далеко не все из привезенного можно было переработать. По оценкам экспертов, около 70,6% иностранного пластика оставалось невостребованным из-за низкого качества сырья — материал приходил неоднородный и содержал множество примесей. Ненужный пластик, как и другие отходы, заполнял китайские полигоны. Здесь у них были шансы обрести вторую жизнь, но с высокими экологическими и социальными издержками. Например, в конце 90-х рисовые поля в поселке Гуйюй в провинции Гуандун превратились в крупнейшую в мире свалку электронных отходов. Здесь действовали около 5000 маленьких предприятий, работники которых добывали драгоценные металлы из электроники. Крестьяне выжигали платы из гаджетов на угольных жаровнях и извлекали из них медь и золото с помощью кислотных ванн.
Объем внутренних отходов рос вместе с населением страны и экономическим развитием. В 1980 году в Китае жили 983 млн человек, в 2010-м —1,3 млрд. ВВП Китая за эти же 30 лет повысился в 17,3 раза. К 2011 году 75% китайских городов оказались в кольце свалок. Переполненные полигоны становились источниками метановых взрывов, загрязнения грунтовых вод и оползней. В 2015 году в Шэньчжэне обрушение горы строительного мусора привело к гибели 73 человек и разрушению 33 зданий.
Проблема отходов стала ключевой в экономике Китая: в планы на 12-ю пятилетку (2011–2015) власти включили строительство заводов по сжиганию отходов (МСЗ) как основную меру по преодолению мусорного кризиса.
Сжигаем все
«Сжигание мусора было самым быстрым решением мусорной проблемы в Китае. Сортировка отходов — это долго, а строительство мусоросжигательного завода занимает менее двух лет», — вспоминал в беседе с FT генеральный секретарь Центра экологии Уху Чжан Цзиннин. У термической утилизации есть и другие плюсы. Она уменьшает объем отходов на 90%. Оставшийся пепел проще утилизировать или использовать в строительстве дорог. В отличие от полигонов, которые занимают землю, МСЗ превращают мусор в электричество и тепло для городов, что вписывается в китайскую стратегию зеленой энергетики.
Первый мусоросжигательный завод в стране был запущен в 1986 году в городе Шэньчжэнь, и для него было закуплено японское оборудование. Однако уже с 2004 года китайцы строили МСЗ, используя только свои технологии.
В стране заработала система субсидирования МСЗ, которая сделала строительство заводов прибыльным бизнесом. Основная модель владения — государственно-частное партнерство. Чаще всего государство выделяет землю для предприятия, инвестор строит завод и управляет им в течение 20–30 лет, забирая себе прибыль, затем передает его муниципалитету. Таким образом, бизнес окупает затраты, а государство не тратит деньги на строительство.
Заводы получают финансовую поддержку по трем основным направлениям: льготные тарифы на электроэнергию, оплата за утилизированный мусор, налоговые послабления и прямые субсидии из бюджета. К 2012 году было построено уже 122 завода, в 2024 году — 1129. Эти предприятия способны утилизировать, по разным оценкам, от 800 000 до 1 млн т отходов в день. По экспертным оценкам, рынок мусоросжигания в Китае состаляет около $11 млд, из которых 58% приходится на управление МСЗ, остальное — продажа технологий и строительство заводов.
В период с 2005 по 2024 год доля муниципальных отходов, поступающих на свалки, снизилась с 85,2% до 5%, в то время как доля сжигаемых выросла с 9,8% до 84,6%.
Местные жители против сжигания мусора
В 2009 году в Китае в районе Панью (Гуанчжоу) случился исторический прецедент. Жители (среди которых были в основном чиновники, юристы, журналисты) домов бизнес-класс узнали о планах строительства гигантского МСЗ (мощностью 2000 т в день) всего в паре километров от их домов. Люди испугались диоксинов, которые попадут в воздух при сжигании отходов и будут угрожать здоровью детей. Граждане также были недовольны возможным запахом, который сопровождает появление таких предприятий, попаданием мусорного фильтрата (жидкости, вытекающей из отходов) в почву и подземные источники, а также другими токсичными выбросами в воздух.
Протест местных жителей отличался продуманностью: активисты не просто выходили на улицы, а использовали юридические инструменты. Они подавали запросы на раскрытие информации, проводили независимые экспертизы и активно использовали соцсети для координации. Под давлением общественности власти Гуанчжоу в 2010 году приостановили проект.
Но это было не единственным результатом выступления. Власти также обязали заводы сделать данные о выбросах публичными, ужесточили требования к эмиссиям и стали пропагандировать сортировку отходов. В таком случае на сжигание не попадают самый токсичный мусор, например батарейки.
В 2014 и 2017 годах в нескольких провинциях люди также выступали против строительства МСЗ. В 2019 году в уезде Юйнань около 20 000 возмущенных граждан перекрыли скоростную магистраль. Несмотря на попытки полиции разогнать протест, он продлился четыре дня. Администрация отказалась от строительства на выбранном участке земли.
В конце концов социальные и экологические минусы сжигания оказались слишком велики.
Как МСЗ остались без мусора
Жесткие правила «План внедрения системы классификации мусора» Госсовет КНР выпустил только в 2017 году. Документ подразумевал внедрение раздельного сбора с 2019 года в 46 городах Китая, в том числе в Шанхае.
Шанхай — идеальный кейс, объясняющий, как сортировка отходов лишает МСЗ сырья. С 1 июля 2019 года жители города должны были распределять отходы на четыре фракции: сухой, влажный, пригодный для вторичной переработки и опасный мусор. Более 30 000 волонтеров стояли у контейнерных площадок и проверяли выбрасываемый мусор, учили граждан использовать нужный бак. Нарушителей штрафовали на $30. Появились комитеты жителей (формально независимые, но фактически подконтрольные правительству), которые публиковали информацию об успехах районов и домов в сортировке, стимулировали соревнование между гражданами.
Согласно данным муниципального управления Шанхая, в 2020 году количество собранного вторсырья выросло на 58%, в то время как количество непригодных для переработки отходов сократилось на 20% относительно уровня 2018 года. Поток мусора на сжигание снизился почти на четверть.
Китаистка из Лейденского и Пекинского университов Анастасия Тюхтина рассказала Forbes, что осенью 2016 года, когда она первый раз приехала в Китай, Шанхай производил впечатление чистого города, но сортировкой отходов занимались единицы жителей. «В 2019 году я поступила в магистратуру Пекинского университета, на территории кампуса я сразу нашла огромные баки для раздельного сбора. Отходы принято было сортировать, а среди миллениалов и зумеров все заметнее становился интерес к осознанному потреблению, в том числе к сокращению отходов и раздельному сбору», — говорит Тюхина.
Одновременно с внедрением сортировки власти КНР запретили ввозить импортный мусор. С 2017 года в стране действовала стратегия «Национальный меч». Правительство Китая уведомило ВТО о намерении ввести запрет на импорт ряда отходов, и с 1 января 2021 года твердые отходы перестали ввозить в страну. В 2019 году правительство Китая сократило субсидии для сектора чистой энергетики, к которому относятся МСЗ. Предполагается,что через 20 лет поддержки предприятия могут выжить сами.
В результате в 2022 году заговорили об избытке мощностей МСЗ, черезе три года многие предприятия работали на 60% или менее от своей мощности. Несколько заводов рассказали FT, что некоторые из установок простояли большую часть или весь год без работы. «Мы и раньше почти не зарабатывали, а теперь теряем деньги год от года», — заявил представитель отрасли.
Ил, солома и старый мусор
Крупнейшая в Китае компания, которая строит и управляет МСЗ, — Everbright Environment — в годовом отчете за 2024 год признала проблемы с недостатком мусора и заявила, что будет искать выход из положения.
Несмотря на кризис, МСЗ не закрываются, а используют разные стратегии выживания. Как минимум их держит на плаву то, что по условиям долгосрочных государственных контрактов муниципалитеты обязаны поставлять определенный объем мусора. Если отходов нет, город все равно выплачивает компенсации оператору.
Некоторые заводы работают на 30–50% мощности. Убыточные предприятия функционируют за счет вливаний из местных бюджетов. Для последних это вынужденная мера, часто легальных полигонов в регионах нет.
Предприятия также закупают промышленные отходы со строительных площадок или мусор у местных органов власти. Ряд МСЗ начал выкапывать мусор, который 20 лет назад был захоронен на полигоне. Заводы также добавляют в печи иловые осадки от сточных вод и рисовую солому с полей. Это позволяет им получить дополнительные выплаты от муниципалитетов. Предприятия пытаются сделать сжигание востребованной услугой.
По данным сервиса Statista, темпы прироста рынка мусоросжигания в Китае снизились с 10–12% в год до 4–6% после 2021 года.
Китай также продвигает свои технологии мусоросжигания на азиатских рынках в рамках инициативы «Один пояс — один путь». Китайские установки адаптированы под «влажный» несортированный мусор и стоят дешевле европейских или японских аналогов. По данным Global Times, на май 2025 года китайские компании приняли участие в 79 иностранных проектах. По мнению Надежды Круковской, международного стратегического консультанта, специализирующегося на анализе китайского рынка, спрос на такие мощности высок.
Пиррова победа
«То, что случилось в Китае, — это простое и понятное подтверждение факта, что сжигание мусора, предотвращение его образования и переработка не могут существовать вместе. Мусоросжигательные заводы берут экономику в заложники (сжигание подразумевает сохранение и рост объемов мусора). Это все портит», — отметил в беседе с Forbes эксперт в области химического загрязнения природных сред и отходов проекта «Земля касается каждого» Алексей Киселев.
Руководитель направления по работе с органами власти движения «РазДельный Сбор» Анна Гаркуша.в беседе с Forbes напомнила, что, как и Китай, в «ловушку мусорных заводов» ранее попала Швеция. Там также после начала масштабной кампании по раздельному сбору МСЗ остались без сырья. «Чтобы поддерживать предприятия (часть из них нельзя выключить из энергосети), шведы завозят отходы из других стран для сжигания», — отметила эксперт. По ее словам, частичная загрузка заводов создает дополнительные экологические проблемы: при остановке печи остывают и генерируют больше диоксинов, чем при работе в штатном режиме.
По мнению Киселева, китайцы не склонны поддерживать ненужные производства. Если МСЗ окажутся экономически невыгодными, их закроют. «Главное, чтобы не начали искать новый мусор, а просто выводили их из эксплуатации, как это было раньше. В 2008 году в Китае запретили одноразовые пластиковые пакеты толщиной менее 25 мкм, и заводам пришлось останавливать производственные линии», — уточнил эксперт.
Однако перенаправление потока мусора от МСЗ на сортировку и переработку тоже нельзя считать идеальным решением.
«Если возлагать надежды только на переработку и забывать о сокращении образования отходов, мы не решаем проблему, а остаемся с вопросом, как утилизировать неперерабатываемый мусор. Циклическая экономика предполагает сохранение ресурсов. Сжигание превращает мусор в энергию, но на самом деле это действие размыкает цикл, ресурсы исчезают в печах. Взамен сожженных товаров понадобится произвести новые, из первичного сырья. Это отдаляет нас от циклической модели», — пояснила Гаркуша.
Киселев считает, что Китай пытается сокращать отходы. В 2018 году в стране была анонсирована инициатива Zero waste city, которая подразумевает, что города не будут генерировать мусор. Добиться такого эффекта можно, только если снизить его образование. В апреле 2021 года был принят закон о сокращении количества пищевых отходов. Власти призывают предприятия общественного питания уменьшать размеры порций. Также в Китае запретили рекламу, в которой люди едят избыточное количество пищи.
Согласно статье «Sustainable waste management for zero waste cities in China: potential, challenges and opportunities», Китай трансформирует систему обращения с отходами. Мусоросжигательные заводы (МСЗ) могут остаться одним из способов утилизации. Однако пик распространения таких технологий в Китае, вероятно, уже пройден. Страна заявляет о приверженности зеленой повестке и борьбе с изменением климата, что предполагает сокращение выбросов парниковых газов. Поскольку МСЗ, как и полигоны, не способствуют снижению эмиссии, акцент необходимо перенести на меры по уменьшению образования отходов.
Тем не менее пока общий объем отходов в Китае продолжает расти, но темпы увеличения замедляются.