Глава студии Miramax Билл Блок — о новом Гае Ричи, страшном кино и Харви Вайнштейне

Фото Miramax
Фото Miramax
Специально для Forbes Life кинокритик Егор Беликов поговорил с главой студии Miramax (основана братьями Бобом и Харви Вайнштейнами) об антикризисном пиаре и новых проектах компании

Билл Блок — глава киностудии Miramax с 2017 года. При этом Блок никогда не работал с Харви Вайнштейном, потому что студия, созданная братьями-продюсерами Вайнштейн в конце 1970-х и названная именами их родителей, Миры и Макса, уже давно имеет к ним очень мало отношения — разве что историческое.

Харви и Боб Вайнштейны продали свою студию Disney еще в 1993 году всего за $60 млн. Сегодня это смешные деньги для кинокомпании, пусть она и специализировалась на независимом, считай, авторском кино — нынче даже бюджет одного фильма может быть втрое или вчетверо больше. Впрочем, управлять студией братья продолжали до 2005 года, когда в Disney наконец заметили, что их работа не приносит большой прибыли, учитывая, сколько зарабатывают управляющие. На самом деле проблема была даже не в деньгах, а в методологии закупки фильмов — например, много дискуссий в США вызвал их релиз антиамериканского по духу документального фильма — победителя Каннского фестиваля «Фаренгейт 9/11» Майкла Мура. Тогда Вайнштейны ушли и основали свою компанию — The Weinstein Company.

Виновен, но не полностью: о чем говорит нам приговор Харви Вайнштейну

Корпорация Disney с годами все больше теряла интерес к своему «независимому» активу, который казался странным и ненужным в сравнении с каким-нибудь Marvel. В итоге студию продали фонду с катарским участием, новые владельцы долго пытались пристроить куда-нибудь роскошную библиотеку прав (говорят, в начале 2010-х к этим фильмам присматривался даже Google, который тогда хотел всерьез конкурировать с Netflix и Hulu). В 2015-м компанию перепродали катарской beIN Media Group, в 2019-м корпорация ViacomCBS (им же принадлежит Paramount) приобрела 49% акций. Перед этим Вайнштейны приценивались и даже думали вернуть себе фамильное дело, но не срослось. В 2018-м Харви обвинили во всем том, в чем его обвинили, и тогда Miramax даже пыталась выкупить права на библиотеку The Weinstein Company, новой компании Вайнштейнов.

Сегодня Билл Блок и Miramax под его руководством находятся в интересном положении. С одной стороны, их не в чем обвинить, с другой — легендарный бренд навсегда исторически связан с известнейшим в новейшей американской истории разоблачением высокопоставленного абьюзера. Под управлением новых собственников и Блока Miramax снова стала снимать кино, а не только перепродавать свою славную библиотеку: хоррор-ремейк «Хэллоуин» собрал в мировом прокате $254 миллиона; фильм-мем «Джентльмены» Гая Ричи, его удачнейшая работа за долгие годы, хит мирового проката — $115 миллионов. Хороший бокс-офис обещает показать новая картина британца — нетривиальный боевик «Гнев человеческий» с Джейсоном Стэйтемом. 

«Мы знатно повеселились»: как Артем Габрелянов заработал миллионы на комиксах и не встретился с Харви Вайнштейном

В интервью Forbes Life Билл Блок рассказал о том, что в дальнейшем готовит студия, нужен ли хоррор постковидному миру и что задумал Гай Ричи дальше.

— В фильме «Джентльмены» есть сцена, где герой Хью Гранта идет к продюсеру студии Miramax. Каково это, когда сама студия становится частью сюжета? 

— А почему бы и нет? Miramax сама по себе очень интересный бренд. Конечно, у студии есть своя история, которая совершенно не относится к сегодняшней деятельности компании.

Лет 20 назад один человек (продюсер не называет вслух фамилию основателей студии, братьев Вайнштейн. — Forbes Life) покинул нашу компанию и основал новую собственную (The Weinstein Company. — Forbes Life). В течение этих десятилетий под крылом Miramax было выпущено много прекрасных картин, мы открыли миру интересных кинематографистов. И все эти заслуги никак не связаны с тем человеком и прошлой политикой компании. Miramax — это про свободу, поддержку и тщательный маркетинг. Эти традиции мы продолжаем поддерживать и по сей день.

— Однако прошлое все равно наверняка вас преследует. Понимаю, что вы не работали с братьями Вайнштейн, но возникали ли какие-то конфликты внутри компании среди работников из-за их имени?

— Никаких проблем не возникало внутри компании. Даже если посмотреть на публику и нашу аудиторию, то и у них нет с нами никаких проблем из-за этой ситуации. Вы только посмотрите на результаты бокс-офиса. Зрители сами решают, смотреть ему этот или другой фильм. А мы работаем для зрителя.

— Если мне не изменяет память, Miramax участвовала в торгах за права на библиотеку The Weinstein Company, когда ее банкротили. Почему же в итоге студии не удалось ее приобрести?

— Ой, вы знаете, сделка просто выглядела слегка бессмысленной на тот момент. Просто условия были неподходящими.

— Давайте вернемся к фильмам студии. Нам интересно, в каком состоянии продакшена находится сиквел «Хэллоуина»?

— О да, «Хэллоуин» все еще является самым кассовым фильмом нашей студии. Сиквел уже на подходе, я даже посмотрел финальную версию, поэтому жду с нетерпением, когда картина появится на экранах в октябре прямо перед Хэллоуином. Я считаю, что режиссер Дэвид Гордон Грин проделал замечательную работу. Он сам оказался в сложном и ответственном положении. Понимаете, когда над тобой нависает успех предыдущей части, срежиссированной Джоном Карпентером, то тебе необходимо тщательно сфокусироваться и придумать что-то еще лучше для продолжения. Тяжелая работа, но я верил в то, что он справится — и он справился. 

Когда люди страдают, они, чтобы стало полегче, смотрят, как другие люди страдают на экране

— Будет ли вообще жанр хоррора популярен в будущем? Не думаете ли, что люди уже достаточно настрадались в реальности за 2020 год? 

— Дело в том, что когда люди страдают и вообще ситуация тяжелая, они, чтобы стало полегче, смотрят на то, как другие люди страдают на экране. Вот вам пример из жизни. Один из моих любимых фильмов — это «Схватка» с Лиамом Нисоном. В течение фильма его герой попадает в авиакатастрофу, оказывается на морозе, за ним гонятся волки, и в конце они его съедают (простите за спойлер, но фильму 10 лет. — Forbes Life). После таких фильмов ты выходишь из кинотеатра и думаешь: «А жизнь не так уж и плоха». Мне кажется, что опыт просмотра хорроров и схожих по типу фильмов помогает зрителям понять, что проблемы у них не настолько сложно решаемые, как они себе изначально представляли.

— Насколько сильно Miramax влияет на создание фильмов? Я имею в виду творческую составляющую.

— Знаете, я люблю следовать за талантом. Мы всегда ищем талантливых людей и приглашаем к нам. В процессе создания кино наша роль практически минимальная, мы даем свободу каждому кинематографисту. Конечно, мы что-то советуем, но только если спросят.

Как режиссер Илья Найшуллер попал в Голливуд и снял «позитивный» боевик с русскими бандитами

— Чего вы ожидаете от «Гнева человеческого», когда он выйдет в прокат? 

— Мы абсолютно уверены в этом фильме, потому что Гай проделал колоссальную работу сначала в «Джентльменах» и теперь в «Гневе человеческом». С точки зрения маркетинга все идет отлично, даже тот факт, что вы сейчас берете у меня по поводу этого фильма интервью, — тому свидетельство. Мы с вами сейчас разговариваем до выхода фильма, зная, что зрителям будет интересно это кино и процесс его создания.

— А что насчет результатов мирового проката? 

— Фильм выходит 7 мая, как раз в момент открытия кинотеатров в США (мировая и российская премьера картины — 22 апреля). Удачно получилось, что «Гнев человеческий» будет чуть ли не единственной картиной такого масштаба в прокате. Так что я очень оптимистично смотрю в будущее. Я точно знаю, что результаты бокс-офиса будут хорошими в России, Латинской Америке и Китае. Касательно Европы — там будет очень сложно, так как, например, Германия и Франция испытывают большие проблемы с вакцинацией и еще нескоро вернутся к нормальному образу жизни.

— Сможет ли такая жанровая картина, как «Гнев человеческий», стать фильмом-событием в сегодняшнем прокате?

— Какой интересный вопрос. Мне кажется, что в этом фильме есть качество. Картина очень реалистична и иногда выглядит очень мрачной. Понимаете, концовка полностью меняет любые предубеждения о фильме. Финал совершенно не голливудский, и это работает только в плюс. Гаю получилось создать некую кульминацию правдивого, грубого, сложного и временами мрачного пути одного человека. Сам Джейсон Стэйтем сейчас совершенно другой человек, нежели раньше, у него растет сын. 

В финале Гай придумал что-то удивительное. Уж очень мне нравится эта концовка. Это все-таки нетипичный фильм мейнстримного жанра. 

— Собирается ли Miramax сотрудничать с Гаем Ричи в дальнейшем? 

— Я очень надеюсь, что мы еще поработаем. Все зависит от Гая. На самом деле мы уже работаем над его новой картиной, но больше сказать не могу.

Дополнительные материалы

Дуров, прощание с СССР и «Эротический драйв»: какие фильмы стоит посмотреть на ММКФ