От Крыма до ковида: герои Forbes в «эру турбулентности» российского бизнеса

«Эра турбулентности»

Санкции, введенные против российских компаний весной 2014 года, были скорее точечными и сами по себе не оказали серьезного влияния на экономику России в целом, хотя нефтегазовый сектор и государственные банки лишились доступа к дешевым западным кредитам и передовым технологиям. Но санкции стали одним из многих факторов, которые определили развитие российского бизнеса в течение следующих лет. 

Так, в 2014 году случился пик «сланцевой революции» в США, который превратил страну из крупнейшего импортера нефти в ее экспортера, и только за 2014 год цены на нефть снизились более чем на 40%. Банк России продолжил начавшееся годом ранее с приходом Эльвиры Набиуллиной «оздоровление банковского сектора» с отзывами лицензий и санациями, что в моменте привело к кризису и дефициту ликвидности на рынке. Борясь с кризисом, Центробанк резко поднял ключевую ставку, и в конце 2014 года случился очередной «черный вторник» с падением курса рубля к доллару и евро. И в том же 2014 году «Газпром» подписал огромный 30-летний газовый контракт с китайской CNPC, который стал и символической, и реальной отметкой начала большого «разворота на Восток». 

В этих условиях крупнейшие российские компании окончательно похоронили ранее очень популярные планы по международной — главным образом, западной — экспансии, решив сосредоточиться на внутреннем рынке и импортозамещении (пусть тогда все это выглядело не так актуально). Но абсолютное большинство богатейших предпринимателей продолжало считать Россию ключевой страной для своего бизнеса. Дистанцироваться пытались либо самые осторожные (вроде Юрия Мильнера), либо банкиры, к которым у Центробанка было слишком много вопросов. Впрочем, была и третья, пока немногочисленная категория предпринимателей, которые выводили проекты за пределы России — те, кто изначально решил строить бизнес глобального масштаба. 

Одним из них был герой «эры интернета», основатель «ВКонтакте» Павел Дуров, который, казалось бы, упустил шанс всей жизни, не сумев получить по-настоящему серьезные деньги за долю в самой популярной российской соцсети. После короткой и яростной борьбы за свой новый проект, мессенджер Telegram, в апреле 2014 года Дуров уехал в Дубай. К концу 2014 года у Telegram было уже 50 млн пользователей по всему миру, а отметку в 1 млрд пользователей он преодолел в марте 2025-го.

Выпускник МФТИ Николай Сторонский задумал свой финтех-проект Revolut все в том же 2014 году, когда работал трейдером в Лондоне, и сразу строил компанию с расчетом на западные рынки (справедливости ради, в 2015 году Revolut пытался зайти в Россию, но неудачно). В 2014 году он обращался за инвестициями к Олегу Тинькову (признан Минюстом иноагентом), но тот не заинтересовался проектом. О чем, как сам признавал, потом очень жалел: рыночная оценка Revolut непрерывно росла и в ноябре 2025 года достигла $75 млрд. Это самый дорогой стартап в Европе. 

А один из самых успешных российских IT-предпринимателей начала 2000-х Андрей Андреев в 2019 году неожиданно продал свои проекты — международные сервисы знакомств Badoo и Bumble, развитием которых он занимался больше 10 лет и которые даже планировал вывести на IPO. За свою долю он выручил $2,25 млрд, это один из самых успешных экзитов для российского интернета, но с тех пор Андреев не добился большого успеха с новыми проектами.    

Российские компании в эти годы тоже росли очень бурными темпами, причем в самых разных областях. Но, в отличие от «тучных» лет, внимание потребителей и деньги уже не распределялись более или менее равномерно — отрывались от всех те, кто будто знал какой-то секрет, делал что-то раньше и лучше, чем остальные.

Многие игровые компании занимались мобильными играми, но именно Playrix братьев Бухманов обошла всех и вышла на мировой уровень.

Казалось бы, что нового можно придумать в таком бизнесе, как розничная продажа алкоголя, но никто на этом рынке не мог сравниться в темпах роста с «Красное & Белое» челябинского предпринимателя Сергея Студенникова. Андрей Кривенко не был первым ретейлером, который пытался увлечь людей идеей здорового питания, но именно он построил на этой идее розничную сеть федерального масштаба. И отнюдь не Татьяна Ким придумала маркетплейсы, хотя именно ее небольшой интернет-магазин одежды обогнал всех уже в 2010-х, а после пандемии коронавируса и вовсе улетел куда-то в космос.

Эти предприниматели становились героями Forbes и попадали на обложку. Подробнее — в фотогалерее.

При участии Ильмиры Гайсиной