Facebook и Google пора мириться

Андрей Бабицкий Forbes Contributor
Сергей Брин фото Fotobank / Getty Images
Крупнейшие интернет-компании в пылу конкуренции забыли, что у них есть общие ценности

Однажды Эрика Шмидта спросили, как в Google решают, что хорошо, а что плохо. Для компании этот вопрос имеет большое значение, потому что таково их кредо: не быть злом. Тогдашний генеральный директор ответил: зло — это то, что считает таковым Сергей.

В воскресенье в рамках спецпроекта газеты Guardian «Битва за интернет» вышло интервью Сергея Брина. Его интересно почитать не только потому, что создатель Google вообще редко дает интервью. Из него становится ясно, что именно самый успешный русский эмигрант считает злом. И картина эта наводит на грустные мысли.

Алармистское по сути интервью Брина начинается с того, что «у открытого интернета много могущественных врагов по всему миру», и он больше озабочен будущим сети, чем когда-либо в прошлом. Могильщики открытого интернета, считает Брин, делятся на три группы. Во-первых, это правительства, желающие как можно больше ограничить доступ граждан к информации, — такие как Иран, Саудовская Аравия и Китай. Во-вторых, представители контентных индустрий, борющиеся с пиратством всеми доступными средствами. Это они пытались совсем недавно провести в США закон о борьбе с онлайн-пиратством, против которого, не сговариваясь, восстали почти все интернет-компании. В-третьих, открытому интернету угрожают компании, разбивающие общее пространство на палисадники и решающие затем, какие приложения могут или не могут работать на их платформах. Примеры очевидны: Facebook и Apple.

Государственное вмешательство в интернет для Брина — важная тема. Это он настоял — через сопротивление коллег — на уходе из Китая в начале 2010 года в ответ на попытки спецслужб страны взламывать почту диссидентов на серверах Gmail. Он лично руководит группой программистов, которые отвечают за безопасность сервисов Google. Кому, как не ему, знать, насколько реальна угроза. «Пять лет назад, — говорит Брин, — я не мог себе представить, что одно государство будет способно эффективно ограничить доступ к интернету надолго». Теперь он признает, что ошибался.

Борцы за авторские права не нравятся Брину тем, что хотят, по сути, распространить китайскую модель контроля за интернетом на весь мир. Они движимы предположительно благой целью — борьбой с пиратством — и ради этого лоббируют по всему миру инициативы, ужесточающие контроль за контентом в сети. Закон о борьбе с онлайн-пиратством, который зимой рассматривал конгресс, должен был дать исполнительной власти право блокировать сайты без решения суда. Вторая угроза в списке Брина мало отличается от первой. Вообще трудно не согласиться, что главную опасность для открытого обмена информацией представляет исполнительная власть и люди, пытающиеся делегировать ей больше регуляторных полномочий.

Беда в том, что затем, без всякого перехода Сергей Брин атакует Facebook и Apple. Эти компании не разрабатывают репрессивных законов, не сотрудничают с китайскими спецслужбами и не устраивают диверсии на складах конкурентов. Вся их вина состоит в том, что они огораживают в пределах общественного пространства собственные делянки и самостоятельно решают, какую информацию туда впускать, а какую — оттуда выпускать. Они совершенно точно не ограничивают добровольного обмена информацией: разработчики приложений и пользователи по собственной воле решают, работать с ними или нет. Они существенно облегчили за последние несколько лет скорость информационного обмена по всему миру, хотя создателю поисковика нелегко понять, что обмен этот может выглядеть и так тоже.

Крупнейшие интернет-компании объединяет очень многое, но в первую очередь — общие ценности. Они верят в силу технологий, невозможность цензуры в интернете и добровольный обмен информацией. Некоторые создают проприетарные платформы, но это не делает их врагами свободы. Разница между внутренними правилами Facebook и китайской цифровой стеной примерно такая же, как между живой изгородью, окружающей пригородный дом, и колючей проволокой вокруг концентрационного лагеря.

Справедливости ради стоит заметить, что руководители Facebook и Apple тоже делают вид, что не понимают разницы между добровольным и недобровольным обменом информацией. Компания Марка Цукерберга специально нанимала в прошлом году пиар-агентство, чтобы рассказать миру об угрозах, которые несет Google сохранности данных своих пользователей. Apple поддерживала закон о борьбе с цифровым пиратством. Но от этого только печальнее: вместо того чтобы поддерживать общие ценности, лидеры отрасли вставляют палки друг другу в колеса.

Если Брин и вправду беспокоится за судьбу открытого интернета, ему (и его конкурентам) стоит решить, с кем бороться в первую очередь. И главное, за что бороться. Пока компании готовы приносить свои ценности в жертву акционерной стоимости, они рискуют и репутацией, и капитализацией, и будущим. И тогда на самом деле впору будет волноваться за перспективы свободного обмена данными.

Новости партнеров