Дмитрий Волков против Роберта Сапольски: почему свобода воли все-таки существует

Критиковать свободу воли с помощью нейрофизиологии — это как рубить бутерброд топором, считает участник списка Forbes Дмитрий Волков. Предприниматель объясняет, почему категорически не согласен с идеей известного ученого Роберта Сапольски о том, что человек не может выбирать свои действия
Роберт Сапольски
Роберт Сапольски / Фото L.A. Cicero / Stanford University

«Я абсолютно уверен в том, что такого понятия, как свобода воли, не существует <...>, мы не выбираем путь менять себя — нас изменяют обстоятельства, и в этом прямое влияние биологии <...>. Мы представляем собой не более чем результат нашей биологической удачи», — заявил в интервью Forbes Life известный стэнфордский биолог Роберт Сапольски. Этим выводом заканчивается и его новая научно-популярная книга «Биология добра и зла. Как наука объясняет наши поступки». В ней Сапольски рассказывает о причинах поведения человека: оно формируется за мгновение до действия, за несколько дней, во время воспитания и даже в прошлом наших предков-приматов. Ученый прослеживает цепочку причин к моменту возникновения человечества — если такие отдаленные причины определяют следствия, то каждое действие, считает Сапольски, было вынужденным. 

«Свободы воли не существует»: автор «Биологии добра и зла» Роберт Сапольски — о вакцине от стресса, петле деградации и природе диктаторов

Мозг, сформированный эволюцией и обучением, как дуло пистолета у виска, вынудил нас поступать так, а не иначе. Вынужденные действия не заслуживают благодарности и наказания. Значит, устарела вся система правосудия. Преступник не отвечает за свои преступления. Герой — это как родиться красивым — за свои заслуги. Значит, нужно не судить и благодарить, а лечить. Некогда эпилептиков осуждали за то, что они якобы продали душу дьяволу. Оказалось, что эпилепсия имеет гораздо более прозаичные причины. И эпилептикам просто стали давать лекарства. Вот разберемся до конца с причинами преступлений — и покончим с наказаниями. 

Критика свободы воли с помощью нейрофизиологии — это попытка перерубить топором бутерброд

Сапольски не единственный среди ученых, кто призывает к ревизии правосудия. С ним согласны американский нейропсихолог Майкл Газзанига, психолог из Гарварда Дэниел Вейгнер, нейробиолог Сэм Харрис, лауреат Нобелевской премии по физиологии и медицине Фрэнсис Крик. Может сложиться впечатление, что нейрофизиология сделала грандиозное открытие и теперь следует пересмотреть все законы. Серьезно?

Критика свободы воли с помощью нейрофизиологии — это попытка перерубить топором бутерброд. Нейрофизиология — просто неподходящий для этого инструмент. Ученые за последнее время действительно открыли множество фактов о мозге. Но они имеют мало отношения к свободе воли и ее отсутствию. По крайней мере к той свободе, которой стоит дорожить. Кроме того, для общества просто вредно отрицать свободу воли.

Сравнительно недавно провели несколько экспериментов, показывающих, что полезно верить в свободу. В одном эксперименте студентов разделили на две группы. Первой дали читать авторитетный текст об отсутствии свободы воли, а другой — нейтральный. А потом дали тест по математике. Оказалось, что те, кто попал под влияние идей об отсутствии свободы, гораздо чаще подсматривали результат. Потом эксперимент проверили на большем количестве участников, используя денежную компенсацию. Те, кто склонен был отрицать свободу воли, заработали больше всех, списав ответы. Так что убеждение о свободе воли — это основание для чувства ответственности. 

«Нет смысла разделять влияние генетики и среды на человека»: Карл Циммер — о том, как связаны неандертальцы и коронавирус

Ученые появились на поле метафизики сравнительно недавно, и сразу с громкими заявлениями. Но выглядят они там как рыцари, сражающиеся с ветряными мельницами, — они отрицают то, что давно очевидно. Сапольски дает такие определения, которые делают из свободы пугало. В одном из интервью ученый признается: «Последнее время мне приходится читать размышления философов о свободе воли. Нелегкое дело, я не понимаю, что они хотят сказать, они плохо [все] написали. У них бесконечное число определений свободы воли». Да, согласен, читать трудно. Не менее сложно читать книги по эволюционной биологии. Но с чем он тогда борется? Какое определение свободы он сам принимает?

Оказывается, свобода в понимании Сапольски — это «нечто вроде духа, души, эманации, носителя той самой свободной воли. И эта эфирная субстанция сосуществует с телесной биологией...» (цитата из книги «Биология добра и зла». — Forbes Life). А в интервью он поясняет: «Свобода — это «нейрон, который стоял бы у истоков, который сработал бы сам, точка, где потенциал действия возник бы из ниоткуда. Нейрон, который вдруг решил нарушить все известные физические законы». Так вот что отрицает Сапольски! Левитирующий нейрон, causa sui, первопричину, самодвижущий двигатель, чудо чудесное. Но кто с этим спорит? Кто верит в беспричинные события в мозге? Свобода воли не должна означать беспричинность и нарушение законов природы. 

«38% всей дезинформации о пандемии в мире»: как Трамп в одиночку боролся с наукой

Представьте, что вы собрались идти в магазин. Выходите на улицу — и вдруг поворачиваете в сторону заправки. У вас нет машины, заправлять нечего — вы пошли туда абсолютно без причины, просто потому, что какой-то свободный нейрон Сапольски активировался. Какая же в этом свобода? Это не свобода, а чистая случайность. Не это мы понимаем под свободой. 

Свобода — это возможность думать перед тем, как делать

Большинство академических философов совсем иначе определяют требования к свободе. Да, существует много определений. Но с ними путаница не меньшая, чем у биологов с понятием «ген». Наиболее часто свободу определяют как возможность действовать по желанию и без внешнего принуждения, как действие, соответствующее характеру и общим установкам личности. Свобода — это возможность думать перед тем, как делать, возможность учиться на своих ошибках и избегать неприятностей. Это нейрофизиологи отрицать не могут. 

Сомневаться можно только в определении свободы как возможности изменять будущее. Но я считаю, что и такая свобода есть. Вот я сейчас сижу и пишу колонку для медиа, но я мог бы встать и приготовить себе ужин. Никто, никакой нобелевский лауреат не может убедить меня, что, имея две ноги и две руки, нормальное здоровье и хороший аппетит, я не могу вставать, если сижу. Я имею возможность поступать по-разному в будущем. Да и сам Сапольски, как оказывается, этого не отрицает. В заключении своей книги он пишет, что наука и знание прошлого позволяют человечеству совершенствоваться и быть чуточку добрее. Это не что иное, как убеждение в том, что будущее открыто и мы можем на него влиять. Не все так плохо. У нас есть та свобода, которой стоит дорожить. А что касается Деда Мороза… Ну да, его нет — подарки нам дарит природа в лице нейронов, синапсов, аксонов и дендритов. Но разве это плохая новость? 

Дополнительные материалы

О старении, феминитивах и джедаях: лучшие новые книги от российских ученых