Тело реагирует на угрозу быстрее сознания: как токсичные люди способствуют старению

Непростые родственники, коллеги и соседи могут оказаться опаснее, чем кажется. Некоторые люди буквально «старят» окружающих. Теперь у ученых появились данные, подтверждающие эту связь. Американские ученые в 2026 году опубликовали результаты исследования в PNAS о людях, создающих проблемы, напряжение и усложняющих жизнь другим. Авторы обозначили их словом hassler, что в переводе означает «назойливый, досадный человек». Итоги неожиданные: каждый такой осложняющий жизнь человек ускоряет биологическое старение жертвы на 1,5% в год, что соответствует примерно 9 месяцам лишнего биологического возраста по сравнению со сверстниками. Хотя это ежегодное увеличение незначительно, оно накапливается со временем. Для сравнения: это около 13–17% от эффекта курения на те же биологические показатели.
В исследовании участвовали 2345 взрослых людей. 28,8% сообщили о наличии хотя бы одного хасслера в своем окружении, а 10% участников назвали двух и более хасслеров. Лишь только 1,3% респондентов сообщили об отсутствии «досадных» людей в их жизни. Это подчеркивает тезис, что негативные контакты — частое явление в отношениях между людьми.
Чтобы оценить скорость биологического старения, исследователи проанализировали так называемые эпигенетические часы участников исследования — показатель, который помогает прогнозировать риск возрастных заболеваний, включая сердечно-сосудистые болезни и диабет, а также вероятность преждевременной смерти. И оказалось, что чем больше «хасслеров» в социальном окружении человека, тем быстрее идут эти часы.
Не все «хасслеры» одинаково вредны, поясняет в интервью один из авторов исследования PNAS Бёнгкю Ли. Самая сильная связь с ускоренным старением наблюдалась не у людей, окруженных исключительно негативными персонажами, а у тех, чьи «хасслеры» одновременно и поддерживали, и становились источником стресса — например, среди родственников или близких друзей. Именно такие амбивалентные отношения авторы считают наиболее физиологически и психологически изматывающими.
Эмоциональное похмелье, физическая боль и двойные стандарты
«Досадные» люди, создающие проблемы, — это не всегда агрессивные, громкие и очевидно конфликтные персонажи. Наоборот, хасслер может быть безупречно воспитан, говорить тихо и вежливо, улыбаться и казаться доброжелательным. При этом систематически заставлять другого человека сомневаться в себе, оправдываться, чувствовать вину или терять ощущение собственной реальности.
Выводы ученых показывают, что с большинством хасслеров человека связывают типы отношений, предполагающих обязательства. Это могут быть родственные связи (даже родители), рабочие отношения (коллеги, начальники, клиенты, бизнес-партнеры) и совместное использование пространства (соседи, арендодатели). Тогда как добровольные и самостоятельные связи (например, друзья, члены церкви, медицинские работники) реже порождают наличие хасслеров.
Чтобы распознать раздражающий фактор, все психологи, опрошенные Forbes Life, предлагают ориентироваться на то, что регулярно происходит с человеком в процессе общения с потенциальным хасслером, а не на внешнюю форму поведения хасслера. «Первый важный признак: вам часто становится хуже после общения, хотя формально ничего ужасного не произошло. Вы можете чувствовать напряжение, опустошение, стыд, смутную вину, желание прокручивать разговор и проверять, не сделали ли вы что-то не так. Одна неприятная беседа еще ничего не говорит о человеке, но повторяющаяся закономерность уже заслуживает внимания. Второй признак: ваши границы признаются только на словах. Человек может говорить: «Конечно, я все понимаю», но продолжать звонить в неудобное время, навязывать решения, обсуждать закрытые темы, требовать эмоционального обслуживания или наказывать вас холодностью за отказ», — поясняет нейропсихолог Алена Ванченко.
Другой признак токсичности — газлайтинг под маской заботы. Хасслер может отрицать чувства жертвы и ее очевидные аргументы, говоря спокойным тоном: «Тебе показалось», «Ты слишком чувствительная». Например, свекровь обесценивает кулинарные способности невестки словами: «Я переживаю за желудок сына, давай научу тебя готовить правильные котлетки, которые он любит!» Это непрошеный совет, поданный как проявление высшей степени участия с позицией «я забочусь о тебе, и я лучше знаю, что тебе нужно».
Еще бывает пассивная агрессия. Психолог Анастасия Кравцова приводит пример, как муж разговаривает с женой с сарказмом или игнорирует ее звонки, когда обижается. «Обесцениванием он заставляет супругу испытывать вину за ее чувства. Он говорит «ты слишком эмоционально реагируешь», и это принимается за «спокойствие», ведь прямой агрессии нет», — комментирует психолог.
Жертвы хасслеров порой испытывают физическую боль после общения — к примеру, необъяснимый упадок сил, тяжесть в груди, напряжение в челюсти или головную боль, даже если разговор был «предельно корректным». Ваше тело реагирует на угрозу быстрее, чем сознание, подчеркивает клинический психолог, директор онлайн-центра «Найди семью» Светлана Яковлева. «Бывает даже мысленное продолжение разговора. Вы ловите себя на том, что после диалога с хасслером прокручиваете его в голове, пытаясь доказать себе, что вы не так поняли или сделали, испытываете потребность оправдаться, «договорить», объясниться. Важный маркер: вы не доверяете себе, сомневаетесь в своих чувствах, мыслях и ощущениях», — говорит эксперт.
Отношения с «досадным» человеком рискуют постепенно стать односторонними: жертва должна понимать все обстоятельства, учитывать состояние хасслера, прощать его резкость и быть доступной. При этом потребности самой жертвы объявляются чрезмерными, усталость — эгоизмом, а несогласие — неблагодарностью. «Из-за двойных стандартов человеку разрешено ошибаться, отменять договоренности и быть раздраженным. Ваши аналогичные действия рассматриваются как свидетельство вашей ненадежности, бессердечия или непрофессионализма. Далее, вы не восстанавливаетесь после конфликта. В здоровых отношениях люди тоже причиняют друг другу неудобства, иногда бывают нечуткими и ошибаются. Ключевой вопрос: способен ли человек услышать обратную связь, признать свою часть ответственности и скорректировать поведение? Если любое обсуждение заканчивается отрицанием, встречным обвинением или наказанием, проблема уже не в единичной ошибке, а в структуре отношений», — рассуждает Алена Ванченко.
Она призывает людей, подозревающих наличие токсичного влияния на себя, чаще задаваться вопросом: «Что систематически происходит со мной в этих отношениях? Сохраняю ли я рядом с этим человеком ясность, достоинство и право на собственную версию событий?»
Эмпаты, недолюбленные люди и другие жертвы хасслеров
В самом исследовании наличие «хасслеров» чаще отмечали женщины, безработные, ежедневно курящие, люди с худшим состоянием здоровья и участники, пережившие неблагоприятный детский опыт. Это не означает, что принадлежность к одной из этих групп автоматически делает человека жертвой. Скорее речь идет о накопленной уязвимости и о меньшем количестве ресурсов, позволяющих противостоять хроническому социальному стрессу. «Эти результаты показывают, что подверженность влиянию людей, оказывающих отрицательное влияние, не случайна, а сосредоточена вокруг людей с большей психосоциальной и медицинской уязвимостью», — пишут авторы.
Примечательно, что «трудные» люди, как правило, сами напряжены и несчастны, говорит психолог Светлана Яковлева. У хасслеров почти физическая необходимость «подняться» за счет «опускания» других. Поэтому они сканируют окружение на предмет тех, кто даст им нужную «эмоциональную отдачу» или не окажет сопротивления.
По наблюдениям эксперта, в зоне повышенного риска находятся, прежде всего, безобидные люди с высокой эмпатией и гиперответственностью. «Такие «клиенты» хасслера склонны искать причину чужого негативного поведения в себе («Наверное, я действительно что-то сделал не так») и пытаются «заслужить» хорошее отношение своим терпением и поиском причин. Спойлер: это бесполезно и совсем не нужно хасслеру», — объясняет Яковлева.
«Эмпатия сама по себе является ценным качеством, но без границ она может превратиться в бесконечное оправдание чужой жестокости: «Он так ведет себя, потому что ему трудно», «У нее было тяжелое детство», «Он просто не умеет говорить о чувствах». Причины поведения действительно могут быть понятны, но понимание причин не обязывает нас оставаться внутри разрушительного взаимодействия», — уверена нейропсихолог Алена Ванченко.
С психологической точки зрения особенно уязвимы и люди, выросшие в семьях, где любовь нужно было заслуживать (быть удобными, успешными, спокойными, не расстраивать взрослых). Они часто отлично распознают настроение других, но гораздо хуже замечают момент, когда нарушаются их собственные границы, поясняет эксперт. Также Ванченко считает потенциальными жертвами хасслеров людей, материально или профессионально от них зависящих (подчиненные, младшие партнеры по бизнесу, финансово зависимые супруги, родители, вынужденные взаимодействовать с бывшим партнером ради ребенка).
Далее, в зоне риска люди, которые сейчас находятся в состоянии сниженного ресурса. Например, в периоде болезни, потери близкого человека, депрессии, финансового кризиса, эмиграции, развода, ухода за болеющим родственником или других серьезных жизненных перемен. Когда ресурсов и так мало, человеку труднее анализировать отношения, выдерживать чужое недовольство и защищать свои решения. «У них просто нет психологического «иммунитета» для выстраивания защиты. Они «ведутся» на проявление заботы и не имеют сил противостоять такому виду нападения, как пассивная агрессия», — говорит Светлана Яковлева.
Психолог Кравцова относит к потенциальным жертвам хасслеров и перфекционистов. «Они ставят себе нереалистичные цели и разочаровываются, если за пять дней не решили вопрос экономического кризиса мира. Плюс, они боятся, что окружающие в них разочаруются, а наши «токсики» легко им это обеспечат своим обесцениванием», — поясняет эксперт.
Не ждите полного истощения: советы для общения с хасслерами
Негативные социальные связи всегда были устойчивым элементом социальной жизни человека. Их привычность часто приводит к тому, что люди нормализуют и продолжают терпеть негативные факторы, уделяя мало внимания их долгосрочным последствиям для своего здоровья, пишут в заключении авторы исследования.
Действительно, у жертв хасслеров не всегда есть возможность оборвать общение с ними: из-за общих родственников, работы, совместного бизнеса. В таких случаях стратегия должна меняться с «побега» на «управление дистанцией и своим состоянием», говорят психологи, опрошенные Forbes Life.
- Снизьте интенсивность контакта
Первоочередная задача — уменьшить интенсивность, частоту и последствия стрессового контакта. Определите, какие темы действительно требуют контакта. Полезно разделить отношения на две части: что является вашей обязанностью, а что человек привык получать от вас дополнительно: постоянное внимание, объяснения, эмоциональную поддержку, немедленную доступность.
- Переводите договоренности в конкретную форму
Вместо «Давайте как-нибудь решим этот вопрос» надо говорить: «До пятницы мне нужен ответ по двум пунктам». В работе и бизнесе важные договоренности лучше фиксировать письменно. Это не агрессия, а способ уменьшить пространство для манипуляций, пересмотра истории и бесконечных споров о том, кто что имел в виду, рекомендует Алена Ванченко.
- Не отдавайте хасслеру эмоциональную реакцию
Далее, ради защиты от токсичного влияния важно перевести диалог в максимально формальный, стараясь никогда не вовлекаться в него эмоционально. Светлана Яковлева советует стать максимально скучным и неинтересным в общении с хасслером, отвечать односложно («Да», «Нет», «Я услышал»), не делиться личным и не реагировать на провокации, напоминать о своей позиции спокойно и без оправданий. «Хасслеры питаются эмоциональной реакцией и все время ждут новый материал для манипуляций. Если этого нет, они теряют интерес и переключаются на другую жертву», — объясняет эксперт.
- Определите свои границы заранее
Для работы над личными границами психолог Кравцова часто дает задание: разделить лист бумаги на две части, сначала написать «как со мной можно» и затем «как со мной нельзя». «Дальше предъявляйте это в мир. Сначала окружающие будут обесценивать, злиться, но пройдет. Или ваше отношение к этому поменяется, и вы начнете избегать глубоких эмоциональных вовлечений в разговор», — говорит Кравцова. Не объясняйте границу дольше, чем необходимо, и заранее определите момент завершения разговора, рекомендует Алена Ванченко. «Не надо ждать, пока вы окажетесь полностью истощены. Можно заранее решить: если начинается крик, оскорбления, повторное нарушение договоренности или обсуждение запрещенной темы, разговор заканчивается».
- Дайте нервной системе восстановиться
Все психологи напоминают о правиле «санитарного часа» после вынужденного общения с «досадными» людьми, чтобы помочь нервной системе завершить стрессовую реакцию. Это может быть физическая активность, дыхательные практики, прогулка, сон, теплый душ, разговор с безопасным человеком. После трудного разговора бесполезно требовать от себя «просто не обращать внимания». Если организм уже включил стрессовую реакцию, ему нужно помочь из нее выйти. «Ваша задача — как можно быстрее «смыть» с себя чужой негатив, чтобы он не закреплялся на физиологическом уровне, о котором предупреждает исследование», — говорит Светлана Яковлева.
- Разделяйте сочувствие и доступ
Можно понимать, почему человек ведет себя именно так, и одновременно ограничивать его доступ к себе. Можно любить родственника и не обсуждать с ним личную жизнь. Можно сочувствовать коллеге и не выполнять за него работу. Можно поддерживать отношения ребенка с другим родителем, но вести коммуникацию только письменно и только по вопросам ребенка, объясняет Алена Ванченко. «Это не жестокость, а зрелое различение: чужая боль может объяснять поведение, но не делает его безопасным», — говорит Алена Ванченко.
Если после общения с формально корректным человеком вы регулярно испытываете негативную реакцию, не пытайтесь найти логическое оправдание его поведению, призывает психолог Яковлева. «Ваше состояние — точный диагностический инструмент. Оно сигнализирует о том, что именно хронический стресс от общения с такими людьми запускает механизмы преждевременного старения. А оно вам не надо», — заключает эксперт.
