Сисадмин всея Руси: как студенческое увлечение помогло Мишустину пройти путь от коммерсанта 90-х до премьера

Председатель правительства РФ Михаил Мишустин. Председатель правительства РФ Михаил Мишустин. Фото Екатерины Штукиной / POOL / ТАСС
Новый российский премьер считается в ИТ-сообществе своим человеком. Forbes разобрался, почему Михаил Мишустин заслужил славу главного CIO страны и как ему это помогло стать премьер-министром

Глубокой ночью в середине января 2020-го у заместителя руководителя Федеральной налоговой службы (ФНС) Алексея Оверчука зазвонил мобильный. На экране высветился номер его шефа — Михаила Мишустина, на часах было два ночи. Мишустин сбивчиво извинился за поздний звонок и попросил давнего соратника подменить его на панели Гайдаровского форума, посвященной цифровизации налоговой службы. На подготовку оставалось несколько часов, но Оверчук согласился. Во-первых, причина была вполне уважительной: с утра Мишустина ждали в Госдуме, а во-вторых, об одолжении просил без пяти минут премьер-министр страны.

Назначение Мишустина принято объяснять его успехами в реформировании ФНС и сборе налогов. Во многом достичь этого удалось за счет любви Мишустина к технологиям. Новый премьер начинал карьеру айтишником и, несмотря на 20-летний стаж чиновника, считается в ИТ-сообществе своим человеком. Как Мишустин заслужил славу главного CIO (Chief Information Officer) страны?

Силовая тяга

Будущий премьер родился в подмосковной Лобне, где традиционно жили работники аэропорта Шереметьево. Родители Мишустина не были исключением: его отец был начальником службы бортпроводников «Аэрофлота» (Шереметьево — базовый аэропорт авиакомпании), а мать — медсестрой, она проводила медобследования пилотов перед вылетом. По словам знакомого Мишустина, его отец также возглавлял в Шереметьево партком бортпроводников, а до «Аэрофлота» работал комендантом посольств СССР в Афганистане и Болгарии.

Мишустина авиация не интересовала. И после окончания лобненской школы он поступил в Московский станкостроительный институт (Станкин) на кафедру «Автоматизированного проектирования и управления» (сейчас — «Информационных технологий и вычислительных систем»). Евгений Фролов, профессор и дипломный руководитель Мишустина, запомнил его как энергичного «математически грамотного» парня с темными кучерявыми волосами, который постоянно рассказывал о своем компьютерном клубе: «Было необычно: студент, а чем-то руководит».

В Международный компьютерный клуб (МКК) Мишустина позвал выпускник экономфака МГУ и однокурсник Егора Гайдара Левон Амдилян. Идея клуба родилась в стенах Всесоюзного общества «Знание» в 1988 году. Доступ многих советских предприятий, особенно оборонных, к передовым западным технологиям был осложнен. Мостиком должен был стать МКК. Клуб был создан с разрешения КГБ и под эгидой «Знания», замглавы которого был бывший руководитель КГБ Владимир Семичастный. Амдилян, который курировал в «Знании» научно-технический прогресс, стал гендиректором, а учредителями выступили около 20 госучреждений, которые внесли в капитал 6 млн рублей.

«Это были бешеные деньги», — говорит Амдилян. Для сравнения: аренда Ту-134 для полета на выставку в Минск и обратно обошлась МКК в 2000 рублей. С Мишустиным он познакомился в 1988 году на компьютерной выставке в московском Центре международной торговли (ЦМТ). Там Амдилян договорился с английской JBL Electronics о передаче МКК нескольких компьютеров для тестов. Мишустин же молниеносно организовал доставку техники на Лубянскую площадь в Политехнический музей, где и располагалось «Знание». Молодой айтишник с несколькими однокурсниками ночи напролет просиживал в Политехе за компьютерами, изучая MS Dos и другие программы. Эти ночные посиделки чуть было не вышли боком. Как-то раз в Политех нагрянули чекисты, рассказывает Амдилян: центральное здание КГБ находилось в 20 м от Политеха, и их аппаратура засекла подозрительную активность электроники в музее по ночам. Чтобы уладить ситуацию, пришлось привлекать Семичастного. Впрочем, на Мишустине скандал не отразился, и вскоре он возглавил тестовую лабораторию МКК.

ИТ-тусовка в Сочи

Шел сильный дождь, капли безжалостно били по лобовому стеклу и крыше автомобиля. Поздней осенью 1989 года Мишустин и Амдилян везли дочь последнего в детский сад. В дороге Амдилян делился впечатлениями от визита на зарубежную конференцию со звездами мирового ИТ. И вдруг предложил Мишустину организовать нечто подобное в находящемся на грани распада СССР. Тот без раздумий согласился.

Первую ИТ-конференцию МКК провел в июне 1990 года. На открытие в ЦМТ приехал Филипп Кан, глава компании Borland (тогдашний конкурент Microsoft) и «Илон Маск того времени в программном и компьютерном мире». Была и «мама русского интернета» Эстер Дайсон, а также представители IBM, Apple, Intel. Успех был оглушительным, вспоминает Амдилян. В МКК же не все шло гладко, рассказывает он: у учредителей было свое видение, как тратить вложенные средства, и они то и дело вмешивались в работу. Вопрос отпал, когда инфляция, захлестнувшая страну после распада СССР, «превратила 6 млн рублей в труху». Тогда Амдилян зарегистрировал новый МКК и стал самостоятельно проводить ИТ-конференции. Мишустина он позвал с собой.

Из рядового сотрудника Мишустин быстро превратился в «генератора идей»: придумывал тематику конференций, сам искал и приглашал спикеров, привлекал участников. Для статусности Амдилян назначил его председателем правления: «Мы же общались с иностранцами, они все были CEO, Chairman’ы». Вскоре интерес зарубежных ИТ-звезд к зарождающемуся российскому рынку поугас. Зато появились свои игроки, которые могли делиться опытом, говорит Амдилян: «Как они возят, таможат, выстраивают цепочки дистрибуции». Ежегодные форумы МКК переориентировались на российские реалии и переехали в Сочи, где незадолго до этого открылась гостиница «Рэдиссон Лазурная».

Туда приезжала вся «ИТ-тусовка Москвы», рассказывает сооснователь «Параграфа» Георгий Пачиков. По его словам, Мишустин умудрялся собрать вместе самых разных людей: «Даже тех, кто друг друга терпеть не мог». Мишустин знал «буквально всех», подтверждает гендиректор «Ашманов и партнеры» Игорь Ашманов: «Был плоть от плоти этого сообщества».

Это было уникальное место, вспоминает основатель ABBYY Давид Ян: «Конкуренты, партнеры, все на два дня собирались и неформально общались, пели песни под гитару». К вечеру после панельных дискуссий гости собирались в лобби гостиницы, где Мишустин мог сесть за рояль и внезапно начать играть джаз. При этом, как говорят его знакомые, Мишустин не учился нотной грамоте, а мелодии подбирал на слух. По словам Ашманова, форум «бурлил» около десяти лет, но популярность упала после того, как фокус ИТ-индустрии сместился в сторону интернета. Впрочем, организаторы успели заработать «приличные деньги», считает Ашманов.

Инвестиционные возможности

«Это было золотое время», — ностальгирует топ-менеджер крупного ИТ-интегратора, знакомый с Мишустиным. По словам собеседника Forbes, МКК был лишь «надводной частью» бизнеса Амдиляна и Мишустина: «Вокруг этого была куча разных бизнесов – интеграция, поставки компьютеров».

Форумы были в лучшем случае безубыточными, утверждает Амдилян: «Назвать это серьезным бизнесом? Да упаси боже!» По его словам, коммерческий потенциал был в другом: «Обращались люди, советовались насчет поставщиков компьютеров и другой техники». Тогда Амдилян договорился с американской Zeos о дистрибуции компьютеров и создал компанию InSys (от «Интеллектуальные системы»). Среди заказчиков InSys были Кремль, ФАПСИ и Moscow Duty Free. Тем не менее «больших успехов достичь не удалось», вздыхает Амдилян: рынок вскоре подмяли крупные производители вроде HP и IBM с собственными дистрибуторскими сетями.

Тогда InSys занялся промышленной автоматизацией. Продукт был востребован в атомной энергетике и в космических программах. Одним из заказчиков было НПО им. Хруничева. В лучшие годы бизнес приносил $3-4 млн, вспоминает Амдилян, но сейчас компания «почти загнулась». Одним из руководителей InSys в конце 1990-х был Мишустин, писали СМИ. По данным базы СПАРК, до 2003 года 50% «Инсис ЛТД» принадлежали жене Мишустина Владлене. Она же в 2002 году владела 50% «Международного компьютерного клуба». Амдилян не смог вспомнить, был ли Мишустин среди учредителей компаний.

В середине 1990-х будущий премьер познакомился с бывшим министром финансов Борисом Федоровым. По словам Амдиляна, Мишустин зажегся программой политической партии Федорова «Вперед, Россия!» и вышел на экс-чиновника лично через одного из его партийных функционеров. Есть и другая версия. Точкой взаимного притяжения стала Объединенная финансовая группа (UFG, инвестиционный и брокерский бизнес), которую в 1994 году основал Федоров, считает знакомый с Мишустиным бизнесмен из ИТ-отрасли: «C Федоровым он познакомился по инвестиционной истории. Они сотрудничали, по-другому просто не могло быть».

Именно работа с Федоровым, по официальной версии, обогатила семью Мишустина. Общий доход Мишустина и его жены, по данным их деклараций, за последние девять лет достиг почти 1 млрд рублей, а после назначения премьером журналисты связали с семьей Мишустина недвижимость еще почти на 2 млрд рублей. Он сколотил состояние после того, как в 2008 году на два года пришел в UFG, писал «Коммерсант». Как бы то ни было, еще до UFG Федоров пристроил Мишустина на госслужбу.

Технологии связей

Последние декабрьские дни 2002 года налоговые инспекции трещали под натиском предпринимателей, которые ринулись перерегистрировать свои компании. Ажиотаж вызвала рекламная кампания по ТВ, которая грозила опоздавшим ликвидацией компаний. Перерегистрация нужна, чтобы наполнить новый реестр, ЕГРЮЛ и сократить количество фирм-однодневок, объяснял замминистра по налогам и сборам Михаил Мишустин.

Мишустин пришел в налоговую по приглашению Федорова, который в 1998 году возглавил ведомство. Федоров «пришел на руины» перед самым дефолтом и набирал антикризисную команду, вспоминает свидетель тех событий из ИТ-индустрии. В частности, искал тех, «кто понимает в технологиях».

В начале 1990-х основным инструментом налоговика были счеты, вспоминает бывший замминистра по налогам и сборам Дмитрий Черник: «Экономистов и юристов хватало, а компьютерщики были штучным товаром». Налоговая остро нуждалась в современных системах учета и контроля за налоговыми платежами. В 1994 году кредит на модернизацию налоговой выдал Всемирный банк, но спустя четыре года признал проект неудовлетворительным и прекратил финансирование. «В налоговой была полная ИТ-разруха», — говорит Амдилян. Он стал советником Федорова на общественных началах. «Лишь 20% налоговых инспекций оснащены надлежащей техникой, у остальных техника отсутствует либо она устаревшая», — сокрушался Мишустин, назначенный в конце 1998 года замминистра по налогам.

«Это была расстрельная должность», — считает знакомый с Мишустиным бизнесмен из ИТ. Ему помогло то, что он ориентировался в компьютерной тусовке, уверен другой собеседник Forbes: «Понимал, какие организации и персоналии что реально могут. А если сам чего-то не понимал, то знал, у кого спросить рекомендации». В итоге в модернизации налоговой поучаствовали почти все завсегдатаи форумов МКК. IBS Анатолия Карачинского поставила налоговой компьютеры, «АйТи» Тагира Яппарова автоматизировала документооборот, Finereader Давида Яна помог оцифровать данные бумажных деклараций, а «1С» Бориса Нуралиева и «Такском» Амдиляна (среди учредителей компании числилась и IBS) разработали платформу для сдачи отчетности в электронном виде.

«Если профессиональных «информационных технологов» запустить во все сферы нашего общества, то польза от этого будет несомненная. Эти люди не предложат решение проблемы, пока досконально в ней не разберутся», — говорил Мишустин в одном из интервью. Будучи чиновником, он не пропустил ни одной конференции МКК и даже зазывал туда коллег. «Звонил по вертушке лично, говорил: надо», — рассказывает его знакомый. По его словам, однажды Мишустин привез в Сочи четырех федеральных министров: финансов, налогов, печати и связи.

Общие затраты на компьютеризацию налоговой службы не назывались. Расходы на создание только сетевой инфраструктуры в 1999 году издание CNews оценивало в 117 млн рублей (около $4,5 млн по тогдашнему курсу). Всемирный банк выделил на модернизацию налоговой службы как минимум $17 млн, министр по налогам и сборам Геннадий Букаев оценивал общую потребность в $400-500 млн. Каждый вложенный рубль «возвращается в среднем в десятикратном размере», утверждал Мишустин.

Помимо компьютеризации налоговой, Мишустин внедрил ИНН, создал единый реестр юрлиц (ЕГРЮЛ), запустил несколько центров обработки данных. «Энергичный и увлеченный своим делом», «человек, которого язык не поворачивается назвать чиновником», «настоящий CIO, только на службе не у корпорации, а у государства», нахваливали выходца из ИТ отраслевые СМИ. Мишустину прочили кресло главы налоговой, но, пережив четырех руководителей, он покинул ведомство перед приходом Анатолия Сердюкова. В 2004 году он возглавил только что созданное агентство «Роснедвижимость», куда его пригласил тогдашний глава Минэкономразвития Герман Греф.

От реестра к реестру

Предложение Грефа было неожиданным, признавался Мишустин в одном из интервью. Впрочем, оказалось, что задача снова связана с ИТ. От Мишустина требовалось создать очередной единый реестр, на этот раз объектов недвижимости. Данные использовали бы налоговики. Мишустин согласился: «Вот только масштабов и всей сложности предстоящей работы я тогда еще, признаюсь, себе не представлял».

Проблемы были на каждом шагу, сетовал Мишустин. В стране существовало около 50 разрозненных ведомственных и отраслевых кадастров. А в электронных базах было учтено лишь 44% всех объектов. На решение задачи государство выделило 4 млрд рублей.

Мишустин переманил из налоговой сильную команду программистов, рассказывает бывший чиновник Минэкономразвития, и трудоустроил их в подведомственный ФГУП «Федеральный кадастровый центр Земля», чтобы платить зарплату выше фиксированных ставок для чиновников. Он «грезил цифровизацией», вспоминает собеседник Forbes: «Пространство вокруг него вскипало. Ощущение, будто стоишь у высоковольтного провода». Правда, конкретные результаты той кипучей деятельности он назвать затруднился.

Команда Мишустина начала цифровизацию данных БТИ и заложила базу для публичной кадастровой карты «Росреестра» (правопреемник «Роснедвижимости»), рассказывает его бывший заместитель Кирилл Янков. Для него же самым ярким впечатлением от работы в «Роснедвижимости» стал корпоратив, на котором по приглашению Мишустина выступила Алла Пугачева. Мишустин строил современную систему кадастра, но не успел «чисто с точки зрения цикла создания сложных систем», который составляет 5-6 лет, говорит Яппаров.

В конце 2006 года Греф позвал Мишустина в Агентство по управлению особыми экономическими зонами (РосОЭЗ). Помимо запуска самих ОЭЗ Мишустин должен был наладить для инвесторов систему «одного окна». Это был наименее результативный период в карьере Мишустина, сходятся во мнении собеседник Forbes, знакомые с чиновником. В 2008 году он ушел в отставку, примерно через год после назначения и на фоне смены главы Минэкономразвития, которой стала Эльвира Набиуллина. Еще спустя год РосОЭЗ было ликвидировано после претензий Генпрокуратуры к его эффективности. Незадолго до этого IBS Карачинского оснастила все агентство ИТ-инфраструктурой на 374 млн рублей.

Налоговый Uber

На посту главы ФНС у Михаила Мишустина был любимый фокус. Будучи в хорошем настроении, он приводил своих посетителей в напоминающее Центр управления полетами помещение главного здания ФНС. На интерактивной карте во всю стену он предлагал гостю выбрать регион и город, а после любое название из списка местных компаний, пользующихся онлайн-кассами. Затем глава ФНС выводил на дисплей все покупки в выбранном магазине, совершенные за последний час. Это убеждало посетителей, что от «всевидящего ока» налоговой не скрыться, признает один из них.

Мишустин возглавил ФНС в 2010 году по приглашению тогдашнего министра финансов Алексея Кудрина. «Надо сделать так, чтобы бизнес не боялся налоговой службы», — напутствовал он нового главного мытаря страны. После «дела ЮКОСа» за налоговой намертво закрепился образ силового ведомства. Мишустин пообещал трансформировать ФНС в «сервисную компанию» и перейти на бесконтактное общение с налогоплательщиками.

В первую очередь Мишустин занялся созданием внутренней централизованной ИС. У Мишустина есть две особенности: он очень нудный и очень быстрый, рассказывает его знакомый: «Начинаешь что-то объяснять, и все, он ухватил главное». Так он увлекся облачными технологиями, рассказывает собеседник Forbes: «Не как технической, а как функциональной идеей. Понимаете, чем Uber отличается от диспетчерских? Это одна огромная облачная диспетчерская, полностью автоматизированная». ФНС создала ИТ-систему, беспрецедентную по масштабу для госорганов, рассказывает Яппаров. По его словам, только у Сбербанка есть проект, сопоставимый по объему данных, количеству операций и пользователей.

Затем Мишустин решил автоматизировать контроль за НДС. О такой системе он мечтал еще в начале 2000-х, рассказывает бывший сотрудник ФНС: «Говорил, что это математическая задача: сопоставляя цифры возмещенного и уплаченного налога можно найти уклонение». Но тогда для такой системы не было технологий. В 2013 году заработала ее первая версия, а в 2015 ФНС перешла на более совершенную. В итоге разрывы в цепочках уплаты НДС сократились с 8% операций в начале 2016 года до 0,6% к концу 2019 года.

Уходить от НДС стало практически невозможно, говорит бизнесмен из ИТ-отрасли: «И это было сделано тихо, спокойно, без маски-шоу по всей стране. Чисто за счет автоматизации». Мишустин умеет находить общий язык с «узкими влиятельными группами интересов», отмечает собеседник, близкий к ФНС. В качестве примера он приводит проект по внедрению онлайн-касс, который на два года застопорился из-за того, что ФСБ была против отмены электронной защитной ленты. В конце концов ее заменили на обязательные фискальные накопители и интересы ФСБ были учтены, констатирует собеседник Forbes: «Можно рассуждать о том, справедливо или несправедливо. Но по факту система развернута и работает».

Онлайн-касса отправляет любую транзакцию в облако, рассказывает бизнесмен из ИТ: «Фактически, твоя бухгалтерия ведется самой налоговой службой». Благодаря ИТ-системам Мишустин убил серый рынок, говорит собеседник Forbes: «Он либо черный, либо белый». Теперь налоговая оптимизация больше не конкурентное преимущество, а риск, отмечает миллиардер, глава комитета РСПП по развитию конкуренции Роман Троценко. ФНС хвалят и ставят в пример «на всех уровнях», говорит бывший чиновник Минфина, перешедший в бизнес: «Но эта эйфория нередко затмевает ошибки и перегибы в полномочиях. А страдает бизнес». Вместо двух месяцев налоговики могут готовить акт проверки год или полтора, сетует партнер Taxadvisor Дмитрий Костальгин. За это время ежедневно начисляются пени по ставке более 15%, жалуется он: «Это дороже ставки кредита!»

Между тем для айтишников модернизация ФНС — это дополнительные доходы, отмечает один из них: «Кому война, а кому мать родна». С 2016 года ФНС регулярно попадает в рейтинг крупнейших госзакупок ИТ на миллиарды рублей, который составляет CNews. Среди поставщиков — старые знакомые Мишустина по МКК. Последние пять лет IBS Карачинского заключает со структурами ФНС контракты общей стоимостью от 500 млн рублей до 3 млрд рублей в год. «Такском» Амдиляна является оператором данных онлайн-касс, а еще один завсегдатай конференций МКК Александр Галицкий — совладелец оператора системы обязательной маркировки товаров, которую запустила ФНС.

Собеседники Forbes рассказывают, что во всех проектах Мишустин участвует лично. Когда в конце 2018 года ФНС разрабатывала мобильное приложение для самозанятых, он в одной комнате с инженерами обсуждал, как сделать его более удобным. Лично интересовался у губернаторов, как проходит пилотный запуск проектов в их регионах, и тестировал Личный кабинет налогоплательщика на родственниках. Мог и на горячую линию ФНС позвонить, представиться кем-то и начать задавать вопросы, рассказывает знакомый Мишустина.

При Мишустине ФНС стала главным дата-хабом государства, заполучив и данные ЗАГСов. На их базе Мишустин, уже в качестве премьера, собирается создать единый реестр населения. На новой должности Мишустин будет более загружен и вникать в детали будет тяжелее, констатирует знакомый с ним бизнесмен из ИТ. «Он человек с техническим умом и с потрясающими организаторскими способностями, — говорит Давид Ян, — Это сочетание для нашей страны — очень большая удача». После назначения западная пресса закрепила за Мишустиным клише технократа и «placeholder’а без амбиций», рассказывает Амдилян. Давний знакомый премьера считает, что журналисты поспешили: «Думаю, он их еще сильно удивит».

При участии Екатерины Кравченко

Правительство рублевых миллионеров: чем владеют и на какие доходы живут новые члены правительства

Новости партнеров