Виктор Забалуев, Альфа-банк: от контакт-центра к сервисной платформе

— Что послужило толчком к системным изменениям в вашем департаменте?
— В 2021 году банк активно расширял продуктовую линейку. На рынок выходили новые продукты, о них говорили медиа и блогеры, клиенты получали все больше предложений и обращались в банк с вопросами. Поток обращений быстро рос, и прежняя модель контактного центра перестала справляться с нагрузкой.
Мы столкнулись с нехваткой сотрудников. Подготовка нового оператора занимала около трех месяцев, поэтому просто наращивать штат было уже недостаточно. Мы фактически работали в режиме антикризисного управления и понимали, что нужны не локальные улучшения, а системная перестройка.
— Каким был ваш ответ на вызовы?
— Мы начали перестраивать саму модель взаимодействия с клиентом. Автоматизация должна была решить две задачи: снизить текущую нагрузку и создать инфраструктуру для дальнейшего роста банка. Довольно быстро стало понятно, что просто автоматизировать ответы недостаточно. Клиент взаимодействует не с отдельным продуктом или подразделением, а с банком в целом. Поэтому поддержка должна быть единой, удобной и бесшовной независимо от того, с каким вопросом человек обращается и по какому каналу.
Так появилось видение единой сервисной платформы. Мы начали превращать классический контакт-центр, который в основном отвечал на базовые вопросы, в систему, способную сопровождать клиента при взаимодействии с разными продуктами и помогать ему решать более сложные задачи.
— Что такого умеет сервисная платформа сегодня, с чем раньше не справился бы классический контактный центр?
— По сути, многие процессы, где клиенту или сотруднику нужна поддержка, сегодня работают через единую сервисную платформу. Главное изменение заключается в том, что мы перестали быть подразделением, которое отвечает на звонки — и только.
Сегодня сервисная платформа сопровождает десятки клиентских и внутренних процессов банка — гораздо больше, чем классический контактный центр. Мы поддерживаем партнерские проекты, такие как «Свой в Альфе», консультируем менеджеров «Альфа-Бизнеса», работаем с клиентами по вопросам ограничения счетов. Кроме того, платформа поддерживает внутренние кадровые проекты. Например, программу «Вместе в КЦ», которая позволяет сотрудницам в декретном отпуске продолжать работать удаленно и сохранять связь с банком. Или проект «Альфа Кидс», в рамках которого подростки получают первый опыт работы в Альфа-банке. Клиент, обратившийся в контакт-центр, не нуждается больше в другом канале обслуживания, потому что его вопрос будет решен.
— Что потребовалось изменить внутри департамента, чтобы такая модель заработала?
— Новая модель потребовала глобальной перестройки не только в структуре департамента, но и в образе мышления сотрудников. Раньше контактный центр в основном принимал обращения, но по мере расширения задач нам понадобились отдельные команды с разными компетенциями: для обслуживания клиентов, претензионной работы и сопровождения сложных ситуаций. При этом они не должны были превращаться в изолированные подразделения — клиентский вопрос должен свободно переходить между ними и решаться в рамках одной системы.
Одновременно мы меняли сам принцип организации команды. Наряду с классическими площадками появился появился домашний контактный центр. Он позволил нам выйти за пределы городов, где у банка были офисы, и привлекать сотрудников по всей стране. Сейчас в этой модели работают люди более чем из 350 городов России. В результате департамент стал одновременно более специализированным и более связанным: у каждого направления появилась своя экспертиза, но для клиента сервис работает бесшовно.
— Как вы обеспечиваете бесшовность клиентского пути между дирекциями и разными департаментами банка?
— На старте трансформации это была одна из самых сложных задач. Для клиента банк — единая система, но внутри его обращение может затрагивать сразу несколько подразделений. Поэтому нам было важно не просто качественно отвечать на вопросы, а увидеть весь клиентский путь целиком и понять, где именно возникают лишние обращения, задержки и разрывы.
Мы начали с анализа каждого направления: сколько обращений оно создает, какие инструменты автоматизации используются и насколько хорошо они работают. Дополнительно смотрели на оценки клиентов в Voice of Customer (англ. «Голос клиента» — сервис для получения обратной связи в Альфа-банке. — Forbes Club). Так мы получили общую картину не по отдельным контактам, а по всему пользовательскому пути — от продукта до поддержки.
— Какую роль в обеспечении этой бесшовности сыграла единая сервисная платформа?
— Клиент не разделяет банк на подразделения. Для него есть одна задача, которую нужно решить быстро и без повторных обращений. Поэтому сервисная платформа стала не только местом, где помогают клиенту, но и последней точкой проверки качества любого клиентского пути.
Мы видим обращения по всем продуктам банка и понимаем, где у клиента возникают сложности. Эти данные анализируем вместе с бизнес-командами: смотрим Voice of Customer, оцениваем количество обращений по каждому процессу, изучаем причины повторных контактов.
Очень быстро стало понятно, что оценивать сервис только по скорости ответа или удовлетворенности уже недостаточно. Нам нужна была метрика, которая показывает качество самого клиентского пути. Так одним из ключевых показателей стал Contact Rate — доля обращений к активной клиентской базе. Если Contact Rate растет, значит, где-то процесс устроен неудобно или продукт требует доработки. Поэтому сегодня это общая метрика для сервисной платформы и владельцев продуктов. Она помогает оценивать изменения не по ощущениям, а по тому, стало ли клиенту действительно проще пользоваться сервисом.
— Как эта аналитика влияет на развитие продуктов?
— Она позволяет переводить клиентскую обратную связь в конкретные решения. Мы не просто фиксируем, что по какому-то продукту растет число обращений, а разбираемся, на каком этапе клиентского пути возникает проблема и что именно нужно изменить.
Для этого мы создали «комитет суперсервиса». На нем вместе с владельцами продуктов смотрим данные Voice of Customer, Contact Rate, причины повторных обращений и определяем, какие доработки дадут наибольший эффект с точки зрения клиента. Так сервисная аналитика становится частью продуктовой повестки, а не остается внутри контактного центра.
Кроме того, сервисная платформа подключается еще до запуска новых продуктов и изменений. Мы заранее оцениваем клиентский путь, прогнозируем возможные вопросы и помогаем сгладить острые углы до того, как с ними столкнутся клиенты. По сути, сервисная платформа стала финальным чекпойнтом перед запуском: продукт должен не только работать технически, но и быть понятным и удобным для клиента.
— Как трансформация изменила работу сотрудников контактного центра?
— Чем больше задач брала на себя сервисная платформа, тем сложнее становилась работа сотрудника. Нужно было разбираться в большом количестве продуктов, быстро находить нужную информацию и при этом сохранять высокое качество диалога с клиентом. Решать эту задачу только за счет длительного обучения было уже невозможно.
Поэтому мы начали перестраивать рабочую среду. Собрали знания в единую систему, добавили подсказки и инструменты, которые помогают сотруднику прямо во время диалога. В результате обучение, которое раньше занимало около трех месяцев, удалось сократить до двух недель.
При этом речь не о том, чтобы заменить экспертизу сотрудника технологиями. Наоборот, мы убираем лишнюю рутину и помогаем быстрее принимать правильные решения. За человеком остается главная задача — понять ситуацию клиента и найти для него лучший выход.
— Искусственный интеллект сегодня часто называют главным драйвером изменений. Какую роль он играет в вашей трансформации?
— Для нас искусственный интеллект не был целью сам по себе. К моменту, когда мы начали активно внедрять ИИ, сервисная платформа уже работала как единая система. Поэтому новые технологии стали логичным продолжением трансформации, а не ее отправной точкой.
Сегодня ИИ помогает сотрудникам быстрее находить информацию, готовит ответы. Он автоматически анализирует обращения, снимает часть рутинных операций. Это позволяет специалистам меньше времени тратить на поиск информации и оформление процессов, а больше — на решение действительно сложных клиентских задач.
Мы рассматриваем искусственный интеллект как помощника, который усиливает человека. Именно поэтому вместе с развитием технологий продолжаем инвестировать в развитие сотрудников и их экспертизы.
— Какой вы видите сервисную платформу через несколько лет?
— Сервис будущего, за который клиент будет искренне ценить банк, — предсказуемый, невидимый и бесшовный. Клиент не думает о банке как о банке, а воспринимает его как личного финансового ассистента, который решает проблемы до их появления и экономит время без усилий со стороны клиента.
Клиент будущего ценит банк не за «низкую комиссию» (все уже почти одинаковы), а за то, как банк облегчает ему жизнь без усилий. Вау-эффект возникает, когда банк решил проблему, о которой клиент еще не успел даже подумать, и сделал это так чисто, что клиент заметил только отсутствие боли.
Коротко: сервис будущего — это «финансовый невидимка», который работает на вас, пока вы живете свою жизнь. Новый вау-эффект: магия исполнения желаний, бесшовные кросс-граничные операции и человеческая забота в кризис. И все это — через идеальную симфонию ИИ и людей.
