Больше сексуальности и блеска: как модный дом Saint Laurent впервые получил доход в €2 млрд

Фото Instagram / ysl
Фото Instagram / ysl
Тандем креативного и генерального директоров помог модному дому Saint Laurent, не меняя стратегию кардинально, впервые в истории получить годовой доход €2 млрд. Топ-менеджеры рассказали Financial Times, почему важно не обращать внимания на размер компании и не превращать ее в «сумасшедший дом»

В 2019 году выручка модного дома Saint Laurent выросла почти до €2,05 млрд. Компания впервые перешагнула порог в €2 млрд и закрепила за собой статус одного из наиболее успешных модных домов в мире, пишет Financial Times. Газета подчеркивает, что в значительной степени это заслуга двух людей — креативного директора Энтони Ваккарелло и генерального директора Франчески Беллеттини.

Несколько лет назад в мире моды совместное интервью с людьми, занимающими две эти должности, было немыслимо, отмечает газета. Традиционно креативный директор и CEO были соперниками, олицетворявшими борьбу художественной свободы и коммерческой выгоды. Но в последнее время правильный подбор двух этих ключевых сотрудников стал залогом того, что выиграть могут обе стороны. Креативный директор Алессандро Микеле вместе с гендиректором Марко Биццарри помог Gucci заработать больше €8 млрд. Гендиректор Dior Пьетро Беккари нанял модельера Кима Джонса, чтобы оживить подразделение компании, ответственное за мужскую одежду. Результаты также оказались впечатляющими.

Как 28-летняя модель с помощью Instagram создала успешный бренд одежды

Беллеттини возглавила Saint Laurent в конце 2013 года. Когда она встретилась с сооснователем компании Пьером Берже, то заявила, что намерена увеличить продажи бренда до €3 млрд. Для компании, которая тогда зарабатывала меньше €500 млн в год, такой прогноз казался весьма смелым. Но Беллеттини так не считает. «Вы присоединяетесь к этому бренду, и вы видите, что все необходимое уже на месте. У нас есть все эти товары. Нам лишь нужно найти правильный способ ускорить двигатель», — описала она свой подход в беседе с Financial Times.

«Единственная надежда»

Ваккарелло стал креативным директором бренда в апреле 2016-го. Беллеттини наняла его на место модельера Эди Слимана. «Энтони был моей единственной надеждой, — заявила она газете. — Я всегда говорю, что сначала злилась, потому что это был момент, когда на всех передовицах были сумки Saint Laurent и одежда Энтони Ваккарелло. В то же время его одежда выглядела довольно неплохо и очень соответствовала духу нашего модного дома».

Брутализм, винтаж и ренессанс костюма: как в 2020 году кино влияет на моду в режиме реального времени

Сам Ваккарелло после своего назначения рассказывал FT, что изначально к нему обратились анонимно и предложили пост креативного директора в доме, название которого не раскрыли. «В качестве шутки я сказал, что единственный дом, ради которого я остановлю работу собственного бренда и с котором мне интересно было бы поработать, — это Saint Laurent», — говорил он.

Беллеттини и Ваккарелло во многом похожи, подчеркивает издание. Оба одеваются в черное и говорят на двух языках — итальянском и языке бизнеса. «Я люблю звонить Франческе, чтобы узнать цифры», — говорит Ваккарелло. — Чтобы узнать, какие продажи показала компания на этой неделе. Я люблю знать, что работает, а что нет». Модельера не просто так беспокоит, как продается его одежда: когда до Saint Laurent он руководил собственным брендом, знать продажи ему было необходимо для того, чтобы остаться в бизнесе.

Мода на экологичность. Как уменьшить объем отходов при производстве одежды

«Это не сумасшедший дом»

«Прелесть дома Saint Laurent в том, что креатив поддерживается остальной командой со времен господина Сен-Лорана, — заявил Ваккарелло. — Это не сумасшедший дом, в котором делают экспериментальную одежду. Так что мы знаем, что такое полупальто и что такое пальто. Мы знаем, как должны выглядеть брюки. Поэтому битвы за коммерческую стратегию не было. Когда я создаю коллекцию, я думаю об уличной моде. Я думаю о женщинах».

С эстетической точки зрения работу Ваккарелло можно описать как эволюцию бренда, а не революцию в его работе. Оставшиеся от Слимана тонкий пошив, выразительные аксессуары и взрывная вечерняя одежда продолжили быть частью бренда. Но новый руководитель отказался от склонности модного дома к стилю неогранж. Он также привнес больше блеска, сексуальности и изделий из кожи. Кроме того, модельер снова обратил пристальное внимание бренда на женщин.

Моль, коммуналка и чувство стиля: как одевалась Майя Плисецкая

Отдельное внимание Ваккарелло уделяет одежде от кутюр со сложной вышивкой и перьями. Он подчеркивает, что важно иметь такую категорию товаров в магазине. Цена подобной одежды высока — за кислотно-зеленое пальто со страусиными перьями придется заплатить €24 000. Комбинезон с пайетками обойдется в €19 000. Они явно не продадутся в тех же количествах, что и джинсы или футболки бренда. Но это ценное упражнение в сфере позиционирования бренда, объясняет Беллеттини.

«Естественно и непринужденно»

Гендиректор видит в Saint Laurent модный дом уровня Dior или Chanel, хотя он и меньше. «Для людей имя — это имя», — подчеркивает она. Беллеттини объясняет, что нашла в Ваккарелло того, кто может приводить бренд к успеху «естественно и непринужденно». «Я всегда чувствовал, что Saint Laurent — крутой бренд, хоть, возможно, и небольшой. Для меня важно было вывести его на один уровень с другими», — отмечает модельер.

Новый русский минимализм: как уральские дизайнеры покорили Москву

Говоря о будущем Saint Laurent, Беллеттини вспоминает о прогнозе, сделанном при выручке €500 млн. Приближаясь к своей цели, она уже ставит новую — €5 млрд. «Честное слово, у нас есть все для того, чтобы к этому прийти», — заявляет она.

Дополнительные материалы

В моде интеллект: пять стартапов, меняющих fashion-индустрию