Comedy Club поговорил с Медведевым: о чем рассказал премьер (и о чем его не спросили) в интервью телеканалам

Дмитрий Медведев традиционно перед Новым годом пообщался с телеканалами. Впервые задавать вопросы позвали представителей сразу 20 каналов, включая Анастасию Ивлееву с «Пятницы» и Тимура Батрутдинова из Comedy Club на ТНТ. Разговор продолжался два часа. Forbes приводит основные цитаты из беседы
  • О колебаниях стоимости «Яндекса» из-за «законопроекта Горелкина»
    «История с «Яндексом» разовая, «Яндекс» у нас один. Речь шла об особой ситуации <...> Был один законопроект, который обсуждался и на площадке в Госдуме, — это, естественно, лихорадило немного рынок — и в правительстве. <...> Такие компании, как «Яндекс», по сути, инфраструктурные в виртуальном мире, они штучные и очень важные. Мы, кстати, ценим то, чем они занимаются. Но все-таки здесь регулирование должно быть, потому что наши друзья — и настоящие, и в кавычках — такое регулирование имеют и нам оно необходимо. Но оно не должно быть дурным. Когда сумели договориться о таком нормальном сбалансированном регулировании, которое не является жестким, но в то же время оставляет у государства возможность влиять на ситуацию, ситуация успокоилась».
  • О «московском деле» и протестах
    «Если есть настроения, значит, их что-то создает. <...> Я, конечно, следил за тем, как события развиваются. Очевидно, что там, наверное, есть издержки в работе правоохранительной системы. Их нужно учитывать, каким-то образом менять. Это вызвало довольно мощный запрос на справедливость, и этот запрос вылился в том числе в различные акции. Само по себе это нормально. Вопрос в одном: ни в соцсетях, ни на площади такие проблемы решить невозможно. Можно заявить о своем мнении. Но заявлять о своем мнении нужно в порядке, предусмотренном действующими правилами. И сколько бы ни говорили о том, что мы там что-то подали, что-то нам не разрешили — законодательство может нравиться или не нравиться, но его нужно соблюдать. Иначе мы можем докатиться до очень опасных ситуаций, которые в нашей стране могут вообще превратиться в плохую проблему. То, что во Франции «желтые жилеты», у нас теоретически может превратиться в «бунт, бессмысленный и беспощадный». Государство об этом должно думать. Любая юридически разрешенная активность — она допустима и необходима».
  • О «суверенном интернете» и YouTube в России (ответ на вопрос Анастасии Ивлеевой)
    «Ничто никто закрывать не собирается. YouTube как был, так и останется, и те, кто зарабатывает на YouTube, смогут зарабатывать. Хотя это зависит не от нас, а от политики самого YouTube. Вы знаете, она тоже меняется, они ее делают более строгой. <...> Но тот закон, который иногда называют «законом о суверенном интернете», он же действительно направлен не на то, чтобы что-то там запретить. Во-первых, запреты неэффективны, и достаточно легко в интернете обходятся. Во-вторых, цель законопроекта совершенно в другом. Просто чтобы нас не отрезали как раз от мировой сети».
  • О деловом климате в России
    «У нас принято говорить, что у нас деловой климат вроде как и лучше, но, мягко говоря, не идеальный. Указывают причины: это и законодательство, которое нужно совершенствовать, иногда избыточная активность правоохранительных органов и целый ряд других проблем. Здесь тоже мы наметили целый ряд шагов, включая совершенствование законодательства, — и в сфере гражданского права, административного права, и уголовного права».
  • О конкуренции интернета и телевидения (ответ на вопрос резидента Comedy Club Тимура Батрутдинова)
    «Телевидение, безусловно, очень важно. Сколько бы ни критиковали телевидение — иногда абсолютно необоснованно, иногда заслуженно — глубина проникновения у телевидения пока выше. Если говорить о мобильности источников информации, если говорить о целевой аудитории, интернету нет конкуренции, потому что каждый найдет что-то для себя. <…> Есть другая проблема. Ответственность полноценного средства массовой информации особенная. Поэтому значительная часть новостей или практически все новости, которые генерируют сидящие за этим круглым столом, — это верифицированные новости. Редко что-то происходит, когда вашему каналу вчиняют иск и говорят: «Вот, смотрите, что вы сделали». Бывает, но редко. Применительно к интернету ситуация принципиально другая: степень верификации в ряде случаев стремится к нулю. Но можно смоделировать, сконструировать событие и запустить его в обиход. То, что наш приятель за океаном все время называет фейкньюс. Важна и та, и другая среда. <...> Очень многие интернет-технологии, находки, проникают в телевизор. Интернет качественным контентом в значительной степени обязан телевизионщикам, потому что именно здесь качественный контент появляется. А потом уже это появляется в интернет-среде. Победила дружба».
    Ответу на вопрос предшествовало обсуждение между комиком и премьером причин, по которым именно Батрутдинов пришел на интервью с премьером. «Я так же, как и вы, являюсь частью известного в нашей стране дуэта. Я бы даже сказал, тандема. И в нашем тандеме вас обычно играю я, чтобы вы понимали, почему вопрос задаю я, а не Харламов», - сказал Батрутдинов. «Правильно я понимаю, Тимур, что на другую пресс-конференцию, которая тоже скоро будет, поедет Харламов?» - поинтересовался Медведев. «Абсолютно правильно», - ответил комик.
  • О «распечатывании кубышки»
    «По всей вероятности, в ближайшие несколько лет мы направим из ФНБ сумму, приблизительно — пока я говорю осторожно — приблизительно равную 1 трлн рублей. Это очень большие деньги. Эти деньги будут использоваться для инвестиционных проектов, для развития экономики, причем не просто «взяли государственные деньги, куда-то поместили и сидим, ждем, когда все будет хорошо». Нет, эти деньги должны использоваться так: на 20 копеек, или 20 рублей государственных денег — 80 рублей, 80% должно быть привлеченных инвестиций».
  • О законопроекте о домашнем насилии
    «Если об этом говорят — значит, домашнее насилие есть, это не придумали журналисты. Вопрос в том, как на это реагировать. Два года назад в статью 116 УК РФ были внесены изменения, декриминализировавшие семейные побои. Многие считают, что это ситуацию не улучшило, а ухудшило. В любом случае, в XXI веке никого не может утешить формула «бьет — значит любит». Стало быть, на это нужно реагировать. Подготовили законопроект, его начали критиковать. У меня нет окончательной позиции по этому законопроекту. Там есть интересные новеллы, ряд правил заимствованы из заграничного законодательства (когда люди, ранее находившиеся в семейных отношениях, не допускаются друг к другу на определенное расстояние). Вопрос в верификации и в том, не будет ли здесь манипулирования. С другой стороны, что в ткани законопроекта нет ни уголовной, ни административной ответственности. Вопрос, нужна она там или нет. Нужно посмотреть плюсы и минусы, но то, что проблема есть – очевидно».
  • О сыне
    «Я помню, когда я впервые показал ему компьютер, это было очень давно. Практически 20 лет назад. Он был еще маленький. Даже домашние на меня ругались: такой маленький человек, а ты ему компьютер показываешь. Но я к чему это: сначала он следил за тем, что я делаю, а я был в тот момент уже достаточно подготовленный дяденька. Буквально пять-шесть лет прошло, и он по каким-то вопросам стал лучше разбираться, чем я. При том, что я старался следить за новинками, и компьютеры менялись, а он все равно интуитивно чувствовал это тоньше и лучше. <...> Конечно, мы должны в этом смысле даже равняться на наших детей».

Накануне интервью Фонд борьбы с коррупцией, основанный Алексеем Навальным, в своем расследовании заявил, что жена Медведева с 2012 года пользуется частным самолетом Bombardier Global Express 5000 за $50 млн. Навальный призвал спросить премьера, кому принадлежит этот самолет, этот вопрос активно задавали пользователи YouTube-каналов «Россия 24» и НТВ, где разговор с Медведевым транслировался в прямом эфире. Но в эфире вопрос так и не прозвучал.

Фото: Дмитрий Астахов / ТАСС

Новости партнеров