«Не год, а катастрофа»: каким был 2020-й для бизнеса в России

Фото Валерия Шарифулина / ТАСС
Фото Валерия Шарифулина / ТАСС
Год, прошедший под знаком пандемии, ударил практически по всем сегментам российского бизнеса. Но сильнее остальных пострадали небольшие компании, у которых не было подушки безопасности, чтобы платить аренду и зарплаты во время простоя. Forbes изучил, как изменились показатели российского бизнеса в 2020 году, и собрал истории четырех предпринимателей, которые по-разному переживали коронакризис

«Более тяжелого года за мою предпринимательскую жизнь, наверное, не было. Выручка упала на 65-70% по сравнению с прошлым годом. В 2020-м у меня от коронавируса умер отец. И вся наша семья переболела — мы понимаем, что это такое. Ограничительные меры помогли спасти жизни, это здорово и правильно. Но бизнес вести от этого не легче», — говорит Павел Поникаровский, владелец красноярской сети кинотеатров «Люмен».

Подходящий к концу год оказался тяжелым для подавляющей части небольших российских предпринимателей, зачастую не помогали даже «переобувание в воздухе» и производство дефицитных в начале пандемии масок и антисептиков — Поникаровский, например, чтобы спасти бизнес, шил маски прямо в залах кинотеатров, но все равно заканчивает год с убытком порядка 25 млн рублей.  

По данным оператора фискальных данных «Платформа ОФД» (обслуживает более 1 млн онлайн-касс в России), объемы продаж объектов малого и среднего бизнеса падали во время пандемии до 91% по сравнению с прошлым годом. Больше всего в разгар локдауна пострадали рестораны и бары, а также парикмахерские, салоны красоты (88%) и продажа одежды и обуви (90%). 

Пандемию пережили не все компании — по подсчетам аналитиков «СКБ.Контур», количество ИП и юрлиц в сегменте малого и среднего бизнеса во всех исследуемых отраслях (общепит, детские товары, электротовары и пр.) за год сократилось до 15% и в подавляющем большинстве случаев превысило число закрытий в 2019 году. Исключением стал только сегмент «Одежда», в котором количество предприятий в прошлом году упало сильнее, чем в текущем. В этом же сегменте отмечается локальный рост числа компаний в июне-августе 2020 года. «Можно предположить, что ситуация обусловлена двумя факторами: смена основного ОКВЭД организации, чтобы попасть в перечень наиболее пострадавших отраслей, и сокращение объемов бизнеса, что привело к включению некогда крупных игроков в реестр малых и средних предприятий», — объясняет Владимир Савельев, аналитик больших данных в компании «СКБ.Контур».

 

Подробнее о том, как менялись объемы продаж и выручка малого и среднего бизнеса в течение 2020 года и насколько ситуация ухудшилась по сравнению с годом 2019-м, — на графиках.

 

 

Какие предпринимательские истории стоят за этими цифрами?

Надежда Пак, соосновательница сети семейных кафе «Рецептор»

За пандемию закрыла половину заведений сети, потратила на выход из арендных договоров несколько миллионов рублей

Первое семейное кафе «Рецептор» на Большой Никитской Надежда Пак, тогда юрист компании Lotte Group, открыла вместе с мужем, режиссером и фанк-музыкантом Александром Брайловским в 2010 году. Обслуживали гостей сами после основных работ в офисе, готовили по корейским рецептам, которые Надежда помнила с детства, шеф-поваром был ее брат Геннадий. В апреле 2020-го, спустя десять лет работы, эту первую точку пришлось закрыть. 

«Наши официанты делали сальто и садились на шпагат»: как бывшие юрист и режиссер строят сеть кафе здорового питания

Кроме знаковой Никитской, закрыли еще два «Рецептора» — на улице Правды и в Одинцове, а также экспериментальную кофейню «КофеЦвет», где продавали разноцветный кофе и десерты, сделанные из натуральных ингредиентов. Если бы не пандемия, этого бы не случилось, уверена Пак. 

Падение началось еще до официальных ограничений, когда власти Москвы начали призывать горожан добровольно соблюдать самоизоляцию. В середине марта выручка сети, на тот момент состоявшей из 8 заведений (семь «Рецепторов» и «КофеЦвет»), за несколько дней обрушилась на 80%. Если одно кафе в будни приносило в среднем 60 000-80 000 рублей выручки в день, то теперь — всего 7000 рублей.

«Сложно вот так терять то, что строили годами»

Пак и Брайловский сразу же начали переговоры с арендодателями. «Некоторые ответили сразу положительно. А кто-то сказал: «Давайте посмотрим», — вспоминает Надежда. К началу апреля, когда в Москве по распоряжению Сергея Собянина закрыли все залы ресторанов и выручка упала практически до нуля, предпринимателям пришлось разрывать договоры с владельцами помещений, которые не пошли на уступки. Законодательно арендодателей так и не обязали делать скидки пострадавшему бизнесу, более того, до конца мая выйти из договора аренды без прописанных в договоре штрафов и потери залога арендатор не мог, несмотря ни на какое падение выручки. Поэтому Пак и Брайловский теряли залоги и платили штрафы — в общей сложности несколько миллионов рублей. «Тянуть аренду за убыточное заведение выходило дороже», — поясняет Надежда.

Из оставшихся четырех объектов на доставку работало только два. Выручка позволяла частично покрывать аренду и платить зарплаты сотрудникам. Выстоять помогло сотрудничество со «ВкусВилл» — представитель сети сам вышел на Надежду и предложил поставлять блюда «Рецептора» на полки магазинов. 

«Лето было глотком воздуха. А потом наступила вторая волна, и стало снова тяжко», — говорит Пак. Выручка по сравнению с летом упала на 25-30%. В оставшиеся кафе стали часто приходить проверяющие органы. «На одном из объектов выписали предписание со штрафом от 100 000 до 300 000 рублей из-за отсутствия перчаток у сотрудника, который обедал. Вот суд прошел только. Ждем решения», — рассказывает предпринимательница. 

Вторая волна переживается тяжелее первой, потому что залы работают, хоть и стоят полупустые, и оснований просить у арендодателей продления скидок нет. Сейчас предприниматели в процессе судебных разбирательств с одним из владельцев помещений, который требует вернуть аренду в полном объеме за все время простоя, а в январе планируют закрыть еще одну точку. «Все это тяжело морально. Сложно вот так терять то, что строили годами, — вздыхает Надежда. — Но мы не отчаиваемся, надеемся, что скоро будет просвет». 

Иван Алексеев, владелец мужских парикмахерских «СуперМен»

В локдаун потерял 100% выручки и переселился в гараж, чтобы сэкономить на жилье 

«У меня это не год, а катастрофа», — говорит Иван Алексеев, владелец трех мужских парикмахерских «СуперМен» в Москве и области. Но самое страшное для него позади, поэтому «можно немного расслабиться и порефлексировать над пережитым». Пандемию он пережидал, живя в гараже площадью 6 кв. м без отопления и санузла — экономил, чтобы сохранить сеть на плаву.

К локдауну Алексеев, тогда владелец двух парикмахерских, подошел с оптимизмом: выручка росла от месяца к месяцу и в конце марта должна была подобраться к 1 млн рублей рублей с обеих точек. О локдауне в Европе и других регионах России он слышал и «морально был готов», но что делать, когда салоны закроют, не представлял: «По Zoom стричь еще не научились, а ходить по домам к клиентам запрещено законом и вообще опасно в такой ситуации». Незадолго до этого Иван расстался с женой и, когда парикмахерские все же закрыли, решил переехать из съемной квартиры за 45 000 рублей в гараж, который раньше служил ему мастерской и стоил 6000 рублей в месяц. «Там не было отопления, туалет на улице, никакого душа, естественно. Но я неприхотливый, в горах жил в палатке по три недели, поэтому особых неудобств не испытал». Он купил дачный умывальник, несколько обогревателей, раскладушку и ультразвуковой отпугиватель крыс, которые, как оказалось, тоже жили в гараже. Душ принимал на фитнесе, который еще какое-то время работал, а когда в Москве ввели пропускную систему, уехал к родителям на юг России. Взял кредит на маму в размере 200 000 рублей — этих денег и небольшой подушки безопасности с учетом жесткой экономии хватило на 2,5 месяца аренды салонов.

«Когда начинаешь ковыряться в деталях и считаешь каждую копейку, учишься экономить миллионы»

8 июня Сергей Собянин объявил о том, что на следующий день смогут возобновить работу салоны красоты и парикмахерские. «Чуть раньше открылось Подмосковье, поэтому мы в целом были готовы к скорому запуску, но вот так вот за полдня все закупить и вызвонить всех мастеров было на грани фантастики», — вспоминает Алексеев. Он купил билет на ближайший рейс, закупил маски, перчатки, одноразовые халаты для мастеров, разметку, обозначающую социальную дистанцию, и все-таки открылся 9 июня. В первые несколько дней выручка в 2-3 раза превышала обычные дневные показатели. «Люди два с лишним месяца не стриглись, и все ломанулись в первый же день. У нас очередь на улице стояла», — вспоминает Иван. Впрочем, волна довольно быстро схлынула, июль оказался не таким удачным, но к августу рост возобновился. 

«Толчок ото дна»: сколько заработал бизнес за первый месяц жизни после изоляции

Пандемия отбросила бизнес парикмахерских в развитии примерно на полгода, которые уже не нагнать, говорит Алексеев. Но сейчас ситуация стабилизировалась, а под Новый год он ждет традиционного бума, который должен принести больше 1 млн рублей выручки с обеих точек. «У нас очень приличный эконом, и эта концепция меня, конечно, вытянула из кризиса, — считает Алексеев. — Многие, кто стригся раньше в модных барбершопах за две тысячи, перешли к нам. У нас нет центральной локации, брутальных интерьеров и бесплатного пива, но людям оно сейчас и не надо по большому счету. Зато в четыре раза дешевле. Поэтому мы практически не просели, а к концу года еще и выросли. Премиальному сегменту пришлось гораздо хуже». 

Алексеев даже решился на открытие третьей точки — перекупил уже работающий бизнес в подмосковном Королеве, взяв деньги в кредит. «Пандемия пандемией, а расти нужно. Чем больше масштаб, тем, конечно, выше риск, но и показатели больше, а значит, быстрее можно накопить финансовую подушку на случай нового апокалипсиса», — рассуждает он. 

Алексей Ковалев, генеральный директор сети клубов «Алекс Фитнес» 

Отменил IPO, закрыл 4 клуба, долг сети — 300 млн рублей

К концу 2019 года сеть подошла с рекордными показателями и даже собиралась выходить на IPO, уверяет Ковалев: «Планов громадье, подготовка шла полным ходом».

Спортивные объекты в Москве закрылись на неделю раньше остальных предприятий — 21 марта. Но провал по выручке начался еще до закрытия: вторую неделю марта компания закончила с падением на 20% по сравнению с тем же периодом прошлого года, третью — на 35%. Два с половиной месяца прошли вообще без выручки, поддержку государства тоже получить не удалось. «Мы в 2019 году заплатили больше 400 млн рублей налогов и сборов. Благодаря этому стали системообразующей компанией для отрасли и крупным бизнесом, но под список мер поддержки не попали. Потому что все меры только для малого и среднего бизнеса», — рассказывает Ковалев. 

Из локдауна «Алекс Фитнес» вышел, закрыв три клуба из 74, сейчас на стадии закрытия четвертый. «Самое страшное это огромное количество необеспеченных долгов и обязательств, которые мы накопили. Реструктурированные, но не погашенные кредиты, налоги, отсрочки по оплате поставщикам, партнерам, арендодателям, — перечисляет Ковалев. — Мы, слава богу, с зарплатами разобрались. Но около 300 млн рублей тем не менее все еще висят как отсроченные обязательства. А когда все всем должны, маленькой цепной реакции достаточно, чтобы посыпались очень крупные ребята». 

Фитнес-клубы предупредили об исчезновении 70% участников рынка из-за пандемии к февралю

Сейчас экономика сети постепенно восстанавливается, в основном благодаря микроменеджменту и тотальной экономии на издержках. «Когда ты останавливаешься и начинаешь ковыряться в деталях, считаешь каждую копейку, то в итоге учишься экономить миллионы, — рассуждает управленец. — Ты сразу же убиваешь все ненужные проекты. В этом заключается позитив ситуации».

Удастся ли компании расплатиться по обязательствам и вернуться к обсуждению IPO, Ковалев прогнозировать не берется. «За последние восемь месяцев все прогнозы, даже самые ржачные, имели право на жизнь, — говорит он. — Единственное, что я понимал и понимаю еще больше сейчас: работай, старайся, делай то, что должен, и тогда у тебя есть шанс. Постарайся получать удовольствие от того, что ты делаешь, или от того, что сделал. Потому что все, к сожалению, непредсказуемо и может закончиться в любой момент». 

Алексей Федоров, совладелец группы компаний «220 вольт»

Продажи за пандемию выросли в 2,5 раза, прибыль увеличилась на 20%, открылось 35 новых магазинов по франшизе

У пандемии есть и бенефициары, и это не всегда продавцы масок и антисептиков. По словам совладельца сети по продаже электроинструментов «220 вольт» Алексея Федорова, 2020 год был одним из самых лучших периодов в жизни компании: «Интернет-торговля в целом и сегмент электроинструмента в частности очень выросли, пришло много новых клиентов. Продажи в онлайне у нас увеличились в 2,5 раза. Сейчас, к декабрю, произошел некоторый спад, но в целом год был очень удачным». Компания открыла два новых склада в Екатеринбурге и Нижнем Новгороде, 35 новых франчайзинговых магазинов, 72 новых пункта выдачи и запустила «несколько больших IT-решений». 

Правда, когда локдаун только наступил, «220 вольт» зафиксировали резкое падение продаж. «В марте все испугались, никто не знал, что будет дальше», — объясняет Федоров. Но в мае-июне, «когда стало понятно, что никто не поедет за рубеж, а все мужчины останутся на дачах и будут косить, сверлить и пилить», показатели так же резко выросли. По предварительным подсчетам показатель прибыли за 2020 год превысил прошлогодние на 20%. 

Пандемия подтолкнула сеть к внедрению нескольких новых решений, которые компания давно планировала — например, полностью удаленный кол-центр, где операторы работают из дома. «Все наши операторы теперь качественно консультируют клиентов, вне зависимости от наличия соседей с перфораторами, плачущих детей и прочего. Мы обеспечили очень хорошее качество связи», — говорит Федоров. Также «220 вольт» начала доставлять товары бесконтактно, принимая деньги «через дверь», и внедрила «логистический калькулятор», который позволил серьезно сократить издержки. 

«Самое важное решение, которое мы приняли в 2020 году, — не скукоживать компанию, как это делало большинство, а наоборот, развиваться и поглощать конкурентов», — считает Федоров. По словам предпринимателя, компания предложила небольшим ноунейм-магазинчикам, которые продают садовую технику, инструменты и хозтовары, войти в сеть в качестве франчайзи на особых условиях. «Мы сказали: «Ребята, вы видим, что у вас все плохо, давайте мы вам поможем». Это было очень удачное решение: мы стали крышей для этих маленьких магазинчиков, приобрели лояльных партнеров и сами серьезно выросли», — резюмирует Федоров.

Дополнительные материалы

Жертвы пандемии: Уоррен Баффет и другие американские миллиардеры, потерявшие за год больше всех