«Мы потеряем половину ресторанов»: как российский бизнес готовится ко второй волне коронавируса

Фото Сергея Карпухина / ТАСС
Фото Сергея Карпухина / ТАСС
В конце прошлой недели Израиль первым из развитых стран повторно ввел карантин из-за растущего числа заболевших коронавирусом. Насколько такой сценарий реален для России и переживет ли отечественный бизнес новый локдаун?

Никаких больше вечеринок, свободного перемещения по городу и полноценной работы бизнеса — такое решение приняли власти Израиля в конце прошлой недели и ввели повторный полноценный карантин. До этого частично ограничительные меры повторно вводили в Казахстане, Черногории, Сербии, Испании, Австралии, Вьетнаме, США и др., но Израиль стал первой развитой страной, полностью повторившей недавний локдаун на фоне растущего числа заболевших коронавирусом.

В России эпидемиологическая ситуация в последний месяц тоже ухудшается: 22 сентября только в Москве было зафиксировано 980 новых заболевших — это максимум с 23 июня. На этом фоне исключить введение нового карантина в России нельзя, хотя «в прогнозы рынков и центробанков всех стран вторая волна сейчас не заложена», считает Владимир Тихомиров, главный экономист BCS Global Markets. «Есть два основных сценария. Чуть более оптимистичный: к середине следующего года мы в основном пройдем все негативные экономические последствия кризиса, вызванного карантином и в первой половине следующего года пандемия сойдет на нет.  И более пессимистичный: те же результаты, но в конце следующего года, может, в начале 2022-го. Но все равно прогнозируют плавное восстановление, а не вторую волну и очередное падение», — считает экономист. 

«Вторая волна — это полный крах. Нас будет не спасти ничем»

Введение карантина не чисто врачебное решение, направленное на благо общества, а «политический шаг, когда он уже совсем необходим», отмечает Юлия Ткаченко, руководитель департамента по развитию медицины компании Best Doctor. «Мы сейчас видим рост заболеваемости с медицинской, с эпидемиологической точки зрения. Она начала расти чуть ли не с конца августа — начала сентября и сейчас стабильно поднимается. Облегчается дело тем, что у нас пока что достаточно теплая осень», — говорит врач. Она считает, что пик новой волны заболеваемости еще не наступил, и его стоит ждать в октябре-ноябре. 

По словам Ткаченко, пока клиники активно не перепрофилируются обратно в инфекционные, но во многих больницах остались небольшие ковид-отделения. «Это сделано, чтобы в случае чего опять развернуть эту историю. Врачи и заведующие отделениями ориентируются на то, что они будут расширять коронавирусный штат. То есть они в боевой готовности, чтобы запустить этот процесс в октябре», — говорит врач.

Если растущее число заболевших все-таки заставит российское правительство вернуться к режиму локдауна, это решение обойдется экономике очень дорого, предупреждает Тихомиров из BCS Global Markets. «Вслед за введением карантина резко падает потребительский спрос, люди не пользуются, не тратят, не ездят. Падает спрос на сырьевые товары, включая нефть, а это оказывает прямое влияние извне на российскую экономику, — говорит эксперт. — И если экономика в целом выстоит, то малый бизнес — сфера услуг, торговли, общественного питания, туризм, перевозки – еще после первого карантина не восстановился, а повторный будет для него просто шоком». 

Forbes поговорил с владельцами ресторанов, спортивных клубов, кинотеатров, частных школ, розничных магазинов и салонов красоты и узнал, что предприниматели думают о перспективе второй волны карантина. 

«Выручка упадет до нуля»

Владимир Перельман, владелец ресторанного холдинга Perelman People

Израиль еще в первый локдаун показал, что действует на опережение. Я думаю, что и сейчас они [правительство Израиля] сильно перестраховываются. Мне кажется, уже есть предпосылки к тому, что вырабатывается коллективный иммунитет к коронавирусу. Я думаю, что в Израиле просто тесная коммуна и такая высокая плотность населения, что они поступают таким образом, чтобы не заболела вся нация.

Я думаю, что любой шаг оправдан, если идет речь о спасении человеческой жизни. Если есть шанс спасти человека, надо это делать. С другой стороны, экономические последствия должны быть трезво взвешены государством.

В Москве действительно есть тревожные звоночки. Мы переживаем и отслеживаем ситуацию. Понимаем, что может быть повторение весеннего сценария. Но у нас есть ощущение, что вакцинация сможет помочь. 

У нас осталось довольно много долгов перед арендодателями, которые не пошли навстречу, и перед поставщиками. Это большие суммы, мы их почти погасили. Мы восстановились на 70%, при этом потеряли два ресторана. Пока просто не хватает оборотки, поэтому мы не можем полностью реабилитироваться. Потихоньку возвращаемся к докризисному уровню зарплат, они в целом на 15-20% ниже, чем было до пандемии. Если мы сможем осенью получить сопоставимые с прошлым годом цифры, то будем расти и в зарплатах. Стараемся не расти в ценах, а в некоторых ресторанах даже снижаем. 

Я думаю, что Москву не закроют. Но мы с первого дня работы после локдауна начали откладывать деньги: аккумулируем запасы и практически не распределяем дивиденды. В этом и есть наш план. Плюс мы не допускаем никакой [новой] задолженности перед поставщиками. Таким образом, если произойдет локдаун, у нас не будет драматических долгов. В целом мы находимся в состоянии готовности.

Если мы закроемся, выручка упадет ровно так, как в прошлый раз, до нуля. Потому что рестораны перестанут работать. А дальше уже включится доставка. Я думаю, [она принесет] в лучшем случае 10% от оборота. Продержаться мы сможем пару месяцев. И в целом после второго локдауна шансов открыть такое же количество ресторанных проектов, как сейчас, нет. В прошлый раз мы потеряли, условно, 20% проектов, если локдаун случится еще раз, потеряем половину. 

 

Дмитрий Нартов, генеральный директор сети кинотеатров «Киномакс»

Честно говоря, плач царевны, который периодически переходит в рыдание и битье головой об стену, уже набил оскомину. Ни на кого этот плач [предпринимателей] никакого воздействия не имеет. Правительство абсолютно ясно выразилось: выживет сильнейший. Никаких субсидий никому не будет. Будет потихонечку поддерживаться электорат. Какие-то госкомпании или компании с государственным участием, тоже, наверное, поддержку получат. Что касается поддержки кинотеатральным сетям, то мы от нее не отказываемся и продолжаем слать отчеты в Минпромторг. Недавно получили ответ от Министерства культуры о том, что нам, кинотеатрам, была оказана всеобъемлющая поддержка по разным направлениям начиная от субсидий на зарплату, заканчивая субсидированными кредитами. Но субсидии получили только малые и средние предприятия. Крупные компании, к которым относимся и мы, ничего не получили, несмотря на то что мы попали в списки наиболее пострадавших и системообразующих. С банком своим мы договорились сами о дополнительном кредитовании. Но деньги по кредитам все равно нужно отдавать. Это, знаете, такая мышеловка: чем глубже ты в нее залезаешь, тем прочнее твои ноги увязают в этой кредитной массе.

Поэтому, если страна вдруг опять перейдет в состояние повышенной готовности, мы не выживем. Наверное, придется продать все органы, чтобы новые долги погасить. Никто не выживет в этой ситуации. Ну, может быть, госпредприятия выстоят, но частный, средний бизнес, близкий к большому, не выживет. У нас слишком много обязательств на сегодняшний день. Если мы в прошедшем карантине еще сохраняли персонал, то при повторном закрытии придется всех распустить. Если президент опять объявит своей волей выходной на несколько месяцев, бизнес просто обанкротится. 

Наша индустрия и после первого-то карантина еще не оправилась: на сегодняшний день открыто около 60% кинотеатров по стране. Август мы отработали очень тяжело: я прогнозировал, что мы выйдем на 20% оборота 2019 года, но с учетом закрытым кинотеатров получилось не больше 14%. В сентябре ситуация лучше — мы выходим где-то на 60% от этого же периода в прошлом году, благодаря фильмам «Довод», «Мулан» и др.

Думаю, Россию вряд ли еще раз закроют. Хотя могли бы, потому что доля государственного участия в экономике нашей страны огромная. И даже если все закроют, экономика страны просядет, но не рухнет.

 

«Если вторая волна придется на декабрь, то всем хана»​​​​​

Михаил Иванов, совладелец книжного магазина «Подписные издания» в Санкт-Петербурге

С первой волной все произошло внезапно. Никто такого не ожидал. 

До первого карантина больше 90% оборота нам приносил опт и офлайн-розница. Опт умер сразу: закрылись наши основные клиенты — офлайн-продавцы. Потом закрылся и наш офлайн-магазин. Дальше начались мучительные дни ожидания государственной помощи. 

Розничная торговля поначалу не была включена в список пострадавших отраслей. Мы все сидели на чемоданах банкротства. За счет того что мы очень быстро перестроили работу всей команды на онлайн, смогли выжить. Но даже с учетом этого продажи упали на 70%. Это был глубокий минус. Нам пришлось докладывать свои деньги, чтобы выплачивать зарплаты, Я, например, продал один из своих личных активов. Потом пострадавшей отраслью нас признали, и мы смогли получить беспроцентный кредит на зарплаты от Сбербанка, плюс финансовую поддержку от [Ленинградской] области.

«Повторный локдаун будет намного более фатальным, чем первый, и приведет к краху бизнеса»

Сейчас мы начали потихоньку восстанавливаться. Август к августу прошлого года вырос на 30% за счет русскоязычных туристов. Но, по сути, мы еще не реабилитировались: оптовый бизнес, который прежде нам приносил 30% выручки, до сих пор в очень плохом состоянии. Много должников у нас. По обороту почти за три квартала 2020 года мы упали к предыдущему году на 15%. А рассчитывали вырасти на 30%. 

Сейчас все, кто получали государственную помощь, в долгах. С ноября мы должны начать выплачивать Сбербанку обратно эти беспроцентные кредиты на 3 млн рублей, которые брали на зарплату. Около 5 млн рублей область нам дала на три года, и это тоже надо будет отдавать. К тому же мы, как истинные недалекие книжники, запустили еще огромную стройку в июне, которую планировали еще в начале года. Расширяем магазин в пять раз. Для этого мы тоже брали кредиты.

Ко второй волне мы сейчас готовимся, какие-то сценарии прорабатываем. Но все мысли, силы и деньги сейчас в стройке. Если всех снова закроют на карантин, конечно, для нас это будет абсолютным кошмаром. Мы станем дефолтной организацией, которая не сможет выполнять свои обязательства ни перед партнерами, ни перед сотрудниками, ни по взятым кредитам. Для нас это страшный сон. Если вдруг пример Израиля станет реальностью, то очевидно, что все, кто связан с розницей, даже если они еще раз переквалифицируются на онлайн, потеряют 60-70% выручки. Не нужно забывать, что карантин и кризис влияют и на конечных покупателей — их покупательская способность постепенно снижается. Поэтому если будет вторая волна и новые закрытия на карантин, это будет крах. Нас будет не спасти ничем. 

После первой волны мы стали откладывать ежемесячно понемногу от оборота на черный день. В случае второй волны, чтобы удержаться на плаву, наверное, придется еще какое-то личное имущество продавать. Надо еще понимать, что для всего ретейла декабрь — это тот месяц, который способен сделать 20-25% годового оборота, это как 8 марта для цветочников. Если, не дай Бог, вторая волна придется на декабрь, то всем хана. Лично мое мнение: государство этого [второго закрытия на карантин] никогда не допустит. Потому что денег просто не хватит для поддержки бизнеса. 

 

Игорь Стоянов, владелец сети салонов красоты «Персона», президент Ассоциации предпринимателей индустрии красоты

Мой сын живет и учится в Тель-Авиве, поэтому я за Израилем наблюдаю давно. Месяц они [правительство Израиля] раскачивались — и закрылись. Это грустно. Но мы провели три месяца карантина и научились смотреть на проблему не плоско, а с разных сторон. Израиль закрылся на месяц и только когда со всеми договорился о внешнем регулировании. Плюс закрылся в новогодние праздники, которые длятся три недели (власти Израиля объявили повторный локдаун с 18 сентября по 9 октября с возможностью продления — Forbes). Важно понимать, что взяли нерабочие дни.  

Я скорблю, что в России рекомендациям Роспотребнадзора следуют и осознанно относятся к коронавирусу всего 20% людей. Это немало, но недостаточно. Я не исключаю новый локдаун. Он будет тяжелым.

После карантина не открылось 9% салонов премиум-класса, всего по рынку 15%. Если мы закроемся на второй этап [локдауна], думаю, будут серьезные психологические травмы. Мало кто готов к такому, это большие потери. Я думаю, оправдаются мои худшие предсказания: от 30% до 40% рынка закроется насовсем. И самое ужасное, часть рынка уйдет в тень. Потому что никто не хочет быть осознанным — это дорого. Быть на виду, быть легальным дорого. Мы ничего с этим сделать не можем. Это больно, это откат назад.

У нас [в «Персоне»] в этом году на 20-30% выручки меньше, чем в прошлом. Мы балансируем на грани. Я это называю «положительный ноль». Еще не убытки, но ни о какой прибыли мы говорить не можем. Подкосил курс валют, платежеспособность людей упала. Работаем не на потоке, а на постоянных клиентах. Мы 1% салонов закрыли, около 5% салонов переехали на новую локацию. Большинству удалось договориться с арендодателями на скидку.

Мне кажется, если будет локдаун, то закрывать [отрасли] будут постепенно. Скорее всего, правительство компенсирует зарплату [официально трудоустроенным людям]. Мы попробуем остановить оплату аренды – как нам удалось это сделать в прошлый локдаун. Уже сформировали небольшую финансовую подушку, которой как минимум хватит на зарплаты за месяц. Попробуем по частям выдавать, чтобы сотрудники не проели деньги [сразу].

Будем на связи с властями, мониторить ситуацию. И будем консолидировать сообщество вокруг Ассоциации предпринимателей индустрии красоты, поддерживать друг друга. Например, у нас были незаполненные после локдауна площади, кабинеты — мы их сдавали моносетям (под аппаратную косметологию, маникюр, «реснички и брови»), которые плохо себя чувствовали. Это не приносит большого заработка, но компенсирует часть аренды. 

Второй локдаун — это очень тяжело. Я думаю, что месяц будет возможно [продержаться]. Два, ну три, понимая, что войдем в январь, пустой, холодный и авитаминозный. Будет очень тяжко. Я бы хотел, чтобы это [новое закрытие] не больше месяца было. И то, предполагаю, что много паники будет.

 

«Это как отрезать себе руку, чтобы спастись»

Андрей Шубин, сооснователь сети барбершопов Boy Cut, кроссфит-клуба MSK CrossFit & Fight Club и кофейни Finch Coffee

Я слышал про локдаун в Израиле. Он имеет конкретные сроки, поэтому к нему можно было подготовиться всем: и государству — продумать меры поддержки, и предпринимателям. Не как у нас: весной закрыли на неделю вначале, потом еще на неделю, потом еще. Я не знаю деталей, но мне Израиль кажется более прогрессивным в плане взаимодействия государства и бизнеса. Бизнес понимает, какие льготы и преференции получит, прямые вливания.

Я думаю, у нас повторного закрытия не будет. Локдаун убьет бизнес однозначно. С этим соглашаются все, с кем я общаюсь последние полгода: коллеги из бизнеса, партнеры, арендодатели. Мы сейчас обсуждаем скидку на аренду. Если нас закроют, я уже не за скидкой приду — это будет конец всему.

«Денег на поддержку бизнеса у государства просто не хватит»

Карантин высосал все резервы, новые накопить не было возможности. Мы сейчас по всем трем направлениям бизнеса [кроссфит-клуб, барбершопы, кафе] не вернулись к докорантинным показателям. Нам 20-30% [выручки] не хватает до прежнего уровня. На этом сказался и курс валют, и то, что покупательная способность стала меньше. Офисы на удаленке, а у меня практически весь бизнес ретейловый и в центре. А там не так много людей живет, в основном работают. Я ощущаю напрямую пустые бизнес-центры. Вузы, которые с марта были на удаленке, только на прошлой неделе начали возвращаться [к очному обучению]. 

Повторный локдаун будет намного более фатальным, чем первый, и приведет к краху бизнеса. Либо должны быть какие-то беспрецедентные государственные меры поддержки. Сейчас надо разбиться в лепешку, чтобы что-то получить. Город компенсирует часть затрат на агрегаторы еды, которые удерживают 30-40%. Но вчера мне отказали, потому что мы неправильно подали документы. Как будто ты получаешь ипотеку, при этом сидел и безработный — такая борьба. Если меры будут прямыми и малый бизнес получает деньги по такому-то уравнению — сумма, умноженная на день карантина, тогда другой разговор. Но так не было и не предвидится.

Вводить локдаун или нет — это такая сделка с совестью. Если не закрыть, да, заболевших много, летальных исходов больше, чем могло бы. Но если все закрыть, тоже непонятно, сколько людей останутся без денег и без работы.

Если локдаун случится, мы встанем полностью, мы же офлайновый ретейл. Мой «план Б» заключается в иной позиции на переговорах с арендодателями. Понятно, что посыл мягкий, который имел место вначале карантина — «мы все всё понимаем, мы все в одной лодке, отсрочки, скидки», сменится другой позицией — «либо так, либо я съеду, и ты, пока все это не кончится, никого сюда не посадишь». Аренда — основная статья моих расходов. Если мне ее не уберут, то я не продержусь нисколько. Придется, наступая себе на горло, принимать сложные решения, от чего-то отказываться до того, как мы подойдем к нулю. Это как отрезать себе руку, чтобы спастись. 

 

«Повторный карантин может вызвать у людей депрессию»

Дарья Абрамова, основательница сети школ программирования «Кодабра»

Первую волну мы пережили. Отказались от всех помещений — у нас теперь вообще нет никакой арендной недвижимости. Потеряли половину команды, сейчас только на 20% нарастили. Убыток в первые недели карантина составил 2 млн рублей. Плюс летом мы не делали привычный формат городского лагеря, поэтому недополучили около 9 млн рублей. По сути, из-за карантина у нас произошел пивот: сейчас мы работаем на новом для нас рынке онлайн-обучения программированию. 

Падение год к году у нас составляет где-то 20-30%, из-за того что снизился средний чек. Плюс на рынке онлайна мы пока ищем целевую аудиторию. Возможно, мы наверстаем это падение, но вторая волна и возможность нового карантина ставит это под вопрос. С одной стороны, она не должна повлиять на нас, потому что мы почти целиком ушли в онлайн, с другой — непонятно, к чему она приведет. Еще один карантин значит снижение покупательной способности, а это может привести к падению выручки. Думаю, образование детей в любом случае остается для родителей в приоритете. Вопрос в том, что они могут эту потребность закрывать только основным образованием, а могут платить за дополнительное. Первая волна показывала, что в целом запрос родителей на дополнительное образование детей не уменьшился. Там были проблемы, связанные с тем, что детей увезли в лес и у них нет интернета, но думаю, что такой риск при втором закрытии маловероятен. Все уже поняли, как решать такие задачи. Поэтому, надеюсь, на нас вторая волна, если она случится, скажется несильно, и мы выстоим. 

Но повторный карантин может вызвать у людей депрессию: кто-то вообще не съездил отдохнуть, кто-то съездил, но урывками. Осень, настроение и так печальное, а тут еще и новый карантин. Люди могут начать сильно экономить на всем дополнительном, переживая за мир, за себя. Вот эта штука может ударить по всем, в том числе, и по нам.