Еще до премьеры документальный фильм режиссера Бретта Ратнера о Мелании Трамп ожидаемо вызывал масштабную общественную дискуссию. Премьера состоялась на пике общественного недовольства в связи с поведением сотрудников Иммиграционной и таможенной службы (ICE) и безнаказанностью фигурантов «файлов Эпштейна», и спровоцировал ожесточенные споры насчет того, насколько радикальным стал разрыв между американским истеблишментом и избирателями, которые требуют подотчетности, а не бенефисов в кино.
Производственный бюджет «Мелании» — $40 млн, маркетинговый — $35 млн. Это невозвратные инвестиции Джеффа Безоса: некоторые критики усмотрели в жесте миллиардера признаки скрытой взятки. Он был одним из тех, кто стоял рядом с президентом во время инаугурации в 2025 году, а первые шаги для сближения с ним сделал еще в 2016 году. Выбор режиссера картины тоже вызывал вопросы аудитории: в 2017 году Бретт Ратнер (известный в первую очередь как создатель боевика «Час Пик») был обвинен рядом голивудских актрис в домогательствах и противоправном поведении.
Тем не менее, вопреки скептическим прогнозам, в первый уикенд «Мелания» собрала $7 млн — и заняла в американском кинопрокате третье место. Картина рассказывает о 20 днях из жизни жены Дональда Трампа до момента инаугурации ее мужа в январе 2025 года. Ратнер снял, как Мелания проводит личные встречи, готовится к торжественному мероприятию, а еще зафиксировал сцены ее общения с семьей и с близкими.
После выхода в прокат картина получила массу критических отзывов в мировых СМИ — от деловых изданий до глянца: автор The Guardian поставил фильму ноль звезд из пяти и назвал его «позолоченным мусором»; The Independant назвал его «пропагандой»; а журнал Vanity Fair и вовсе сравнил работу Ратнера с тем, что снимала в гитлеровской Германии Лени Рифеншталь. По данным Forbes, «Мелания» стал одним из пяти фильмов с самыми плохими рецензиями в истории IMDB. При этом, как пишет People, представителям портала Rotten Tomatoes пришлось оправдываться после того, как фильм о Мелании получил 8% от критиков и 99% от зрителей. Они заявили, что «никаких манипуляций» с отзывами не было.
В США «Мелания» идет более чем в 1700 кинотеатрах, а вот в Европе попасть на фильм довольно сложно. Судя по наблюдениям журналистов, посещающих показы, основная аудитория в кинозалах — женщины старше 50 лет. Скорее всего, большинство из них помнят Меланию еще как героиню светской хроники 1990-2000-х: топ-модель из Словении, которая ценит семью и любит Америку, давшую ей новую жизнь. На премьере картины в Кеннеди-центре ее главная героиня сказала, что хотела «показать другим людям, чего это стоит — из частного лица снова стать первой леди».
Это не первая попытка Мелании Трамп контролировать нарратив о себе. В 2024 году она выпустила мемуары, которые тоже озаглавлены как «Мелания». И это говорящая деталь: в книге нет интроспекции и рассказа о себе, как диктует жанр. Книга скорее похожа 180-страничный пресс-релиз, с помощью которого героиня пытается создать такую версию себя, которая кажется ей подходящей для роли первой леди. Там повторяются те же тезисы, которые Мелания артикулирует на протяжении многих лет. Семья и служение отечеству — превыше всего, быть первой леди — большая ответственность, мода — способ эффективно донести сообщение, благотворительность — то, чему Мелания уделяет больше всего внимания. Все очень правильно и выверено.
Новый байопик работает с тем же нарративом и пытается сделать его чуть более выразительным. Но насколько хорошо удалось Бретту Ратнеру справиться с поставленной перед ним режиссерской задачей?
Судя по всему, Ратнер отставил в сторону свои творческие амбиции и обошелся привычным арсеналом экшен-фильмов и свадебных видеографов: фильм как минимум наполовину состоит из плавных кадров, снятых со стабилизатора. Чтобы придать ему хоть какой-то динамики, режиссер прибегает то к частым склейкам, то к немотивированным искусственным приемам — например, к коротким вставкам, снятым на (или даже скорее стилизованным под) 16-миллиметровую пленку. Эти кадры начинаются только с середины фильма, и их появление никак не объяснено, кроме как тем фактом, что отец Мелании Трамп якобы любил снимать на ручную камеру. Фильму критически не хватает арт-директора: разные части фильмах сняты в разной стилистике. В итоге он не производит впечатления цельной работы — скорее хаотичной попытки сложить большое количество слабого материала во что-то работающее.
Сюжет фильма и вовсе сложно описать, — это скорее пастиш из нескольких мини-сюжетов, связанных между собой с помощью закадрового текста (Мелания рассказывает о себе и произносит прописные истины типа того, что родителей надо ценить, пока живы) и богатого саундтрека из хитов — от Майкла Джексона до госпела Amazing Grace в исполнении Ареты Франклин.
Вот Мелания примеряет платье для церемонии инаугурации, — и каждая ее ремарка стилисту (комически изображенному Эрве Пьеру) и его помощникам звучит так серьезно, как будто бы именно от этого зависит, станет ли Америка «снова великой». Ратнер пытается быть ироничным, включая в эту полную пафоса сцену ворчание портных, недовольных тем, что придется в очередной раз все перешивать.
Ни содержательно, ни технически «Мелания» не является документальным фильмом — это рекламный ролик, снятый как игровое кино. Сюжеты, через которые Ратнер пытается очеловечить Меланию: ее скорбь по умершей год назад матери (Мелания входит в идеально освещенную, украшенную цветами церковь и зажигает свечу); выбор посуды и декоративных элементов для новых интерьеров Белого дома; видеоконференция с Брижит Макрон и встреча с королевой Иордании Ранией. Все эти кадры могли бы стать основной для съемки для Vogue или Vanity Fair, но никак не для полнометражного фильма.
Но не все так безнадежно: если чуть перенастроить свою оптику и посмотреть на «Меланию» как на продолжение традиции, которую заложила документалистка и фотограф Лорен Гринфилд («Королева Версаля», «Поколение благополучия»), десятилетиями снимавшая сверхбогатых людей (в том числе и Трампа), то начинаешь обращать внимание на детали, которые зачастую говорят больше, чем основной сюжет. Взгляд Гринфилд однозначно критичен: снимая богатых и успешных, она не забывала включать в кадр людей, поддерживающих их роскошный стиль жизни — водителей, пилотов, обслуживающий персонал.
В «Мелании» президентская чета постоянно фотографируется с персоналом и помощниками — в Белом доме, в резиденции Мар-а-лаго во Флориде, — и среди них нет ни одного белого американца. Интерьеры Trump Tower, Мар-а-лаго и других резиденций выглядят избыточно и китчево: это фирменная трамповский стиль, за который его любят критиковать — якобы по-настоящему богатые люди обладают более утонченным вкусом. Сцена инаугурации, снятая довольно близко к Трампу и Мелании — и гораздо более выразительно, чем официальная трансляция, — и вовсе выглядит сатирически: чего только стоит напряженное лицо Камалы Харрис, которая еле сдерживает свое презрение к новоизбранному президенту.
Если говорить об образе Мелании, то несмотря на объективные минусы этого байопика, его героиня к финалу и в самом деле начинает казаться более глубокой и человечной женщиной, чем ее обычно рисуют в медиа. А критики в адрес первой леди хватает: то высмеивают ее восточноевропейский акцент, то изображают одинокой «трофейной женой», запертой в Белом доме и от одиночества общающейся со специалистом техподдержки (так ее показали в скетче шоу Saturday Night Live). Но, к сожалению, ни эта сатира, ни комплиментарный байопик Ратнера не приближают нас к реальному образу Мелании. Может быть, со временем и публика сможет воспринимать ее в отрыве от одиозного мужа, и найдется режиссер, который готов будет снять настоящее документальное кино. Ведь Мелании точно есть, что рассказать, — проблема лишь в том, захочет ли она это сделать.
Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора.