закрыть

«В железном занавесе никто не заинтересован»: западная компания, которая не боится вложить в Россию $260 млн

Фото IXcellerate
Интервью Forbes с гендиректором британского оператора дата-центров IXcellerate Гаем Вилнером о том, зачем компания вкладывает в Россию $260 млн в эпоху санкций и почему не боится политических рисков от противостояния России с Западом?

«Это принц Майкл Кентский возвращается с завтрака с инвесторами», — подсказывает Forbes представитель британской компании-оператора центров обработки данных (дата-центры, ЦОД) IXcellerate. Дело при этом происходит не в Букингемском дворце, а в московской гостинице. Вскоре от делегации для знакомства с корреспондентом Forbes отделяется гендиректор IXcellerate Гай Вилнер. В феврале управляемая им компания сообщила о планах инвестировать $260 млн за пять лет в строительство и расширение дата-центров на территории России.

Бизнес IXcellerate и ее конкурентов устроен просто: компьютерные устройства по интернету подключаются к их дата-центрам, где стойки с огромным количеством серверов выполняют операции для миллионов компаний и миллиардов пользователей со всего мира. Операторы ЦОД зарабатывают на безопасном размещении оборудования и подключении к сети ИТ-инфраструктуры клиентов. Последние могут арендовать дополнительные вычислительные мощности и пользоваться облачными сервисами для хранения данных — в российских реалиях, к примеру, в рамках исполнения законов из так называемого «пакета Яровой».

По плану IXcellerate, за счет инвестирования в развитие $260 млн компании удастся нарастить долю на местном рынке в 2,5 раза. Согласно исследованию CNews Analytics, по состоянию на конец 2018 года британская компания занимала в России четвертое место по количеству стойко-мест (1835 против 5868 у лидера — «Ростелекома»). Учитывая, что «Ростелеком» планирует покупку оператора Dataline, а IXcellerate — ввод не менее 1500 новых стойко-мест, так что IXcellerate может превратиться во второго по масштабу игрока рынка.

Почему IXcellerate вкладывается в рискованный рынок в эпоху санкций, как ей удалось привлечь в партнеры американский инвестбанк Goldman Sachs и добиться доверия со стороны китайских телекоммуникационных и ИТ-гигантов, Гай Вилнер рассказал в интервью Forbes.

Гай Вильнер

Британцы в России

Что делает принц Майкл Кентский в России?

— Он представляет Великобританию в России, приезжая сюда примерно каждые три месяца. Интерес к родине своих предков — Романовых — Майкл Кентский проявляет уже не одно десятилетие. Он давно отвечает за отношения с Россией. Вся королевская семья заинтересована в развитии предпринимательства за пределами Британии.

Хотя королевская семья и заинтересована в инвестициях, правительство Великобритании поддерживает экономические санкции в отношении России. Почему вы решились инвестировать и работать в нашей стране?

— Дата-центры IXcellerate — это долгосрочный бизнес-проект. Мы начали его в начале 2010-х, когда получили свое первое финансирование. Все это происходило еще до первых санкций и падения цены на нефть. Теперь мы просто продолжаем его реализовывать. Один из послов Британии сказал забавную вещь относительно санкций: «Роль бизнеса — сгладить те неровности, которые создают политики». Так мы и поступаем.

Каковы для вас риски из-за режима санкций? Юридически IXcellerate — британская компания, так что всегда есть вероятность запрета на работу в России от вашего же правительства. Или же локальные законы могут потребовать, чтобы вы стали российской организацией.

— Рисков действительно много, но ведь вся наша жизнь полна ими. Маловероятно, что санкции заметно усилятся. Даже если будут введены новые ограничения, они будут направлены на ряд определенных компаний. Одна причина, по которой санкции вряд ли продолжат усиливаться, — Евросоюз так же сильно страдает от них. Что касается желания России полностью контролировать инфраструктуру интернет-коммуникаций — да, это может произойти. Такое возможно в любой стране. Однако история последних 20 лет в России показывает, что этот риск не слишком велик и в «железном занавесе» никто не заинтересован.

Вы можете сказать, что мы зарубежная компания, но на самом деле мы русская компания, работающая под британским руководством. Мы такие же российские, как, например, «ВымпелКом», который тоже является отечественной компанией с зарубежным руководством.

По крайней мере, от операторов дата-центров планируют потребовать, чтобы информация хранилась на российских устройствах. Готовы ли вы к этому?

— С момента запуска первого машинного зала в 2013 году мы постоянно осуществляем импортозамещение. Уже сейчас мы используем умные распределительные шкафы SmartPDU, сделанные на Подольском электромеханическом заводе, серверные стойки и системы холодных коридоров российского производителя C3 Solutions, а также установки электропитания на 48 вольт производства «АТС-Конверс» из Пскова.

Очень важно, чтобы Россия имела свою проработанную инфраструктуру, свой интернет. Весь правительственный проект направлен на то, чтобы узнать, насколько устойчив российский интернет, если отключить его от внешней среды. На самом деле, это достаточно мудро, и, возможно, каждая страна должна знать ответ, поскольку правительство должно быть готово отреагировать в случае наступления каких-либо катастроф. Принято считать подобные проекты контроля сети негативными и вредными, но это не так. Более того, это даст понять, какая часть российского интернета действительно российская.

Какие страны, на ваш взгляд, уже готовы к переходу на закрытый интернет?

— США готовы к этому целиком и полностью. Также страны вроде Сингапура или Тайваня очень серьезно подошли к тому, чтобы их сеть была отделена от внешнего вмешательства. При этом инфраструктура в этих странах развита лучше, чем в России: в Сингапуре 31 дата-центр и всего 6 млн граждан. В России же эта пропорция, как минимум, в 10 раз меньше — здесь работают чуть более 50 ЦОД, а население превышает 140 млн.

Зато сектор, в котором мы работаем в России, показывает позитивный рост — 20% в год. Вот почему мы продолжаем инвестировать, несмотря на санкции и прочие риски.

«Пакет Яровой» повлиял на ваше решение строить центры хранения данных в России?

— Нет, решение о развитии бизнеса принято задолго до этого. Я просто взглянул на Россию и увидел, что здесь почти нет дата-центров. (Проект IXcellerate запущен в 2012 году. Наряду с Россией рассматривались варианты развития бизнеса в Турции и Бразилии. — прим. Forbes) Но я знал, уже через 10 лет их будет гораздо больше, поэтому логично инвестировать сюда: страна имеет многомиллионное население, высокий уровень проникновения интернета и известный всему миру интеллектуальный потенциал.

А на дополнительные инвестиции в этом году «пакет Яровой» повлиял?

— «Пакет Яровой» скорее относится к дата-центрам, которыми владеют телеком-операторы («Ростелеком», МТС, «Вымпелком» и другие), а для нас гораздо большим эффектом и стимулом к развитию послужил 242-ФЗ 2015 года (Закон о персональных данных предписывает хранить персональные данные россиян внутри страны. — прим. Forbes), с него начались наши первые большие проекты.

Правительство хочет поддерживать безопасность. Такой подход становится нормальным: во Франции все мобильные операторы обязаны хранить телефонные звонки.

В этом есть и элемент политики. Microsoft строит дата-центры по всему миру, потому что правительства говорят: «Мы не можем хранить наши письма в другой стране». В результате Microsoft построили два дата-центра в Канаде для почты местного правительства, которая раньше хранилась в США. Так же поступили в европейских странах.

«Facebook придется решить, отключаются они от России или будут соблюдать правила информационного суверенитета»

Инвесторы: от Goldman Sachs до российских банков

Как вы привлекли Goldman Sachs, и кто вложит $260 млн, о которых вы объявили в начале этого года?

— Есть три вещи, которые помогли нам начать сотрудничать с Goldman Sachs. Первая — суверенность информации (data sovereignty) и требования по локализации персональных данных. Вторая — наш бизнес становится привлекательным для инвесторов, мы потратили семь лет на его создание и успешный запуск. Третья — тот факт, что рынок растет на 20% в год. У Goldman Sachs очень профессиональная команда, которая строилась на протяжении 15 лет, в том числе и в московском офисе. Но первыми институциональными инвесторами в нашем проекте стал IFC (Международная финансовая корпорация — структура Всемирного банка. — прим. Forbes), затем была [японская инвестиционно-промышленная корпорация] Sumitomo, а уже потом Goldman Sachs.

Финансирование в $260 млн будет инвестировано в [российский рынок] в течение пяти лет. Средства будут привлечены как от текущих акционеров, так и от других партнеров. В том числе ведутся переговоры с российскими банками.

В таких условиях Facebook и Google переведут свои информационные центры в Россию?

— Вопрос трудный, поскольку законы не всегда на 100% прозрачны. Более того, компаниям придется сделать выбор: будут они работать в России или нет. Они также сталкиваются с рисками, о которых вы уже спрашивали меня сегодня.

Однажды Facebook придется решить, отключаются они от России или будут соблюдать правила информационного суверенитета. Я думаю, Facebook и Google определятся в ближайшие три года. Крупные китайские интернет-компании уже смотрят в сторону России, и если американцы не придут сюда, то конкуренты будут готовы занять это место.

Huawei и Tencent уже арендовали у вас значительную часть мощностей для своих интернет-сервисов. Под какие задачи?

— Для этих китайских компаний характерна вертикальная интеграция. Они предоставляют огромное количество различных услуг во многих сферах, от электронных платежей до игровой индустрии. Они ориентированы на масштаб и постоянный рост пользовательской базы.

В ЦОД IXcellerate — Moscow One — установлено более 600 стоек с оборудованием для Tencent Cloud. Huawei установила в IXcellerate в начале года более 200 стоек и планирует инсталляцию еще 500 стоек к концу года с целью локализации собственных данных, в том числе готовящейся к запуску в России платежной системы Huawei Pay, и развития сервисов для сторонних компаний.

За счет чего удалось привлечь китайцев?

— Полагаю, европейский опыт убедил китайцев выбрать IXcellerate в качестве партнеров в России. (Гай Вилнер продал свою предыдущую компанию IXEurope, которая управляла сетью из 15 ЦОД в Западной Европе, корпорации Equinix в 2007 году. — прим. Forbes) У нас прозрачная база инвесторов, высоконадежная сертифицированная инфраструктура и открытая нейтральная политика по отношению к операторам связи и облачным провайдерам. Наш единственный приоритет — дата-центры.

Мы активно сотрудничаем с китайскими операторами связи, а недавно также подписали контракт о размещении узла связи крупнейшего оператора Гонконга — HGC. На сегодняшний день наша команда имеет серьезный опыт и знания, реализовав проекты для Tencent, Huawei и Zenlayer, глобального сервис-провайдера «с китайскими корнями».

Зачем бизнесу дата-центры?

— Основные две причины, почему компании приходят в дата-центры — это непрерывность для бизнеса и повышение эффективности бизнес-процессов за счет экосистемы ЦОД. Дата-центры буквально приводят в действие всю экономику. ИТ-операции являются важнейшим аспектом большинства транзакций по всему миру, любая ошибка может привести к серьезному финансовому и репутационному ущербу. В связи с этим крайне важно обеспечить для них надежную инфраструктуру и бесперебойность, и именно эту задачу решают дата-центры.

Вы можете оптимизировать свои операции и ИТ-процессы, размещая и подключая ИТ-инфраструктуру «под одной крышей»: можно проводить мониторинг финансового рынка с Bloomberg или Thomson Reuters, осуществлять расчеты в 1С, управлять рабочими местами с Microsoft, разрабатывать новые продукты на базе ПО Oracle или SAP. Вы строите экосистему своих ИТ-сервисов внутри одного дата-центра, и она может не меняться лет 20.

«Сектор, в котором мы работаем в России, показывает позитивный рост — 20% в год. Вот почему мы продолжаем инвестировать, несмотря на санкции и прочие риски»

Какие тенденции в применении облачных сервисов можно представить сейчас?

— Мы живем в эпоху расцвета цифровых технологий и можем наблюдать, как различные отрасли переходят «на цифру».

Среди тенденций можно выделить возросший спрос на услуги дата-центров со стороны интернет-гигантов в игровом направлении. К примеру, Huawei, Google и Tencent, помимо прочего, занимаются облачным геймингом, когда сложные расчеты выполняются на серверах, а пользователь может играть в любые игры на низкопроизводительном устройстве. Компании строят сразу облачный стек, внутри которого работает гейминг, система чата и платежей и т.д.

Еще одной тенденцией может быть включение в цифровизацию индустрии машиностроения — в ближайшие пять лет она станет крупнейшим потребителем облачных сервисов благодаря «умным» устройствам и транспорту.

Важно отметить, что роль IXcellerate в этом процессе — инфраструктура. Мы как аэропорт, который принимает разные авиакомпании, а пользователи могут быстро перейти с одного самолета на другой (в нашей аналогии — это сервисы разных облачных провайдеров или телеком-операторов). Мы сотрудничаем более чем с 50 операторами связи и с порядка 10 облачными поставщиками, поэтому пользователям не приходится «ехать в другой аэропорт» за их услугами.

Также к тенденциям можно отнести создание дата-центров в регионах. Вы можете оказаться недовольны временем отклика серверов в Москве. В результате Edge Computing (Вычисления на тех серверах и облачных платформах, которые ближе всего располагаются к пользователю. — прим. Forbes) заставляют создавать дата-центры во все менее крупных городах.

Могут ли ЦОДы России стать источниками Edge Computing для других стран?

— Россия уже стала технологическим центром для СНГ. Если вы взглянете на комбинацию низкой цены за энергию, подходящие погодные условия и наличие прочих благоприятных факторов, вы поймете, что здесь возможно создать hyper-cloud (Глобальный облачный сервис. — прим. Forbes), которое сможет обслуживать как минимум всю Восточную Европу.

Если вы занимаетесь только инфраструктурой, в чем ваши конкурентные преимущества? Ведь дата-центры строят многие компании.

— У нас прозрачная финансовая структура и, пожалуй, лучшая команда на рынке. Мы позиционируем себя как премиум-провайдер и строим надежные дата-центры класса Tier III. С момента запуска у нас не было ни одного простоя. Это позволяет поддерживать высокий SLA (Обязательства по доступности сервисов и времени бесперебойной работы. — прим. Forbes) таким компаниям, как Tencent, Nestle, Apple, Rackspace, «Чайнасельхозбанк», «Евросеть», Softline, «Техносерв», «Онланта», Orange Business Services и многим другим.

А дальше они уже на базе нашей инфраструктуры предоставляют свои сервисы конечным клиентам. Таким образом наша экосистема постоянно растет и обновляется. При этом мы гарантируем собственную нейтральность по отношению к операторам связи и поставщикам облачных сервисов.

Почему выбраны для расширения Москва и Санкт-Петербург?

— Самое необходимое для дата-центров — возможность подключения к энергосети и получение дополнительной мощности. Нам также необходимо, чтобы на площадке имелись узлы связи и были доступны не менее 10—15 сетей телеком-операторов. Для больших дата-центров удаленность от центра города, в среднем, должна быть не больше 20-30 км. Чуть дальше — и задержка будет слишком большой. Сегодня в нашем московском ЦОД присутствуют узлы связи 51 оператора, что однозначно позволяет выстроить маршрут для передачи данных и/или голоса любого клиента.

А если вы отойдете на 100 км от Москвы или Санкт-Петербурга, у вас будет выбор между «Ростелекомом» и, возможно, ТТК — и на этом все. При этом цена за подключение будет гораздо выше.

«Причина, по которой санкции вряд ли продолжат усиливаться — Евросоюз так же сильно страдает от них»

Риски для бизнеса

Илон Маск 24 мая запустил спутники для раздачи космического интернета: быстрое соединение на дальних дистанциях. Что вы думаете об этой технологии?

— Слабое место космической связи — пропускная способность. Даже низкоорбитальные спутники вряд ли решат ее. К тому же оптоволоконные сети дешевеют с каждым днем — не слышал такого же о космических запусках.

Для некоторых локаций в России спутниковая связь может оказаться фантастической, потому что вы не можете покрыть [проводной связью] всю территорию. Но для небольших стран, Великобритании или Германии, она бесполезна и дорога. Большое количество космических спутников связи может решить проблему с пропускной способностью, но они будут регулярно падать обратно на Землю или превращаться в космический мусор. И Greenpeace вам не скажет отдельное спасибо за десятки, может, сотни запусков, которые потребуются, чтобы вывести эти спутники на орбиту.

Иметь связь где-то в глубинке Сибири — прекрасно. Но вопрос: зачем вы там оказались, точно ли вам необходимо посмотреть новости? Мне кажется, эта затея сродни покупке дорогого отеля. Вложить $3 млрд, чтобы продать потом за $1 млрд.

Можем ли мы с вами заглянуть в будущее? Что будет главным драйвером роста цифровизации в мире и какова будет в этом роль дата-центров?

— Ключевым драйвером рынка будет рост объема данных. Именно это приведет к существенной трансформации бизнес-структур. По прогнозам IDC, объемы информации, созданные машинами и людьми, только к 2020 году достигнут 44 зеттабайт [Зеттабайт — 1 млрд террабайт, более 10 млн самых емких компьютерных дисков. — прим. Forbes]. Все больше устройств будут подключены к сети и будут обмениваться информацией между собой, соответственно, это будет генерировать трафик и передачу больших данных, которые необходимо где-то хранить и обрабатывать. Дата-центры выступают такой же основой для цифровой эпохи, какой когда-то были железные дороги для индустриальной революции.

20 самых дорогих компаний Рунета — 2019. Рейтинг Forbes

Новости партнеров