Братский бизнес: как участник «Фабрики звезд» запустил RAAVA Music и заработал миллионы на стриминге

В этом выпуске Forbes Digest мы решили разобраться в бизнесе музыкального лейбла RAAVA Music, резиденты которого отметились хитами «Комета» и X.O. Кто стоит за успехом музыкантов Jony, Gafur и Andro, как стриминговые сервисы помогли им пережить кризис и зачем они жили под одной крышей?

Резиденты лейбла RAAVA Music, основанного азербайджанским музыкантом Эльманом Зейналовым (Elman), ворвались в российский шоу-бизнес в 2018 году. Сейчас его ключевые музыкальные проекты — певцы и рэп-исполнители Jony, Elman, Andro и Gafur — находятся на пике популярности. Песня Jony «Комета» стала самым прослушиваемым треком в России в 2020 году по версии Apple Music, обойдя даже вирусный хит «Любимка» от Niletto. Всего же в топ-100 на этой платформе вошло восемь композиций от музыкантов RAAVA Music. Не менее крепки позиции лейбла и в российском сегменте TikTok: совместный трек Jony и Gafur Lollipop попал в десятку самых популярных песен в этой соцсети. Именно ставка на стриминговые сервисы и раскрутку в интернете помогла RAAVA Music пережить пандемию и отсутствие концертов из-за карантина. Глава лейбла, музыкант Elman, начинал карьеру с участия на «Фабрике звезд» на «Муз-ТВ» в 2017 году и успел поработать с продюсером Виктором Дробышем и мейджором Warner Music, а сейчас совмещает работу над собственным творчеством с продюсированием коллег по RAAVA Music.

«Триумф Моргенштерна»: как независимые артисты окончательно вытеснили музыкальные лейблы в России

О музыкальных лейблах и продюсировании

Эльман Зейналов: «Cегодня многие думают о том, что [музыкантам] не нужен ни лейбл, ни кто-либо еще. Но все равно они приходят к лейблу — в Warner Music, в Zhara Music (музыкальный лейбл, основанный Эмином Агаларовым и Бахтияром Алиевым. Forbes) и к другим дистрибуционным лейблам. У этих компаний есть отделы маркетинга, есть менеджеры, которые курируют артистов. И существуют, допустим, продюсерские центры, которые направлены конкретно на артиста, и ты [работая продюсером] полностью создаешь артисту команду, помогаешь ему в создании творчества, подбираешь правильные даты для выпуска [песен], мотивируешь его. Это тоже немало на самом деле — мотивация, команда. Музыканты учатся чему-то. [На момент запуска RAAVA music] у меня был определенный опыт — я занимаюсь музыкой уже 10 лет, а у ребят опыта было меньше. У них [подопечных лейбла] есть контракт на определенных условиях, согласно которым есть процент, который идет RAAVA Music, и есть больший процент, который идет артисту. То есть артист зарабатывает больше, чем продюсер, — у нас такая практика. В других лейблах по-другому: там продюсер зарабатывает намного больше, чем артист. Если мы берем структуру [контракта], в которой доходы делятся 50 на 50, тогда 50% идут артисту, а в мои 50% входят еще такие затраты, как [оплата услуг] Zhara Music и все остальное. Команда лейбла — порядка десяти человек, если не брать ребят, которые живут в RAAVA. Если брать всех, тогда 17-18 человек у нас.

«Сама себе лейбл»: как певица Манижа борется со стереотипами и насилием и зарабатывает десятки миллионов рублей в год

RAAVA Music — это не проект Агаларова (Эмина — певца, первого вице-президента Crocus Group, сына миллиардера Араза Агаларова. Forbes). Но Zhara Music [основанный Агаларовым] является дистрибутором контента, который предоставляет продюсерский центр RAAVA Music. У каждого лейбла и у каждого продюсерского центра есть агрегатор, который отгружает музыку на площадки, а потом собирает деньги и отдает их либо артисту, либо продюсерскому центру, который распределяет [заработок] между артистами. Zhara — это некий монетизатор, а RAAVA  — это контент. Мы просто очень близко дружим — и все. Я с Бахой дружу (Бахтияром Алиевым, певцом и генеральным продюсером Zhara Music. Forbes). Мы реально дружим, искренне дружим, поэтому нас все путают. Думают, что мы — артисты с Zhara Music. Но нет, у нас нет контракта, мы — отдельные государства вообще.

Отличий [от продюсеров Иосифа Пригожина и Виктора Дробыша] как таковых нет. Но они опытнее. Просто мы сталкиваемся с одними и теми же проблемами. Второе — наступает момент… Я не говорю сейчас про своих пацанов. Но будут же другие артисты, которые будут себя вести не так лояльно, как мои пацаны. Я это увидел в команде у Дробыша, когда ребята с «Фабрики звезд» (правда, ничего не добившиеся) приходили и говорили: «Слышь, я чего-то не понял, почему я не звезда?!» Вот такие разговоры бывают. Я реально понимал, что ребята не успели ничего добиться, но они так и приходили — врывались, говорили: «Где мои миллионы?!» Вообще я тут уже год. Я понимаю, что мы с этим столкнемся. Но сейчас везет, у меня все получается. Мне удалось со всеми трудностями, проблемами, долгами создать то, что сегодня мне приносит определенный доход и славу».

О том, зачем музыканты жили вместе

Gafur: «А мы уже три года вместе живем, делаем музыку, пишем [треки]. Мы и на карантине тоже проводили [время] вместе. Мы тут построили специальные препятствия и купили в магазине всякие игрушечные автоматы. И потом стреляли — играли в «Контр-Страйк». Вот есть видосы с этим. Короче, мы очень весело проводили карантин, потому что я записал альбом за два месяца. Пацаны тоже делали музыку. И мы играли, мы готовили, смотрели сериал «Бумажный дом». Просто мы «залипали», чтобы ты понимал: в 12 часов дня мы собираемся и включаем сериал, а в 12 ночи — заканчиваем. И так — два сезона».

Andro: «А, блин, я так и думал, что нас будут так называть — TikTok-хаус. Тогда еще не было TikTok, кстати. Мы первые это сделали, нет? Конечно, [совместное проживание] влияет на продуктивность: ты вот приходишь на работу, и там по-любому у кого-то есть идеи. А тут ты живешь с теми людьми, которых любишь и которые гениальны — каждый из них. Каждый гениален».

«Дико тусим»: как живут и зарабатывают российские звезды TikTok

Jony: «Лично я хотел убрать мат из песен. Нами двигали такие мысли: в музыке все очень стало грязно, все стало как-то нечестно. Я хотел, чтобы нашу музыку могли слушать при родителях. Мы хотели изменить музыкальные составляющие, и я думаю, что у нас получилось. Раньше мы жили вместе, потом разъехались: кто женился, кто-то [по другой причине], кого-то карантин разделил. Я съехал во время карантина, потому что не хотел оставлять родителей одних. В любом случае, что бы мы ни делали, мы всегда советуемся и пытаемся направить друг друга в нужную сторону. Чтобы не было каких-то сравнений с [лейблами] Black Star, Gazgolder и другими. Я считаю, что RAAVA — это все-таки отдельная история».

О творчестве

Gafur: «Почему так говорят — кальянный рэп? Потому что это треки, которые играют в кальянных. Каждому треку, который становится популярным, люди начинают подражать — делать музыку под этого артиста. Сейчас на рынке уже появляются однотипные песни, а когда-то на нем не было таких песен, как у нас. Мы начали делать что-то новое: взяли что-то западное, что-то восточное, чуть совместили, сделали крутой бит, крутой продакшн, выпустили — все, вау! Другие артисты видят, что это заходит, и тоже делают что-то похожее, и это автоматически становится кальянным рэпом. Это просто популярная музыка — нет жанра «кальянный рэп», понимаешь? Почему в Америке есть такие страдательные песни и «лирики» и там это хорошо воспринимают? Там нет стереотипов о кальянном рэпе. Почему если у меня в душе есть, что сказать, передать людям о любви — может, воспоминаниями я хочу поделиться, это все искренне идет, то люди должны считать, будто я делаю кальянный рэп? Не понимаю».

«Чертов гений»: как 22-летний блогер из Уфы стал новой рэп-звездой России

Jony: «Почему я пишу песни о любви? Потому что любовь — это все чувства, вместе взятые. И, допустим, любовь учит не стыдиться, любовь учит быть самим собой, любовь учит никогда не сдаваться и так далее. Ты эти чувства можешь использовать и в работе, и в повседневной жизни, даже если у тебя нет пары. Вот поэтому я пишу о любви, и мне важно направить человека, потерявшего себя, в правильное русло. Я не говорю, что я сам на 100% себя нашел и я какой-то там гуру. Я просто рассказываю свой опыт. И, возможно, нуждающиеся люди, которые это почувствуют, найдут ответ. Ты понимаешь, я вот кавер сделал, и мне пишут: «Спасибо, что поднял настроение, классное видео!» Все — я уже на седьмом небе от счастья: я все это делаю, плюс это еще и приносит мне деньги. Но это уже второстепенно, то есть я не пишу для того, чтобы заработать. Если бы я написал песню с мыслью о том, что я хочу заработать денег — наверное, эта песня бы не получилась».

Andro: «После выхода трека X.O. (совместная песня Andro и The Limba, вошла в топ-10 самых прослушиваемых треков в Apple Music в России. Forbes) вообще ничего для меня не поменялось, просто люди начали слушать хорошую музыку. Если трек правильный, то он — навсегда. X.O, я думаю, останется легендой. Потому что это первый трек, который в нормальном звучании вышел в России».

Дополнительные материалы

Миллионы 20-летних: рейтинг самых высокооплачиваемых тиктокеров