Рецепт Айкана: почему самый грозный трейдер Америки упустил миллиарды прибыли и как он планирует отыграться

Фото Getty Images
Карл Айкан Фото Getty Images
В 2015 году Карл Айкан продал всю долю в Netflix, заработав $2 млрд. Прояви он больше терпения, его инвестиции в компанию принесли бы почти в 10 раз больше. Несмотря на потери, самый известный корпоративный рейдер Америки не меняет свою стратегию. На какие компании он ставит в эпоху биткоина и «бунтующих трейдеров»?

В октябре 2013 года, когда Карл Айкан решил закрыть крупную позицию в Netflix, многие полагали, что это очередная успешная сделка известного инвестора-миллиардера. Компания немало выиграла, когда изменила бизнес-модель и перешла от проката DVD к стримингу, и всего за 14 месяцев вложения Айкана принесли доходность в 457%.

«Я многое повидавший ветеран семи медвежьих рынков», — объяснял инвестор решение «убрать часть фишек со стола». Сын миллиардера Бретт умолял отца не продавать долю, но Айкан не прислушался и к 2015 году вышел из Netflix, заработав $2 млрд. После этого акции компании подорожали в 10 раз. Если бы Айкан остался, его прибыль составила бы $19 млрд.

Великий рейдер. История успеха Карла Айкана 

То, как Айкан промахнулся с Netflix, не случайность. В прошлом году, когда фондовый рынок США в условиях пандемии и волатильности вырос на 18%, активы хедж-фонда Айкана подешевели на 14%. В 2019 году они упали на 15%. Фактически за последние семь календарных лет великий трейдер потерял на бирже больше $5 млрд. В результате среднегодовая доходность его хедж-фонда с момента создания в 2004 году сократилась до 3% по сравнению с 10% у индекса S&P 500.

Трудности, с которыми столкнулся Айкан, отражают масштабные изменения на Уолл-стрит. В эпоху Amazon, Tesla, GameStop и биткоина главными факторами успеха стали сила инерции и психология инвесторов. Однако в свои 85 лет Айкан предпочитает придерживаться фундаментального анализа. Он — один из последних корпоративных рейдеров старой гвардии Уолл-стрит, и по-прежнему предпочитает компании с внушительными активами и денежными средствами, которые нуждаются во встряске. «Меня интересует ценность актива, а инвестиционный активизм — лучший вариант, если вы нашли компанию со скрытой ценностью и с советом директоров, который этим не пользуется, — утверждает Айкан, сидя в своем новом офисе во Флориде. — Это все еще лучший вариант с точки зрения баланса риска и выгоды, но нужно много терпения».

В стиле Гордона Гекко: как Карл Айкан поставил на колени корпоративную Америку

И Уолл-стрит все еще верит в него. Акции главного актива Айкана, компании Icahn Enterprises, которая инвестирует в его хедж-фонд и владеет долями в предприятиях вроде нефтеперерабатывающего завода CVR Energy и торговца запчастями Pep Boys, торгуются на Nasdaq по цене около $60 и за последние 12 месяцев подорожали примерно на 20%. Капитализация компании составляет $12,9 млрд. При этом стоимость чистых активов Icahn Enterprises упала до $3,5 млрд с $9,1 млрд в конце 2013 года. Тем временем Айкан преимущественно получает дивиденды акциями, увеличивая их количество.

Айкану принадлежит 92% в Icahn Enterprises, и это основная часть его состояния, которое оценивается в $15,8 млрд. Если бы Forbes использовал в своих подсчетах чистую, а не рыночную стоимость активов Icahn Enterprises, сегодня состояние Айкана оценивалось бы в $6 млрд. Остальное — это наценка Айкана. В долгосрочной перспективе это вполне разумно: за последние 20 лет акции Icahn Enterprises оказались в шесть раз прибыльнее, чем вложения в индексный фонд на  S&P 500.

 

 

 

 

Недавние проблемы Айкана связаны с тем, что у него слишком много вложений в энергетике и коротких позиций, в том числе на акции с перспективами роста. «Я слишком увлекся некоторыми энергетическими акциями: они шли за бесценок, а руководство было некомпетентным, и я продолжал их скупать, — говорит Айкан с узнаваемым акцентом человека, который родился в Бруклине и вырос в рабочем квартале Квинса. — Энергетический рынок пробил дно. Пришлось стиснуть зубы и прорываться».

Кроме того, Айкан утверждает, что чистая стоимость активов Icahn Enterprises не соответствует внутренней стоимости активов компании. Взять, к примеру, Icahn Automotive Group — «дочку» компании, созданную для инвестирования и управления предприятиями, занимающимися продажей запчастей и обслуживанием машин. Айкан незамедлительно напоминает о нынешних слухах о поглощении Mavis Tire Express Service, похожего бизнеса с близким количеством точек. Mavis сейчас оценивают в $6 млрд — это почти в четыре раза больше балансовой стоимости Icahn Automotive, указанной в документации Icahn Enterprises.

Золотой фонд цитат: как твиты Илона Маска влияют на рынок

Даже крупные ставки на энергетический сектор, вроде доли в нефтяной компании Occidental Petroleum, начинают казаться более перспективными с учетом того, что цена на американскую сырую нефть выросла с отрицательной в период пандемии до почти $60 за баррель. В феврале Айкан приобрел крупный пакет и получил два места в совете директоров в электроснабжающей компании из Огайо FirstEnergy, чьи акции в прошлом году резко подешевели после того, как одно из ее дочерних предприятий оказалось замешано в деле о мошенничестве, которое расследуют федеральные власти. Айкан хочет поскорее уладить дело мировом соглашением.

Еще одно недавнее приобретение Айкана — канадский производитель лекарств и медицинского оборудования Bausch Health, который владеет корпорацией Bausch & Lomb, выпускающей контактные линзы и офтальмологические препараты. С 2013 года в Bausch, ранее известной как Valeant Pharmaceuticals, ведется реорганизация. Айкан хочет разделить компанию на две. «В случае с Bausch Health и FirstEnergy мы участвуем в управлении и хотим добиться изменений», — говорит он.

За кадром: как инвестиции в Голливуд принесли ученику Карла Айкана миллиарды

Айкана тревожат внушительные расходы правительства США, но он считает, что на этом рынке еще есть новые возможности. «Мы вступили в область неизведанного и дорого поплатимся в будущем за огромные дефициты и необдуманные траты, — говорит он, — но это время еще не пришло, и, хотя я тоже подстраховываюсь, я склонен играть на повышение».

Перевод Натальи Балабанцевой

Дополнительные материалы

Жертвы пандемии: Уоррен Баффет и другие американские миллиардеры, потерявшие за год больше всех