Олег Ачкасов: «В фокусе инвесторов — инструменты с фиксированной доходностью»
— Какие ключевые тренды на российском финансовом рынке вы наблюдали в 2025 году и как они повлияли на продуктовую линейку Альфа-банка?
— Два года рынок жил в условиях очень жесткой денежно-кредитной политики и непосредственно в 2025 году в условиях крепкого рубля. Фокус инвесторов сместился с рынка акций и инструментов, привязанных к акционерному капиталу, на облигации и инструменты с фиксированной доходностью. Первичный долговой рынок в 2025 году был на подъеме, и мы ждем сохранения высокого спроса в 2026 и 2027 годами. В наступающем году объем долга к погашению будет даже выше, чем в 2027 году, в силу большого объема плановых погашений.
Макропруденциальные ограничения со стороны Центрального банка, направленные на контроль инфляции, стимулировали банки активизировать секьюритизацию розничных кредитных портфелей и развивать CDO (Collateralized Debt Obligations, англ. — ценные бумаги, обеспеченные долговыми обязательствами юридических или физических лиц; на российском рынке пока внедрен лишь второй тип. — Forbes Club). Одновременно с этим мы наблюдали внедрение регулирования, стимулирующего развитие синдицированного кредитования. Для корпоративных клиентов это рабочий способ снизить стоимость заемных средств на кредитном рынке.
— Какие структурные продукты сейчас наиболее востребованы среди корпоративных клиентов Альфа-банка?
— Мы относим инвестиционные структурные продукты к инструментам повышенного риска и, соответственно, доходности. Спрос на них предъявляют в основном физические лица, но есть значимый спрос и со стороны институциональных инвесторов. Исторически наибольшую доходность показывали стратегии, ориентированные на акции, однако сейчас на рынке акций нет положительной динамики и востребованы структурные продукты, привязанные к росту ОФЗ. Сегмент показывает стремительный рост. Вместе с тем по мере снижения ключевой ставки в наступающем году мы допускаем возвращение интереса к акциям. В ближайшем будущем видим потенциал и у инструментов со встроенным кредитным риском.
В 2025 году клиентам также было интересно золото в разных видах: в слитках, ОМС (обезличенные металлические счета) и в форме цифровых финансовых активов. Такие активы были доступны для покупки с помощью сервисов нашего банка.
— Какие риски хеджировали клиенты в уходящем году?
— Корпоративным клиентам присуще наличие двух базовых рисков, связанных со стоимостью валюты и кредитов. Валютные риски преимущественно хеджируют импортеры и экспортеры, так как валюта играет в их деятельности важную роль. Для других экономических агентов большого смысла в этом нет. Однако из-за жесткой денежно-кредитной политики и регулирования ликвидности юаня у нас существенный диспаритет валютных и рублевых ставок. Это делало хеджирование валютного риска весьма дорогим удовольствием для импортеров немалую часть года.
При фактической стоимости заимствований в 27 % в самом начале года желающих хеджировать процентные ставки по кредиту, конечно, на время поубавилось. По мере снижения ключевой ставки актуальность продукта возвращается. Есть разные инструменты для хеджирования: от привычных форвардных контрактов до инновационных конструкций — например, через цифровые финансовые активы.
— В условиях высокой ключевой ставки был высокий спрос на депозиты. Сейчас, когда их привлекательность снижается, какую стратегию управления активами выбирают компании и инвесторы? Ждете ли вы перетекания средств на фондовый рынок и, как следствие, всплеска выхода компаний на биржу?
— Финансовая грамотность клиентов растет, они быстро замечают, когда нужно менять продукт для повышения доходности капитала. Для этого есть денежный рынок, цифровые финансовые активы, облигации и квазидолговые инструменты.
Даже после цикла снижения ключевой ставки и падения доходности облигаций мы видим доминирующий спрос на фонды денежного рынка и облигаций. Это заметно по росту количества открытых брокерских счетов, через которые покупают облигации.
Спрос на акции вернется, но реперная точка для перетока средств из облигаций в акции еще не наступила — она, как представляется, в нескольких процентах от текущего уровня ключевой ставки. Пока же динамика рынка акций не воодушевляет.
Тем не менее ВТБ смог привлечь значительную сумму через допэмиссию, состоялось значимое IPO (Initial Public Offering, англ. «первичное публичное размещение акций». — Forbes Club) ДОМ.РФ и размещение акций девелоперской компании GloraX. При появлении качественного эмитента мы видим потенциал спроса и предпосылки успеха сделки. Однако маловероятно, что без оферты (компания готова выкупить акции у инвесторов, которые будут непрерывно владеть бумагами GloraX в течение года после IPO, по цене IPO + 19,5 %) это размещение было бы столь же успешным на рынке в его нынешнем состоянии.
— Как вы оцениваете перспективы публичных размещений в 2026 году?
— Помимо ранее упомянутых сделок, в 2025 году состоялось пока одно SPO (Secondary Public Offering, англ. — вторичное публичное размещение акций. — Forbes Club), его провела компания «Озон Фармацевтика». Перспективы сделок IPO и SPO в 2026 году во многом зависят от денежно-кредитной политики. Если инфляция будет под контролем, ключевая ставка начнет снижаться, а за ней ставки по депозитам и доходность облигаций. Тогда рынок первичных размещений станет более открытым для эмитентов, ибо спрос на замещение долгового капитала акционерным сохраняется.
— Как в этих условиях выглядит рынок слияний и поглощений?
— В этом сегменте активны компании с хорошей кеш-позицией и консервативной долговой политикой. Проявляют активность и некоторые банки, включая Альфа-банк. В рамках Private Equity продукта (инвестиционный фонд вкладывает деньги в частные компании, которые не торгуются на бирже. — Forbes Club) мы становимся стратегическими инвесторами и помогаем компаниям привлечь акционерный капитал в условиях ограниченного спроса на публичном рынке. Аналогичную активность мы видим со стороны семейных офисов состоятельных россиян. Это интересный сегмент, который будет и дальше динамично развиваться. Ушедших западных инвесторов будут замещать внутренние игроки.
— Какие факторы будут определять развитие инфраструктуры российского финансового рынка в 2026 году?
— Сейчас рынок обоснованно чувствителен к сигналам Центрального банка, потому что многое зависит от жесткости денежно-кредитной политики. При этом в ожиданиях рынка бывает и немало ошибок: в 2024 году ждали снижения ключевой ставки, но она выросла. В 2025 году тоже мало кто угадал вектор движения процентных ставок и валютного курса. Для большинства участников рынка крепкий рубль стал неожиданностью.
Ожидания насчет роста денежной массы в 2026 году, объемов кредитования, потребительского спроса и экономики в целом гораздо более сдержанные — на уровне 2025 года. Если так и будет, это позволит Центральному банку и дальше снижать ставку и нормализовать стоимость кредитования ко второму полугодию 2026-го. При таком сценарии в 2027 году экономика сможет вернуться на траекторию роста на уровне 2-3% в год.