К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего броузера.
Наш канал в Telegram
Самое важное о финансах, инвестициях, бизнесе и технологиях
Подписаться

Новости

Проклятие 35-летних: как возрастная дискриминация в Китае настигла молодых

Фото Qilai Shen / Bloomberg via Getty Images
Фото Qilai Shen / Bloomberg via Getty Images
Пока передовые страны борются с эйджизмом и стремятся защищать права людей старше 60 лет на труд, в Китае с дискриминацией по возрасту начинают сталкиваться уже в 35 — именно эту цифру работодатели часто ставят в качестве верхней планки в описании вакансий. При этом современные китайцы, которые в юности заняты карьерой, именно к 30–35 годам начинают задумываться о семье и детях. В условиях, когда планирование семьи совпадает с трудностями при поиске работы, многие в итоге предпочитают пожертвовать отношениями и личной жизнью

«Слишком стары, чтобы работать в 35 лет; слишком молоды, чтобы уходить на пенсию в 60. Даже не думайте обзаводиться домом, вступать в брак, заводить детей, покупать машину, держитесь подальше от дорог и собственного счастья, свободы и времени»,  — такой пост распространяется в Китае по соцсетям уже второй месяц. Так онлайн-сообщество демонстрирует, насколько остро стоит сейчас проблема эйджизма в стране: оказалось, что молодым китайцам, которым лишь немного за 30, довольно сложно найти работу.

Многие работодатели в Китае, в том числе и правительственные организации, регулярно прибегают к возрастной дискриминации при приеме на работу. Дискриминация по возрастному признаку в рабочей среде в Китае начинается уже с 35 лет, и эта тенденция получила название «проклятие 35». По данным недавнего опроса, проведенного главной китайской рекрутинговой платформой Zhaopin.com, 85% офисных работников считают именно этот возраст критическим порогом для трудоустройства, а 18% признали, что после 35 лет им сложнее устроиться на работу. 

Сложное время для трудоустройства

Правительство Китая уже давно провозгласило своими ключевыми задачами создание достаточного количества рабочих мест и повышение уровня жизни. Однако в последние три года миллионы рабочих в традиционных отраслях промышленности были уволены, и многие из новых рабочих мест, создаваемых в сфере услуг, ненадежны, низкооплачиваемы и оставляют работников без социального обеспечения и трудовых договоров. Пандемия, а также меры реагирования китайского правительства на COVID-19 привели к тому, что производство и выпуск продукции во многих компаниях значительно сократились.

 

Свою роль в ухудшении ситуации на рынке труда сыграло полное реформирование частного образования, а также давление властей на крупные технологические компании и сектор недвижимости — отрасли, на долю которых ранее приходилось большое количество рабочих мест. Состояние сектора недвижимости сильно влияет на строительную и финансовую сферы, в которых традиционно занято много граждан. 

Пик занятости в строительном секторе пришелся на 2020 год — тогда было зарегистрировано более 62 млн рабочих мест. Число людей, чьи средства к существованию зависят от сектора недвижимости, увеличится еще больше, если включить туда отрасли, которые зависят от распределения и продажи недвижимости, например оптовая и розничная торговля.  

 

Наиболее яркий пример потери огромного числа рабочих мест — образовательный сектор. Например, после того, как в июле 2021 года правительство запретило частное репетиторство, многочисленные коммерческие центры, предлагающие обучение по школьной программе, вынуждены были закрыться или полностью реформировать бизнес, а сотни тысяч людей в одночасье потеряли работу. Тогда же всего в течение нескольких недель количество соискателей с опытом работы в сфере образования подскочило на 10,4% по сравнению с предыдущим месяцем. 

Частный сектор, основа национальной экономики и основной источник занятости населения, по-прежнему борется с медленным восстановлением после пандемии, в то время как все уровни правительства вынуждены создавать достаточное количество рабочих мест для молодежи: уровень безработицы среди членов возрастной группы от 16 до 24 лет составляет рекордные 20%. В декабре 2022 года правительство, например, отчиталось о создании 12,06 млн новых рабочих мест, что на миллион больше, чем годом ранее, и в 2023-м намеревается повторить свое достижение. 

С учетом ситуации на рынке труда, уровня безработицы в городах, составляющего 5,2%, а также скромного экономического роста, несравнимого с доковидными темпами, соискателям старше 35 лет приходится особенно тяжело. Работодатели отдают предпочтение более молодым кандидатам, полагая, что молодые работники с большей вероятностью будут готовы работать 24/7, быстрее адаптируются и у них чаще «горят глаза».

 

В то же время это возрастная группа, которая наиболее активно ищет работу: средний возраст рабочих в городах в Китае по состоянию на 2022 год составлял 38,3 лет. «Следующие годы будут самым сложным временем для трудоустройства после реформ и открытости», — предсказывал в конце 1970-х экономист из Пекина Ван Минюань. Он отмечал, что к 2028 году около 50 млн человек в возрасте от 16 до 40 лет могут остаться без работы: «Это может спровоцировать серию более глубоких кризисов».

В январе Статистическое управление Китая сообщило, что население трудоспособного возраста от 16 до 59 лет на 2022 год составляло 875,56 млн человек — а это 62% населения страны. Людей в возрасте 65 лет и старше насчитывается 209,78 млн, что составляет только 14, 9% от общего числа.  

Неопытные и недорогие

В то время как Китай активно разрабатывает стратегию по повышению пенсионного возраста, люди среднего возраста сталкиваются с проблемами при приеме на работу. Все дело в ограничениях, установленных многими предприятиями, предпочитающими более молодых сотрудников. 

Возрастная дискриминация в КНР — относительно новое явление, возникшее после ослабления государственного контроля над рынком. Только в 1986 году в Китае перестала действовать практика «пожизненных рабочих мест». В последние десятилетия, благодаря политике реформ и открытости, работодатели получили больше свободы — в том числе больше пространства для дискриминации работников старшего возраста в конкурентной экономической среде. 

Многие компании предпочитают молодых и энергичных выпускников, потому что, во-первых, обычно их дешевле нанять. У них впереди более длительная карьерная жизнь по сравнению с кандидатами старшего возраста, которые ожидают более высокой оплаты. Кроме того, люди старше 35 лет реже соглашаются работать в режиме постоянных переработок и более склонны искать баланс между работой и личной жизнью. Согласно распространенному стереотипу, они также с большей вероятностью будут просить отпуск по уходу за ребенком. 

 

Хелен Хе, рекрутер в сфере технологий из Шанхая, получила от своего босса инструкции не рассматривать работников старше 35 лет на предложенные компанией должности: «Большинство людей старше 30 лет находятся в браке и должны заботиться о своей семье, потому и не могут сосредоточиться на высокоинтенсивной работе. Рекрутинговая компания рассматривает 35-летних кандидатов, лишь если они претендуют на позиции топ-менеджеров. В противном случае на резюме даже не взглянут». 

Особенно непросто найти работу женщинам, состоящим в браке, но не имеющим детей: эйджизм в сфере занятости также тесно переплетается с проблемой гендерного неравенства в КНР. Работодатели зачастую ставят под сомнение их способность совмещать семью и работу. С каждым годом возраст появления первого ребенка в Китае сдвигается: в Шанхае, например, средний детородный возраст в 2022 году, согласно официальным данным, достиг отметки в 31,18. По этой причине работодатели склонны опасаться, что если в 30 у женщины еще нет детей, то они с большой вероятностью вскоре появятся, тогда она сразу возьмет длинный отпуск и у нее в любом случае не получится совмещать семейные и рабочие обязанности.  

Люди в диапазоне от 35 до 45 лет наиболее уязвимы и несут больше обязанностей по уходу за пожилыми родственниками, а еще им нужно платить за образование детей. Женщинам приходится еще тяжелее, и они еще чаще подвергаются различным формам дискриминации на рабочем месте, например сокращению заработной платы во время декретного отпуска, а также риску быть замененными более молодыми работниками. Юньци Ван, исследовательница из Лондонской школы экономики и политических наук, провела исследование: она взяла интервью у рожденных в 90-х незамужних китаянок и выявила, что отпуск по беременности и родам каждая из опрошенных ассоциирует с негативными последствиями для карьеры и потерей чувства безопасности.

Недавнее продление декретного отпуска вызвало еще больше негативных комментариев со стороны китаянок: «Это еще больше вытеснило женщин с рынка труда. От того, что отпуск продлили, угроза, что за время твоего отпуска тебя заменят кем-то другим, меньше не стала». «С точки зрения компании, предоставление сотруднице отпуска по беременности и родам равносильно тому, чтобы на протяжение десяти месяцев содержать бездельничающего сотрудника», — объясняют в исследовании респонденты. 

 

(Не)защищенные законом

Правовая база, созданная в конце 2000-х годов в Китае для защиты работников и обеспечения справедливых трудовых стандартов, по большей части не справилась с этой задачей, поскольку работодатели находили способы обойти правила — вплоть до того, что работники не всегда уверены, что им будут вовремя платить. Из-за пандемии число работающих по гибкому графику выросло, и сейчас в Китае около 200 млн человек делают выбор в пользу гибкой занятости, рассчитывая на большую свободу в распределении рабочего времени. Тем не менее проследить за тем, чтобы правила охраны труда были соблюдены, в условиях растущего количества удаленных работников стало еще сложнее.    

 В Китае нет эффективного закона, который защищал бы потенциальных кандидатов от эйджизма. Дискриминация по возрастному признаку запрещена постановлениями на различных уровнях, но на практике работодатели в КНР имеют широкие полномочия в установлении возрастного порога для любых должностей, единственное исключение — это строго соблюдающийся закон о защите детского труда, согласно которому наем на работу несовершеннолетних моложе 16 лет запрещен. 

Напряженной остается ситуация и для государственных служащих. До недавнего времени китайское правительство при ежегодном наборе госслужащих принимало заявления исключительно от лиц моложе 35 лет. Предпосылки к изменениям появились еще в 2022 году, когда Цзян Шэннань, депутат Всекитайского собрания народных представителей и научный сотрудник Университета Вэньчжоу в провинции Чжэцзян, предложила отменить возрастные ограничения для претендентов на государственную службу. Она объясняла, что устаревшие правила подают обществу негативный сигнал о том, что по достижении 35 лет у людей нет шанса на честную конкуренцию на рынке труда. Изменений, хоть и не совсем радикальных, долго ждать не пришлось: в марте 2023 года некоторые провинции и регионы Китая, включая Хэнань и Хубэй, повысили возрастные ограничения для кандидатов — с 35 до 40 лет. 

Неподходящий возраст для семейного счастья 

Дискриминация по возрастному признаку затрагивает не только карьеру, но и такие важные жизненные решения, как заключение брака и рождение детей. В 2022 году количество зарегистрированных в КНР браков сократилось на 10,5% по сравнению с годом ранее. Кроме того, несмотря на то, что в 2021 году в Китае сняли все ограничения на рождение третьего ребенка, а к 2025-му и вовсе пообещали создать полноценную систему социальной политики по стимулированию рождаемости, в данный момент нет никаких признаков скорого демографического бума. 

 

Молодые люди в возрасте от 18 до 35 лет из-за чрезвычайно высоких цен на жилье, изнуряющего рабочего графика и непомерной финансовой нагрузки откладывают рождение детей на более поздний срок. Согласно опросу, проведенному среди 31 000 респондентов государственным информационным агентством «Синьхуа», 90% молодых китайцев заявили, что не намерены заводить третьего ребенка. Позже опрос удалили.

Однако само по себе достижение планки в 35 лет совсем не обязательно означает, что становится легче планировать семью. В интервью The New York Times Цыцы Чжан, 32-летняя маркетолог, призналась, что ей уже приходилось слышать от работодателей, что она слишком старая, а примерно с 25-летнего возраста при найме ее спрашивали, когда она намерена заводить детей, а когда отвечала, что таких планов пока нет, интересовались, что о таком решении думают ее родители. После увольнения в сентябре 2022 года Чжан связалась с более чем 3000 компаний, разослала свое резюме в 300 из них, но ее позвали только на 10 собеседований. Когда она, наконец, получила предложение о работе от небольшой компании спустя восемь месяцев поисков, особой радости не ощутила. «Раньше у меня были ожидания. Я мечтала о продвижении по службе, повышении зарплаты и улучшении своей жизни. Теперь я о таком даже не думаю, я просто хочу выжить», — признается Чжан. 

При этом и она, и ее супруг уверены, что не могут позволить себе иметь детей. У них есть ипотека, и пока в их паре работал лишь один член семьи, они едва сводили концы с концами, постоянно беспокоясь о том, что их ждет, если и второй супруг тоже останется без работы. Цыцы Чжан процитировала популярное высказывание из интернета: «Если ребенок родится, чтобы унаследовать от тебя каторжный труд, панику и нищету, то не рожать его — это тоже проявление доброты». 

Другой герой материала The New York Times Флин Фан рассказал корреспонденту, что начал бояться 35-летия, когда ему было 30. По его словам, большинство его коллег по работе либо не состоят в браке, как он сам, либо женаты, но не имеют детей. При этом переработки имеют непредсказуемый характер, а работа может регулярно заканчиваться после 11 вечера. Фан говорит, что чувствует себя молодым, но для общества достижение 35-летнего возраста — «это как чума».

 

При этом китайская традиционная культура требует от молодых людей как можно скорее остепениться и обзавестись потомством. Для китаянок, которые к 27 годам еще не замужем, в языке существует понятие, означающее «невостребованная женщина» (剩女). В то же время, у правительства есть опасения, что слишком много одиноких мужчин также могут создать проблемы для общества. Поэтому компартии важно транслировать традиционные китайские ценности, согласно которым иметь дом и вырастить семью еще важнее, чем построить карьеру, особенно учитывая нынешние уровни снижения рождаемости и старения населения в Китае.

Например, совсем недавно в преддверии Международного дня семьи Китайская ассоциация планирования семьи объявила, что она запустит пилотные проекты по формированию культуры брака и деторождения в 20 городах страны. По мнению ассоциации, проекты помогут создать социальную среду, благоприятствующую деторождению, и будут сосредоточены на таких задачах, как содействие вступлению в брак и рождению детей «в соответствующем возрасте», поощрение родителей к разделению обязанностей по воспитанию детей и ограничение «выкупов за невесту» и других устаревших обычаев.

В июле государственная газета The Workers Daily обрушилась с критикой на работодателей и «проклятие 35-летних». «Соискатели не должны подвергаться дискриминации по возрасту, полу или в связи со своим семейным статусом или планами, — пишет газета в редакционной колонке. — Однако на то, чтобы изменить отношение компаний к работникам, потребуется время».

В то же время, как пишет популярное молодежное китайское издание Sixth Tone, сейчас в стране рынок работодателя, и эти работодатели склонны дискриминировать соискателей по таким поводам, что «преклонный» возраст 35-летних среди них — даже не самый абсурдный. Отказать в найме в Китае могут из-за знака зодиака, группы крови или присутствия в имени определенных иероглифов.

 

Мы в соцсетях:

Мобильное приложение Forbes Russia на Android

На сайте работает синтез речи

иконка маруси

Рассылка:

Наименование издания: forbes.ru

Cетевое издание «forbes.ru» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации: серия Эл № ФС77-82431 от 23 декабря 2021 г.

Адрес редакции, издателя: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Адрес редакции: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Главный редактор: Мазурин Николай Дмитриевич

Адрес электронной почты редакции: press-release@forbes.ru

Номер телефона редакции: +7 (495) 565-32-06

На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети «Интернет», находящихся на территории Российской Федерации)

Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции. Товарный знак Forbes является исключительной собственностью Forbes Media Asia Pte. Limited. Все права защищены.
AO «АС Рус Медиа» · 2024
16+