К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего браузера.

Эффект рикошета: почему технологические прорывы не всегда приносят пользу экологии

Солнечная электростанция башенного типа с расплавленной солью в пустыне Гоби (Фото Wang Jian / VCG / Getty Images)
Солнечная электростанция башенного типа с расплавленной солью в пустыне Гоби (Фото Wang Jian / VCG / Getty Images)
Солнечные панели за 10 лет подешевели на 90%, и это не предел, светодиодные лампы теперь служат десятилетиями, а переработка пластика стала привычной практикой. Эксперт Института экономики природных ресурсов и изменения климата НИУ ВШЭ Егор Муравьев рассказывает, почему такие технологические прорывы часто не снижают нагрузку на окружающую среду и могут даже наносить вред экологии

Каждый день ученые сообщают о новых разработках, которые сделают электрические приборы еще энергоэффективнее, а технологии — более зелеными. За последние 10 лет солнечные панели подешевели на 90 %, и это не предел. Только с начала сентября ученые сделали несколько прорывов. Китайские специалисты намерены повысить КПД солнечной панели на 10 п.п. от привычного сейчас показателя в 20%. Корпорация ABB представила систему перевода дата‑центров на постоянный ток вместо переменного. Это позволит сэкономить более 5% электроэнергии за счет отмены лишних циклов трансформации. Исследователи из Университета Южного Иллинойса разработали технологию, которая с помощью дрожжей расщепляет пластиковый мусор и превращает его в съедобное протеиновое печенье с витаминами — сначала для космических миссий, а в будущем, возможно, и для повседневного рациона.

Однако существующая экономическая модель вряд ли позволит сокращать потребление ресурсов благодаря технологиям: скорее, люди начнут тратить больше.

Как экономия стимулирует потребление

Возьмем, к примеру, покупателя гибридного автомобиля. Одно из преимуществ такой машины — экономия топлива: на каждый километр пути расходуется меньше нефтепродуктов, а значит, в атмосферу попадает меньше парниковых газов. Казалось бы, использование гибрида полезнее для окружающей среды. Но на практике водители более эффективных автомобилей начинают ездить больше. В итоге выбросы сокращаются лишь на 30-80 % от теоретически возможного уровня. При этом активнее расходуется ресурс машины: быстрее изнашиваются двигатель и шины, сокращается срок ее эксплуатации.

Такое явление называют эффектом рикошета — он может проявляться как на уровне домохозяйства, так и в масштабах страны.

Это печенье изготовлено из растительных отходов и пластика и в будущем может стать пищей для людей в самых разных условиях: от подводных лодок до космических кораблей (Фото SIU Carbondale)

Крайний случай эффекта рикошета — когда рост эффективности приводит не просто к меньшей экономии, а к росту потребления ресурса в абсолютных величинах. Этот парадокс во второй половине XIX века описал английский экономист Уильям Стенли Джевонс. Он показал, что повышение эффективности паровых двигателей привело к увеличению потребления угля. Явление получило название «парадокс Джевонса». В отдельных случаях оно даже оборачивается ростом нагрузки на окружающую среду.

 

У феномена есть два научных объяснения — экономическое и психологическое. С точки зрения экономики рост эффективности снижает стоимость товара или услуги — люди начинают активнее их покупать, а сэкономленные средства тратят на другие товары и услуги. В результате общий расход ресурсов не уменьшается, а иногда и возрастает. Психологический взгляд фокусируется на мотивах, не связанных напрямую с деньгами. Один из них — так называемая моральная лицензия на траты: человек словно «разрешает» себе менее ответственное поведение в одной сфере, потому что компенсирует его ответственным поступком в другой. Например, сдав пластик на переработку, он может продолжить покупать товары в пластиковой упаковке.

Почему циклическая экономика тоже не идеальное решение

Переход на зеленые технологии не гарантирует решения всех экологических проблем — эффект рикошета способен свести на нет ожидаемую экономию ресурсов.

Яркий пример — экономика замкнутого цикла, которую считают одним из ключевых инструментов устойчивого развития. Ее суть в том, чтобы максимально долго сохранять ценность товаров, компонентов и сырья, замыкая материальные потоки и сводя к минимуму использование первичных ресурсов. К этой модели относят шеринг, повторную продажу, ремонт, переработку. Но и тут срабатывает эффект рикошета: снижение цен на вторичное сырье и подержанные товары стимулирует потребление. Поскольку вещи из переработанных материалов и бывшая в употреблении продукция стоят дешевле, у людей высвобождаются деньги — и они тратят их на новые покупки. Более того, удешевление вторичных товаров может снизить цены и на первичную продукцию, тем самым дополнительно разгоняя спрос. Иллюстрацией подобного паттерна является одновременный бум на рынках секонд-хенда и быстрой моды. Свежее исследование по США подтверждает, что зачастую покупки в обеих категориях совершают одни и те же потребители.

Схожая динамика проявляется и в зеленой энергетике, например в солнечной генерации. Ее плюсы — быстрая установка, доступность для удаленных районов и низкая стоимость. Во многих странах глобального Юга солнечная энергия стала самым доступным источником энергии, и для малообеспеченных групп это шанс изменить модель хозяйствования. Так, в Пакистане сотни тысяч фермеров заменили дизельные насосы на солнечные панели: это позволило активнее орошать поля, из‑за чего посевные площади и интенсивность полива многократно выросли. Но подземные воды — ресурс ограниченный, и в итоге бум «чистой» энергетики привел к дефициту воды и даже усилил нагрузку на экосистему. Похожие последствия наблюдались при распространении солнечных панелей в Индии, Йемене, Афганистане и ряде африканских стран.

 

Еще один неочевидный аспект выявили французские исследовательницы под руководством профессора маркетинга, академического директора бизнес‑школы ESSEC Эммануэля Ле Нагара. В ходе опроса 948 французов они изучали, как люди воспринимают устаревание вещей и необходимость их замены. Выяснилось, что те, кто стремится к эффективному использованию ресурсов, зачастую особенно восприимчивы к инновациям и сильно ориентируются на мнение окружающих. Например, такому покупателю может быть неловко пользоваться стиральной машиной предыдущего поколения, даже если она вполне исправна. Ему кажется, что она расходует слишком много электричества. В итоге экологичный потребитель быстрее решается на покупку новой техники — и тем самым создает дополнительный расход ресурсов.

Как преодолеть эффект рикошета 

Примеры выше подтверждают: справиться с современными экологическими вызовами только инновациями, новыми технологиями и еще одним зеленым товаром на рынке невозможно. Необходимо изменить логику использования товаров, принять меры, которые скорректируют спрос. Например, производитель может продлить срок службы товаров, а способствовать этому может государственное регулирование. В Евросоюзе и ряде штатов США, например в Калифорнии, приняты законы, которые юридически запрещают компаниям намеренно делать технику недолговечной или с помощью программ замедлять старые модели смартфонов. 

Согласно регламенту EU Ecodesign для мобильных устройств, все смартфоны обязаны выдерживать минимум 45 случайных падений без потери работоспособности, иметь защиту от влаги и пыли, а аккумуляторы должны гарантированно сохранять не менее 80% емкости после 800 циклов зарядки. Производители холодильников, стиральных и посудомоечных машин обязаны поставлять оригинальные запчасти на рынок в течение десяти лет после прекращения выпуска модели. 

Закон о праве на ремонт действует в Калифорнии с 1 июля 2024 года. Документ обязывает производителей электроники стоимостью выше $100 предоставлять диагностические инструменты, инструкции и оригинальные запчасти независимым мастерским и обычным гражданам в течение минимум семи лет после выпуска устройства. Во Франции пошли дальше — разработали Индекс долговечности товаров. Показатель оценивает, насколько легко разобрать прибор, его надежность (устойчивость к износу, простоту технического обслуживания и качество заводской сборки). Документ вступил в силу в 2025 году. Первыми под новые правила попали телевизоры и стиральные машины. 

Бас ван Абель выступает на Prada Frames в рамках выставки Salone del Mobile (Фото Jacopo M. Raule·Getty Images)

Есть примеры, когда бизнес сам начинает выпускать ответственные продукты. Например, голландская компания Fairphone выпускает «честные телефоны».  Модульную разборную модель ремонтировать так же просто, как собирать конструктор LEGO. У менеджмента Fairphone двойные KPI: коммерческий — рост продаж устройств, миссионерский — максимально долгое использование каждого телефона покупателем, поскольку, если человек пользуется аппаратом вдвое дольше, нужно произвести вдвое меньше устройств и вдвое меньше добывать ресурсов, вроде кобальта. Недавно продажи компании превысили 1 млн устройств, а совокупная выручка бренда приблизилась к $500 млн.

 

Профессора ESSEC Business School  Эммануэль Ле Нагар и Ксавье Пави в своей колонке для Le Monde предлагают еще более радикальный ответ на непредвиденные последствия инноваций.  

  • Социальные и экологические последствия продукта должен предусматривать бизнес-план на этапе идеи и чертежей, а не после того, как товар сошел с конвейера;
  • Производителям необходимо уходить от рекламы новой техники как более зеленой только ради того, чтобы заставить человека купить ее прежде, чем сломается старая;
  • Продукты следует не создавать вновь, а улучшать за счет модульного ремонта или обновлений софта. Это убережет ответственных потребителей от ложного выбора «купить новое, чтобы меньше вредить природе».

Такой подход поможет регуляторам и обществу заранее избегать вреда для окружающей среды. В отдельных случаях это может привести к введению моратория на использование технологий, если их издержки превышают возможную пользу.

Рост эффективности технологий необходим, однако на практике не является единственным условием достижения устойчивого будущего. Если новые решения приводят исключительно к удешевлению товара или услуги, то экологический эффект будет снижен или вовсе сведен на нет эффектом рикошета. А значит, человечество будет так же далеко от гармоничного развития, несмотря на технологический прогресс.

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора