Викторианский глянец. Зачем смотреть «Эмму.» по роману Джейн Остин

Blueprint Pictures
Кадр из фильма «Эмма» Blueprint Pictures
Рассказываем, почему костюмная драма про начало XIX века — это отличный повод сходить в кино, и может ли она поставить точку в гендерных вопросах позапрошлого столетия

6 августа в прокат выходит «Эмма.» — костюмная комедия положений по роману Джейн Остин с Аней Тейлор-Джой («Ведьма»), Джонни Флинном («Крестовый поход в джинсах»), Мией Гот («Нимфоманка») и Биллом Найи («Пираты Карибского моря») в главных ролях. Фильм уже выходил в онлайн-прокат, но прокатчик, Universal, решил выпустить его и на большие экраны после карантина.

Юная Эмма Вудхаус, как гласят стартовые титры, прошла земную жизнь до 21 года в радости и без забот. Она живет в родовом поместье в крохотном провинциальном городке Хайбери со смешным отцом, которого ласково зовет «папá» с ударением на второй слог, и который больше всего боится свадеб, грозящих однажды забрать его любимую дочь в дом какого-нибудь малосимпатичного мужчины с цилиндром на голове. Так что милая Эмма, де-факто являясь владелицей поместья, не мыслит о замужестве, занимается хозяйством, устраивает светские рауты, а в свободное время занимается сватовством для знакомых. Очередной задачей становится обустройство личной жизни своей новой юной гувернантки, сироты мисс Фэрфэкс. Довольно быстро становится очевидно, что на деле Эмма не столь хорошо разбирается в людях, как ей кажется, а ее универсальный «конструктор пар» довольно сильно сбоит.

Первое, что хочется сказать про новую экранизацию последнего прижизненно опубликованного романа Джейн Остин (девятую по счету): не стоит сравнивать ее с «Маленькими женщинами» Греты Гервиг, как сильно бы ни хотелось. Антураж period piece (костюмного фильма, где period также «точка», отсюда и точка в названии) не предлог для вневременного диалога об эмансипации на основе популярного материала, а полноценная часть развлекательной программы. Режиссер, дебютантка в большом кино Отем де Уайлд, к 49 годам снявшая несколько клипов для Florence + The Machine и Beck, дотошно воссоздает обстановку викторианской Англии начала XIX века, включая такие мелочи, как детально воспроизведенный процесс переодевания мужчины того времени, с многочисленными подвязками, воротничками и рюшечками. Так что если вы просто хотите посмотреть красивую историю любви с пышными юбками и файф-о-клоками, то можете просто не читать дальше, мысленно ставить фильму «десятку» и идти в кино.

Но если разбираться глубже, то, как и литературный оригинал, «Эмма.» не такое уж и чисто прикладное искусство. В первую очередь потому, что драматургически фильм, без преувеличений, почти безупречен. Сценарий писала еще одна дебютантка в мире кино — Элинор Каттон, одаренная новозеландская писательница, самая молодая обладательница Букеровской премии в истории, получившая награду за свой второй роман «Светила» (по которому недавно был снят сериал с Евой Грин). Ей удалось выразить многословный материал 500-страничного романа в лаконичной форме сценария двухчасового фильма. В сжатом, но максимально близком к сути оригинала виде представлена классическая британская комедия положений. Первая половина фильма немного проседает за счет общей театральности вкупе с комичным заламыванием рук со стороны актеров, но во второй половине текст обретает драматические нотки, и сюжет расцветает, превращаясь в тонкую сатиру на современное общество глянца. Любой хороший исторический фильм, как известно, хорош как раз тем, что отсылает к современности, подсвечивая корни актуальных проблем.

При жизни Остин скромный тираж романа (2000 штук) был распродан не полностью. Оно и неудивительно: ведь ироничный роман о ценностях в Британии конца XVIII — начала XIX века, по сути, переосмыслял возможное положение женщины в обществе того времени. Несмотря на неукоснительное следование оригиналу, де Уайлд и Каттон позволяют себе дополнительно поехидничать над нравами того времени, заставляя экранную героиню, например, приподнять подол платья перед камином, чтобы погреть, простите, зад. Местные мужчины поголовно слабы характером, духом и силой воли. Высокородный интеллектуал мистер Найтли, одновременно главный критик и главный обожатель мисс Вудхаус, после любовного разочарования приходит в свое поместье и, скинув часть гардероба, падает на пол, всем своим видом показывая, что сегодня у него выросли совсем не джентльменские лапки. Местный викарий мистер Элтон, тоже неравнодушный к Эмме, после неудавшегося смолл-тока истерично выпрыгивает из экипажа прямо посреди заснеженного леса. Такое вольное обращение с нравами эпохи, вполне способное заставить поборников «исторических правд» недоуменно восклицать, в полной мере оправдывает современный, модернистский взгляд на книгу из прошлого.

Эмма Вудхаус — максимально эмансипированная девушка, которую непросто представить себе в обществе, нравы которого демонстрирует другой роман Джейн Остин, «Гордость и предубеждение», где импозантный мистер Дарси является переходящим кубком, за который рьяно бьются незамужние сестры. Стремление обустраивать судьбы других на деле оказывается подавленным желанием создавать симулякры собственной идеальной жизни, что наверняка было и своеобразной формой фантазии для писательницы оригинала. Потому тогда он смотрелся, как чистая комедия нравов, а сейчас обретает нотки гендерного высказывания. Безвольный «сильный пол» в фильме во всем зависит от женщин. Вудхаус-старший страшно боится перспективы женитьбы дочки, ведь с кем тогда ходить в церковь и болтать об ужасах старости? А мистер Найтли в итоге окажется бессилен перед обаянием очаровательной соседки-сводницы, и даже его интеллектуальная просвещенность в вопросах человеческой психологии пасует перед лицом настоящей любви.

Но самое, конечно, важное смысловое ядро фильма — это сама Эмма, юная self-made-woman, умело распорядившаяся имением отца и решившая, что жизненные мудрости постигаются ею столь же легко, как щелкаются семечки. Максимализм молодых и успешных, уверенных в своих силах сверх меры, «я хорошо понимаю людей», и как результат — классическое литературное qui pro quo, когда одно явление принимается за другое. Хороший пример: когда Фрэнк Черчилль несет на руках подвернувшую ногу на балу мисс Фэрфэкс, и та после заявляет, что влюбилась во второй раз. Что автоматически считывается Эммой как чувства к ее спасителю (неправильно считывается), и, как результат, приводит к комичной и трагичной одновременно ситуации позже. Уверенность девушки в правоте и гордые заявления о собственной независимости от простых человеческих чувств — примерно та же ширма, которой ее отец прикрывается от панически пугающих его сквозняков. Только в жизни Эммы этот сквозняк наносит сопутствующий урон тем, с кем сводит ее судьба. К Фрейду не ходи, показательное отрицание собственных чувств и потребностей никогда не приводит ни к чему хорошему, поэтому в нужный момент у Эммы, шокированной изъявлением чувств мистера Найтли, идет кровь из носа. Психическое прорывается через физиологию, приглушенная любовь настойчиво требует выхода.

Но все это попытка осмыслить фильм как точку в разговоре о матримониальных вопросах, хоть и на материале успешного светского общества прошлого. Смотреть картину Отем де Уайлд можно и не выискивая аллюзий на поколение зумеров. Это красивое, вычурное и приятное кино, которое заслуживает похода в кинотеатр — наслаждаться живописью «Эммы.», каждый кадр которой можно ставить в рамку, лучше в максимально высоком разрешении.