Это только начало: чего ждать от странного возвращения прогрессивной шкалы НДФЛ

Фото Антона Вергуна / ТАСС
Фото Антона Вергуна / ТАСС
Повышение ставки НДФЛ до 15% для высокооплачиваемых категорий граждан означает конец девятнадцатилетней эпохи плоской ставки подоходного налога — одного из важных экономических достижений правления Путина. О том, что с этой инициативой не так и как могут развиваться события дальше, рассуждает директор Института стратегического анализа
 ФБК Grant Thornton Игорь Николаев.

Президент предложил с 1 января будущего года повысить ставку подоходного налога с 13 до 15 процентов для тех, кто зарабатывает больше 5 млн рублей в год. При этом повышенной ставкой будет облагаться только та часть дохода, которая превышает 5 млн рублей в год. Дополнительные деньги должны целевым образом направляться на лечение детей с тяжелыми, редкими заболеваниями, на закупку дорогостоящих лекарств, техники и средств реабилитации, на проведение высокотехнологичных операций.

Небезынтересно и то, что президент выразил уверенность: моральное право принимать решение по распределению собранных средств должны иметь только врачи и общественные деятели.

Вот такая инициатива. Да какая там инициатива — можно сказать, что решение. Прогрессивная шкала подоходного налогообложения, которой не было в России с 2001 года, возвращается.

Когда за несколько дней до выступления президента из правительственных кругов просочились сведения, что вновь обсуждается вопрос о введении прогрессивной шкалы налогообложения, стало понятно: на этот раз, похоже, все всерьез. Просто конъюнктура сегодняшнего политического момента такова, что вероятность введения «прогрессивки» резко возросла. Да-да, имеется в виду предстоящее голосование по поправкам к конституции.

Введение прогрессивной шкалы — беспроигрышный шаг с точки зрения электоральной поддержки. Результаты социологических опросов неоднократно показывали, что люди одобряют повышенное налогообложение для богатых. На самом деле это серьезный повод задуматься, почему существует такое стойкое одобрение. Возможно, потому, что большинство населения в России отнюдь не богатое, а почти 20 млн человек вообще находятся ниже официальной черты бедности. В бедной стране большинство жителей, вне всяческого сомнения, поддержит эту меру.

По-видимому, чтобы еще больше усилить привлекательность введения прогрессивной шкалы, решено было увязать ее введение с помощью тяжелобольным детям. Да еще и распределять собранные деньги должны врачи и общественные деятели. Ну кому это не понравится? Кто будет возражать, чтобы богатые заплатили больше, можно сказать, для святой цели — помощи тяжелобольным детям? Нет, таких не найдется. И именно это свидетельствует, что такое решение появилось именно сейчас — накануне голосования по поправкам к конституции — неспроста.

Однако в спешке — надо было во что бы то ни стало успеть до дня голосования 1 июля — похоже, не учли некоторые важные моменты. К примеру, то, что реализация данной инициативы в предложенном варианте нарушает один из важнейших принципов бюджетной системы Российской Федерации — принцип общего (совокупного) покрытия расходов бюджетов (Ст.35 Бюджетного кодекса РФ). Принцип этот гласит, что расходы бюджета не могут быть увязаны с определенными доходами бюджета. Там есть несколько исключений, но они здесь никак не подходят. То есть вы не можете конкретный налог — или его часть — направить на финансирование определенных расходов. Такое невозможно, и никакая бюджетная система не выдержит, если все будет организовано по-другому.

Есть и еще один любопытный аспект. Вообще-то НДФЛ — это региональный налог, однако в предложенном формате все однозначно выглядит так, как будто этот налог федеральный.

Наконец, как быть с тем, что распределять собранные деньги должны врачи и общественные деятели?  При всем уважении к врачам (уж не знаю, стоит ли писать «и общественным деятелям»), хочу напомнить, что есть установленные законом процедуры бюджетного процесса. Это же не деньги какого-то частного благотворительного фонда, в котором есть экспертный совет. Это бюджетные средства. Безусловно, мнение врачей должно обязательно учитываться, но это не одно и то же, что распределять бюджетные средства.

Решение о введении прогрессивного налогообложения оказалось оформленным таким образом, что его невозможно не увязать с голосованием 1 июля по поправкам в конституцию. Плохо, когда важные экономические решения подстраиваются под политическую конъюнктуру, — это негативно отражается на качестве принимаемых решений. В результате нередко получается, что правильное по сути решение, — а именно так, на мой взгляд, следует оценивать решение о введении в России прогрессивного налогообложения, — оказывается плохо работающим и дискредитированным.

Несколько слов о параметрах принятого решения. Правильно, что прогрессию хотя бы ввели с 5 млн рублей дохода в год, потому что буквально за несколько дней до объявленного решения говорили о пороге в 2-3 млн рублей. Хотя, по моему мнению, можно было бы начинать брать повышенный налог и с 6 млн рублей дохода в год.

По последним имеющимся данным Росстата за апрель 2019 года, от 250 000 рублей до 500 000 рублей в месяц у нас получали 183,7 тысячи человек. От 500 000 до 1 млн рублей — 37,4 тысячи человек, а свыше одного миллиона рублей в месяц — 11,3 тысячи человек. На основании этих цифр можно примерно оценить, что под установленную прогрессию с 5 млн рублей в год (417 000 рублей в месяц) в России попадает около 100 000 человек.

Ожидается, что с помощью введенной прогрессивной шкалы дополнительно удастся собрать 60 млрд рублей в год. Это, безусловно, совсем немного. Но не будем уж совсем наивными, как говорится, «лиха беда начало». Думаю, что новые параметры прогрессивного налогообложения мы можем увидеть уже достаточно скоро, накануне выборов в Госдуму осенью 2021 года.

Мнение автора может не совпадать с точкой зрения редакции