Как четверо братьев из Чечни сделали карьеру топ-моделей и зарабатывают десятки тысяч евро на показах Gucci и Versace

Фото Majid Moussavi
Тамерлан, Джабраил, Ислам и Сулумбек Дулатовы Фото Majid Moussavi
Братья Дулатовы родились в маленьком чеченском городе Урус-Мартан, в середине нулевых в статусе беженцев перебрались с родителями в Германию. Благодаря экзотической внешности и необычной истории за 13 лет они сумели построить успешную карьеру моделей. Сегодня Джабраил, Сулумбек, Ислам и Тамерлан дефилируют по европейским подиумам в одежде от Gucci, Versace и Diеsel и зарабатывают €160 тыс. в год на четверых

Россиянка Наталья Водянова, одна из самых востребованных моделей в мире, когда-то торговала фруктами на рынке в Нижнем Новгороде. В 16 лет случайно попала в местное модельное агентство и вскоре представляла на подиумах бренды Tom Ford, Calvin Klein, Versace и зарабатывала миллионы долларов.

История четырех братьев Дулатовых из чеченского города Урус-Мартан чем-то напоминает судьбу «главной Золушки» модельного мира. Тринадцать лет назад Джабраил, Сулумбек, Ислам и Тамерлан вместе с родителями переехали в немецкий Дюссельдорф. Как-то раз старший из братьев зашел в бутик Gucci за ремнем, на который давно копил, и столкнулся там с модельным агентом. Профессиональный боец с экзотической внешностью привлек внимание немки, которая предложила ему карьеру модели. Отец Джабраила воспринял идею в штыки, но Дулатов решил рискнуть, а затем подтянул в профессию и остальных братьев.

Как четыре чеченских борца ММА покорили подиумы Парижа и Милана, научились зарабатывать по €40 000 в год и продавать свою сексуальность, не выходя за строгие рамки ислама?

 

Мама-Германия 

Джабраилу Дулатову 26 лет, Сулумбеку 25, Исламу 22, Тамерлану 20. О детстве братья рассказывают с неохотой. Они родились в небольшом чеченском городе Урус-Мартан с населением около 63 000 человек. В 90-е из-за войны в республике семья часто переезжала: кроме Урус-Мартана, Дулатовы жили в Шали, Грозном и других городах Чечни. Из-за напряженной обстановки в регионе в школу практически не ходили.

Зато спорт был в жизни братьев всегда. Даже когда в очередном населенном пункте, где останавливалась семья, не было спортивного зала, они занимались на улице: бегали, отжимались, подтягивались. В свободное время помогали родителям заработать на жизнь «разгружали грузовики за гроши».

По словам Джабраила, родители несколько лет думали об эмиграции. «Решение далось тяжело. Никто не хочет бросать родину, семью», говорит старший из братьев. Чем занимались родители в Чечне и где стали работать после переезда, братья обсуждать отказываются. Говорят только, что на родине у семьи «не было перспектив».

В декабре 2007 года Дулатовы переехали в Дюссельдорф, получив, по их собственным словам, статус беженцев (детали они комментировать отказались). Выбрали Германию, потому что она входит в число шести европейских стран, в которых находятся крупные чеченские диаспоры. 

Согласно Женевской конвенции «О статусе беженцев» 1951 года, чтобы получить статус беженца, мигранту нужно доказать, что у него «есть обоснованные опасения подвергнуться преследованию или риску причинения серьезного вреда, которые могут основываться на событиях, которые произошли до или после того, как заявитель покинул страну происхождения», говорит управляющий партнер московского офиса коллегии адвокатов Pen&Paper Антон Именнов. К таковым относят расовую, религиозную, национальную принадлежность, принадлежность к определенной социальной группе, политические убеждения. 

Схема работает следующим образом: ходатайство и документальные подтверждения возможных преследований передаются на рассмотрение в ведомство, которое занимается делами мигрантов и беженцев (в Германии это BAMF). Если документы в порядке, заявителям присваивается статус беженцев и выдается разрешение на проживание в стране на 3 года с возможностью продления. По закону о гражданстве Германии, беженцы могут стать гражданами страны через 8 лет. 

«Для ответа на вопрос о возможности семьи Дулатовых пройти процедуру получения статуса беженцев необходимо анализировать соответствующие документы на наличие правовых оснований [доступ к которым без их согласия или законных на то оснований получить невозможно].  Логично предположить, что при наличии оснований получить статус беженцев для Дулатовых было вполне реально», говорит Именнов.

Ислам Дулатов на показе Versace.
Ислам Дулатов на показе Versace.

В годы, когда родители Дулатовых приняли решение о переезде, Чечня находилась в острой фазе противостояния сепаратистов и федеральных властей: в 2004-м в результате теракта погиб первый президент Чеченской Республики Ахмат Кадыров, в 2005-м и 2006-м в ходе спецоперации были убиты два президента самопровозглашённой Ичкерии Аслан Масхадов и Абдул-Халим Садулаев, в 2006-м уничтожен террорист Шамиль Басаев. 

Дулатовы пошли в немецкую школу. Джабраил признается, что первые полгода дались тяжело: братья не знали немецкого, долго привыкали к новой культуре и людям. Чтобы ускорить социализацию, вернулись к занятиям спортом и всерьез увлеклись смешанными боевыми искусствами (Mixed Martial Arts, MMA) — сочетанием борьбы, кикбоксинга, карате и тайского бокса. Дулатовы признаются, что в первое время после переезда эти навыки помогали им постоять за себя в разборках со сверстниками, которые случались довольно часто.

«Одноклассники смеялись надо мной из-за моего роста». Жизель Бундхен написала книгу о своей жизни

 

Ремень судьбы

«Кто бы мог подумать, что из-за этого ремня такое начнется», — смеется Джабраил. В 16 лет он начал подрабатывать кассиром в супермаркете, получал за это около €300 в месяц, но был недоволен заработком: «Для Германии это мало. Мне хотелось работать и зарабатывать, помогать маме».

Было у него и более приземленное желание — купить ремень Gucci, который стоил несколько сотен евро. Дулатову понадобилось несколько месяцев, чтобы накопить нужную сумму. Получив одобрение мамы, он отправился в бутик.

Там спортивного юношу приметила модельный агент (из-за последовавших разногласий Джабраил ее имя не раскрывает), которая тоже пришла за покупками. Она оставила ему визитку и предложила прийти на кастинг.

Дулатов воспринял предложение как розыгрыш — даже стал оглядываться по сторонам в поисках скрытой камеры. «Я тогда думал, что только женщины моделями бывают», уверяет он. Джабраил отказался от предложения, но агент посоветовала обсудить его с родителями. Дома он все же рассказал о странной встрече. Отец принял идею в штыки, но мать сумела его успокоить. Семья взвесила «за» и «против» и решила, что попробовать стоит — хотя бы из любопытства.

«В моем возрасте только футболисты больше зарабатывали»

На кастинг Джабраил пошел с отцом. После нескольких снимков, которые сделали, «чтобы проверить фотогеничность», и просьбы пройтись из одного конца комнаты в другой организаторы объявили, что берут Джабраила в штат модельного агентства (его название модель тоже не разглашает). Но парень не спешил радоваться. Он думал, что его хотят «лохануть» и «развести на деньги». «Она [агент] меня нашла в Gucci, вдруг подумала, что я какой-то богатый пацан»,  поясняет Джабраил.

Посоветовавшись с юристом, 16-летний Джабраил попросил от агента расписку, в которой было сказано, что Дулатовы не должны ничего платить (за съемки, участие в кастингах и т. д.) и что его гонорары за вычетом 50% комиссии агентства будут поступать на указанный счет. Контракт Джабраил попросил на полгода вместо стандартных двух лет, чтобы, если что-то пойдет не так, без проблем уйти из профессии.

Еще один принципиальный момент, который оговорили сразу,  соблюдение мусульманских традиций. Религиозные взгляды не позволяли Джабраилу носить облегающую одежду, демонстрировать оголенный торс и ноги выше колена. Агентство пошло и на эту уступку. «Ограничения, которые накладывает их вера, никак не мешают брендам, а наоборот, дают простор для оригинальных решений», — считает Авдотья Александрова, основательница модельного агентства Lumpen. По ее словам, такие условия работы — «нормальная практика»: модели-вегетарианцы, например, заранее предупреждают, что не будут носить кожу и мех, и их интересы тоже учитываются. «Иногда это делается специально, чтобы показать толерантность — в случае с моделями с разным цветом кожи и нестандартными объемами, например. Но если бренду это не нужно, он просто отказывается от модели», — объясняет Александрова.  

Модные дома Gucci, Prada, Saint Laurent дают отвод малолетним и дистрофикам

Через два месяца 16-летний чеченец уже полетел на неделю моды в Париж, где дефилировал на показе Lanvin. «Все оказалось не так страшно, как я себе представлял», — смеется Джабраил. За Парижем последовали поездки в Лондон и Милан, показы Gucci, Alexander McQueen, James LongSandro и других известных брендов. 

По словам основательницы и дизайнера бренда Semiletova Марии Семилетовой,  которая также участвует в неделях моды со своими коллекциями, последние несколько лет в модной индустрии набирает обороты интерес к этническому разнообразию и на показах появляется всё больше нестандартных моделей разного возраста, типа фигуры и с разным бэкграундом — именно этим она объясняет интерес агентств к Дулатовым. 

Джабраил Дулатов
Джабраил Дулатов / Фото Dulatov Brothers

Подиум раздора

Как-то раз Джабраил взял на встречу с агентом второго по старшинству брата Сулумбека «за компанию». Агент оценила внешние данные юноши и предложила и ему стать моделью. А следом — Исламу и Тамерлану, когда тем исполнилось по 18 лет. Так и младшие Дулатовы попали в модельный бизнес, оставив мысли о высшем образовании.

Заработок моделей хоть и довольно высокий, но нестабильный. Работа сдельная. Модель заключает контракт с конкретным агентством и попадает в их каталог. Агентство идет с этим каталогом к модному дому, который выбирает подходящих для рекламы или показа моделей. Если все стороны согласны на условия, между агентством и модным домом заключается краткосрочный контракт, от суммы которого модель получает часть, обозначенную в долгосрочном договоре с агентом. 

Нагрузка распределяется неравномерно: в сезон (в конце зимы — начале весны, конце лета — начале осени, когда традиционно проводятся мировые недели моды) может быть несколько проектов, в промежутках — разовые предложения. Гонорары моделей тоже разнятся в зависимости от бренда и типа работы (съемка или модный показ). По словам Джабраила Дулатова, на старте карьеры он получал от €500 за выход на подиум. «Бывало, что я поехал только в Париж, работал там одну неделю и получил €13 000. Бывало, ездил на четыре недели [моды], за все время заработал €10 000»,  вспоминает Джабраил. В первые годы он получал около €20 000 в год — половину своего гонорара (вторая по договору причиталась его агенту). Но Дулатов был доволен: из малообеспеченного беженца он превратился в самого богатого мальчика в своей школе. «В моем возрасте только футболисты больше зарабатывали», — улыбается Джабраил.

Жми от сердца: Наталья Водянова меняет мир одним нажатием кнопки

Вписаться в стандарты европейского рынка моды юным чеченцам было нелегко. Джабраил вспоминает, что от него и братьев постоянно требовали что-то изменить в себе: сбрить бороду, сбросить вес, чтобы не быть «слишком накачанным», отрастить и покрасить волосы. Но братья на уступки не шли. По словам старшего, он якобы даже отказался от контракта на $140 тыс., который ему предлагал Armani (на момент публикации не ответил на запрос Forbes) за рекламу нижнего белья в паре с полуобнаженной девушкой.

Коллеги долго не признавали в Дулатовых своих: Джабраил вспоминает, что другие модели могли бросить его одного на съемке в незнакомом городе, хотя обещали проводить до следующей локации. В очереди на кастинг часто происходили потасовки. Но до драк дело не доходило. «Другие модели нас боялись», улыбается Джабраил. 

Не нашли общего языка братья и с собственными агентами. По словам Джабраила, мало того что, воспользовавшись его неопытностью, агент предложила ему невыгодные условия (50% комиссии вместо средних для рынка 20% — эту цифру подтвердила и Александрова из модельного агентства Lumpen), но еще и не хотела сотрудничать с другими агентствами и посредниками модных домов, из-за чего Дулатовы упускали выгодные предложения: за полтора года двое младших братьев получили всего один заказ, уверяет Джабраил. «Если бы мы дальше на это агентство надеялись, то ничего бы не было», уверен он. 

Попытки заключить соглашение на новых условиях ни к чему не привели, поэтому в 2017 году братья разорвали контракт со своим первым агентом. «Неприятно мы разошлись. Но сегодня не обижены друг на друга», уверяет Джабраил.

Сулумбек Дулатов
Сулумбек Дулатов / Фото Dulatov Brothers

Гангстерская походка и чеченский взгляд

Нового работодателя нашли быстро через модельное агентство Mint Artist Management, которое сыграло роль посредника, вышли на одно из крупнейших международных агентств IMG Models (работало с Кейт Мосс, Хайди Клум, Тайрой Бэнкс, Жизель Бундхен и другими известными моделями). Представители агентства не ответили на запрос Forbes, но профили и портфолио средних братьев есть на официальном сайте компании. 

Владелец и креативный директор немецкого бренда одежды YOUNG GURUZ (ее носит в том числе рэпер Моргенштерн) Алексей Компаниец познакомился с Джабраилом в 2017 году через общих знакомых. К тому моменту Компаниец уже несколько лет подряд видел старшего из братьев в рекламе и решил предложить ему роль модели в своей рекламной кампании. А когда узнал про братьев, решил снять всех четверых в фотосессии в Париже, опубликованной весной 2018 года. «Им никто не помогал, насколько я знаю, они сами всего добились. Мы работаем с ними четвертый год уже. Это все [рост популярности и интерес модных домов] было на моих глазах. И там никакой помощи сторонней не было», — уверяет Компаниец. По его словам, ничего удивительного в успехе братьев нет: старший строит карьеру уже 10 лет, и за это время «постепенно, шаг за шагом» при наличии хороших данных добиться успеха несложно. «В современном мире моды довольно сложно пробиться без протекции, но иногда такое происходит. Братья, учитывая их внешность и талант, вполне могли попасть в этот небольшой процент», — соглашается с ним Мария Семилетова.

Религиозные взгляды не позволяли Джабраилу носить облегающую одежду, демонстрировать оголенный торс и ноги выше колена

Джабраил шутит, что международные модельные агенты взяли братьев за «гангстерскую походку и чеченский взгляд», которые у них в крови. Брутальный образ удавалось подпитывать постоянными спортивными тренировками по ММА. Чтобы не травмировать главный рабочий инструмент — лицо — занимались в защитных шлемах. 

По словам Свена Мельцера, модельного агента из Mint Artist Management Berlin, который теперь представляет интересы Дулатовых, сейчас компании ищут в моделях «что-то особенное», поэтому братья пользуются в Европе большой популярностью. «Им было что рассказать: историю братства, борьбы и амбиций. Дело не только во внешности. Их прошлое, их карьера — то, что они собой представляют, делают их чрезвычайно очаровательными. Они невероятно обаятельны и излучают уверенность, наверное, поэтому они нас зацепили», — говорит Мельцер. С ним согласна и Александрова из модельного агентства Lumpen: «Братья в прекрасной физической форме. Важно, что они не пьют и не остаются на вечеринки после показов — как правило, это тоже прельщает креативных директоров».

Бренды платят не только за хорошую физическую форму и генетические данные, но и за «историю», которую можно продать «иногда дороже внешности», добавляет Семилетова.

В 2018 году в карьере Дулатовых случился переворот. Джабраил стал чаще сниматься и выступать на модных показах, представлял бренды Diesel, Neil Barrett, Jacob Lee. Но постепенно в его Instagram стало меньше фотографий со съемок и больше — из спортивного зала. Летом 2019 года он получил статус профессионального бойца MMA и стал тренировать братьев, а также взял на себя роль их спортивного менеджера. Он продолжает работать моделью, но куда реже, чем на старте.

Уроки строгого режима. Как опыт модели поможет в бизнесе

Остальные братья тоже делали успехи и в спорте, и в моделинге — участвовали в боях UFC, Ислам дважды становился чемпионом Европы по MMA, при этом появлялся в британской версии Vogue и вошел в список десяти самых перспективных моделей по версии журнала, заключил контракт с Versace и шесть раз представлял бренд на неделях моды. 

Конкретные суммы своих модельных гонораров Дулатовы не раскрывают. За год, по словам Джабраила, в среднем они получают по €40 тыс. каждый. Александрова считает эту сумму реальной: по ее словам, один годовой контракт с Versace мог принести Исламу €50–70 тыс. Все заработанные деньги братья считают общими. «Его деньги — это наши деньги, у нас все общее», — уверяет Джабраил.

Сегодня спорт занимает 80% времени Дулатовых. Они тренируются по три часа в день минимум пять дней в неделю. Дулатовы даже отказываются от съемок, если они приходятся на дату важного поединка. Несмотря на то что спонсорские и призовые отчисления в MMA минимум в 10 раз меньше, чем гонорары в модельном бизнесе (точную сумму братья не раскрывают). 

Ислам Дулатов
Ислам Дулатов / Фото Dulatov Brothers

Новые Кардашьян

В 2018 году про братьев рассказал BBC, историю подхватил ряд других европейских СМИ — братья стали знаменитостями. И тут же почувствовали обратную сторону славы: на них обрушился шквал критики от земляков, которые называли Дулатовых «позором нации».  В личных сообщениях и постах Джабраил объяснял, как устроен модельный бизнес, подчеркивал, что спорт и вера для них важнее модельной карьеры, рассказывал про принципы и ограничения, которые работодателям приходится соблюдать. По его словам, это подействовало: волна буллинга сошла на нет. 

Внезапную славу Дулатовы решили использовать, чтобы построить «империю» Dulatov brothers  по образцу американской семьи Кардашьян, которые тоже активно продвигали семейный бренд и стали известны благодаря реалити-шоу Keeping Up with the Kardashians. «Мы — это что-то особенное. Четыре брата, борцы и модели. Мы рождены, чтобы быть звездами», — улыбается Сулумбек. 

В последние два года братья регулярно ведут соцсети, делая упор на Instagram. У Джабраила в соцсети 13 000 подписчиков, у Сулумбека 54 000, у Ислама 38 500, у Тамерлана 14 100. Братья сделали ставку на живой контент без сценария рассказывают о своих буднях, тренировках, встречах с друзьями, снимают бои для сторис.

«Дело не только во внешности. Их прошлое, то, что они из себя представляют, делает их чрезвычайно очаровательными»

В конце сентября 2020 года они запустили YouTube-канал Dulatov Brothers, где раз в неделю выкладывают влоги о своей жизни. Завести канал посоветовали фанаты, но решающим доводом стало попавшееся на глаза Джабраилу видео девушки, которая показывала на камеру, как нужно наносить крем на лицо. «Это видео имело 1,3 млн просмотров. Я подумал, что этого не может быть. Какая-то девушка говорит, каким она кремом пользуется,  и это интересно стольким людям? Как наша жизнь тогда должна заинтересовать!»  смеется он. За месяц на канал братьев подписались 4650 человек, видео в среднем набирают 48 000 просмотров, самый популярный ролик посмотрели около 80 000 раз.

Тамерлан Дулатов
Тамерлан Дулатов

Пока братья не зарабатывают на социальных сетях, но директор по маркетингу агентства GetBlogger Михаил Карпушин считает, что у Дулатовых есть все шансы стать звездами блогосферы и монетизировать свою популярность. «[Они вызывают интерес] из-за формата и необычной судьбы. Влоги это всегда интересно. А они еще все неординарные ребята, которые живут интересную жизнь. Это может сработать», уверен эксперт. «Они образцы для подражания достигают успех через дисциплину. Они определенно соответствуют своему времени», добавляет агент Дулатовых Свен Мельцер.

По словам Джабраила, братья получили предложение о запуске документального фильма про их семью от крупной международной стриминговой платформы. Съемки пилотного эпизода уже состоялись, заняли два дня. Детали сделки и дату премьеры они не разглашают по условиям договора. Опрошенные Forbes источники на рынке стриминговых площадок об этом проекте не слышали. 

Во время пандемии коронавируса боев и модельной работы стало меньше — братья, по собственным словам, лишились 50-60% дохода. Освободившееся время решили использовать для запуска собственного бизнеса. Зарегистрировали компанию Arret Du Coeur (в переводе с французского «остановка сердца»), в которую вложили более €100 000 накоплений. Три месяца назад от имени компании заработал бар J'adore Lounge (в переводе с французского «Лаунж «Обожаю»). Заведение, по словам Джабраила, вышло на самоокупаемость и приносит незначительную прибыль (точную сумму он не раскрывает), которая была бы больше, если бы не ограничение времени работы развлекательных заведений в Германии из-за коронавируса. 

Также братья инвестировали в парикмахерскую в Дюссельдорфе. Пока в помещении идет ремонт. В ближайших планах открыть ресторан и запустить бренд одежды. «Мы столько рекламы делали для других. Помогли другим людям поднять их бизнес. Несколько брендов [одежды] мы большими сделали, несколько ресторанов и спортивных залов мы заполнили людьми. Мы для всех всё делали, а для себя — нет. И теперь мы начинаем для себя работать», — заключает Джабраил. 

Дополнительные материалы

Самые высокооплачиваемые модели мира — 2014: рейтинг Forbes