К сожалению, сайт не работает без включенного JavaScript. Пожалуйста, включите JavaScript в настройках вашего броузера.
Рассылка Forbes
Самое важное о финансах, инвестициях, бизнесе и технологиях

Новости

 

«Кто я без ежедневных митапов»: какие главные вопросы поставил перед нами 2020 год

Фото Сергея Конькова / ТАСС
Фото Сергея Конькова / ТАСС
Пережив испытания 2020-го, каждый может добавить в свой список soft skills стрессоустойчивость. А заодно задать себе несколько важных вопросов на будущее. Forbes Life попросил экспертов — психологов, политтехнологов, экологов и ученых — ответить на главные вопросы этого года

Самоизоляция помогла нам разобраться в себе?

Как заметили эксперты, мы столкнулись с двумя эпидемиями, первая — коронавирус, а вторая — коронавирусная паника. С началом карантина количество обращений за психологической помощью заметно возросло. При этом 90% из них оказались связаны с теми тревожными состояниями, которые были до начала пандемии. Локдаун лишь обнажил или усугубил ментальные проблемы.

Последствия самоизоляции также не стоит сбрасывать со счетов. В марте 2020-го научный журнал The Lancet проанализировал последствия мировых эпидемий, в частности вспышки лихорадки Эбола в 2014 году и атипичной пневмонии в 2003-м. По всем прогнозам человечество ждала серия неутешительных диагнозов: от повышенной тревожности, бессонницы и эмоциональной нестабильности до посттравматического синдрома и депрессии.

То есть, с одной стороны, мы остались один на один с ментальными проблемами, которые в привычном ритме «дом — работа» казались незаметными. А с другой — над нами навис груз будущих проблем — психологических и экономических. И в этом контексте еще острее встали вопросы самоопределения: кто я без ежедневных митапов и пятничных вечеринок, почему мне так сложно одному?

 

Эффект феникса: как возродиться из пламени 2020 года, даже если вы совсем выгорели 

«Самоизоляция избавила нас от ежедневных ритуалов, от привычного образа жизни и действия. А любые автоматизмы — будь то игра на гитаре или обращение с гаджетами — не доводятся до сознания. Это действия, в том числе социальные по умолчанию, не поддаются осмыслению и сомнению», — комментирует доцент кафедры социальной психологии факультета психологии МГУ им. М. В. Ломоносова Александр Рикель. Нарушение автоматизма, по его словам, приводит к вынужденной рефлексии. И вопрос «За что мне все это?» не так страшен, как «Для чего мне это нужно?». Условно: для чего мне нужны ежедневные встречи с коллегами и какого смысла в жизни меня лишило их отсутствие?

«Такая рефлексия может приводить к продуктивному самокопанию и определенным выводам. Тогда человек переосмысляет ценности и свои ежедневные действия. Но в отсутствие навыков рефлексии некоторые могут впасть если не в депрессию, то в ступор. Есть и другая опасность: подменить одни ритуалы другими, опять же не осознав их смысла», — объясняет Александр Рикель.

Хорошая новость — навыки рефлексии можно прокачать как самостоятельно, так и с психотерапевтом, коучем или тренером. Плохая новость — нужно будет всегда делать поправку на «ветер» и фильтровать ценности. Одни навязали родители, а другие человек «обменял» на право быть в социуме и не считаться белой вороной.

Пандемия заставила нас переосмыслить смерть?

Весной мы все начали следить за одними и теми же цифрами: статистика заболевших, вылечившихся и умерших от коронавируса. Кто-то сравнивал эти данные со смертностью от гриппа, а кто-то — с естественной убылью населения или потерями во время прошлых эпидемий. Все эти попытки осмыслить настоящее и предсказать будущее — вариант адаптации к новой реальности. Той, где похороны транслируются через приложение Zoom, а торговые центры превращаются в морг.

 

«Когда все идет своим чередом, мы не склонны думать о смерти, ведь она означает разлом, прерывание естественного хода вещей. Менее спокойные периоды, такие как сейчас, ставят нас перед фактом: не все, что мы задумали, осуществится. Смерть в этой системе представлений — самый веский аргумент», — говорит Оксана Тимофеева, доктор философских наук, профессор центра философии «Стасис» Европейского университета в Санкт-Петербурге.

«На уровне статистики «телеги с трупами» выглядят как ежедневно меняющиеся цифры в новостных лентах»

Массовые смерти при эпидемиях отличаются от массовых смертей из-за войн, терактов, природных катастроф. Мы не видим самого источника смерти, наш убийца — вирус, «логика» его действий — где-то глубоко в медицинских отчетах. А на поверхности — жуткие репортажи из больниц, убийства за отказ или, наоборот, просьбу надеть защитную маску, погромы и поджоги из-за слухов о связи 5G с коронавирусом.

«Сегодня мы общались с другом, коллегой, родственниками, а завтра кто-то из них уже в карете скорой помощи, в реанимации, в крематории. Оказалось, мы связаны друг с другом намного больше, чем кажется. Общество — это целое, и выпадение отдельных звеньев разрушает это целое. На уровне статистики «телеги с трупами» выглядят как ежедневно меняющиеся цифры в новостных лентах. Но есть другой уровень осознания, на котором количество переходит в качество», — говорит  Оксана Тимофеева.

Позиция «отряд не заметил потери бойца» перестает работать, если в этом отряде был ваш родственник или знакомый. «Во время войн и эпидемий статистическая вероятность такого поворота судьбы увеличивается в разы. Однако и между такими катаклизмами смерть не перестает быть предельным горизонтом событий. Пандемия не столько радикально что-то изменила, сколько за счет высокой концентрации смертей сделала видимым то, на что обычно мы закрываем глаза», — резюмирует Оксана Тимофеева.

«Если я скажу, что устал, меня спишут»: почему мужчины умирают раньше женщин и не ходят к врачам 

Активисты BLM изменили отношение к расизму в мире?

В конце мая 2020 года по США, а затем и по другим странам прокатилась волна массовых протестов, вызванных убийством афроамериканца Джорджа Флойда при задержании полицейским. По разным данным, в июне 2020 года в них принимало участие от 15 млн до 26 млн американцев. Рейтинг поддержки антирасистского движения Black Lives Matter за две недели c конца мая по начало июня вырос больше, чем за прошедшие два года. С момента своего появления в 2013 году движение впервые добилось поддержки 60% американцев. При этом у сторонников BLM по-прежнему нет единственного лидера и единого центра.

Конфликт нарастал, дискуссия принимала нетривиальные формы. Начался стихийный снос памятников тем, кого демонстранты считали символами расизма и угнетения. Netflix выделил название движения в отдельный жанр. HBO Max сначала убрал, а потом вернул в свой каталог «Унесенных ветром», но уже с критикой фильма за стереотипное изображение чернокожих рабов.

Несколько американских изданий, в том числе New York Times и BuzzFeed, решили писать слово «Black» применительно к людям африканского происхождения с большой буквы — в знак уважения к культурному наследию. В научном мире призвали на один день, 10 июня, прекратить «всякую преподавательскую и исследовательскую деятельность»: сторонникам BLM в этот день предлагалось делать «все, что питает их сердца», а другим — «предпринимать действия, которые агитируют за перемены» в обществе. Марши с лозунгами BLM прошли от Великобритании до Японии. Ждет ли нас новая форма глобального общественного активизма и насколько актуальна эта повестка в России?

«В России не решены многие проблемы с правами в их либеральной форме, поэтому на BLM многие смотрят как на отрицание того, за что мы все еще боремся»

«Дискуссия о расизме идет по-разному в США и в Европе. В Америке расовая принадлежность подчеркивается, чтобы укрепить идентичность. А во Франции, например, скрывается, там все — французы (вне зависимости от страны происхождения. — Forbes Life). На эту тему был интересный спор после победы сборной Франции на чемпионате мира по футболу (когда в интернете появились комментарии относительно этнической принадлежности французских спортсменов. — Forbes Life). Движение BLM в 2020 году важно уже не столько тем, что подняло расовый вопрос — он и так стоял остро, — сколько акцентом на кризисе либеральной модели прав человека», — уверен Иван Курилла, доктор исторических наук, специалист по истории российско-американских отношений и исторической памяти.

По его словам, движение BLM нелиберально по сути, а многие в России смотрят на него из либеральной системы координат. BLM поддерживает групповые права, а либерализм защищает гражданские права каждой личности. Расовая сегрегация в США была отменена полвека назад, и хотя институциональный расизм никуда не делся, провозглашено политическое и юридическое равенство всех американцев.

 

«В России не решены многие проблемы с правами в их либеральной форме, поэтому на BLM многие смотрят как на отрицание того, за что мы все еще боремся. У нас другие задачи. Лозунги Black Lives Matter и All Lives Matter (ALM; с англ. «Все жизни важны». — Forbes Life) — это не тот язык, на котором мы обсуждаем наши трудности, — говорит Иван Курилла. — Нам может оказаться ближе эта история, если мы «переведем» ее с языка расового дискурса на социально-классовый. В России есть насилие со стороны полиции, и оно тоже непропорционально. Это похожая история, но для нее не найден универсальный язык описания вроде BLM».

Польские протесты изменили дискуссию об абортах?

«Женский ад», «Свобода, равенство, аборт», «Революция является женщиной» — под такими лозунгами в Польше вышли протестующие против практически полного запрета абортов. 22 октября постановление Конституционного суда сделало аборты незаконными во всех случаях, включая тяжелую и необратимую инвалидность, а также опасные для жизни заболевания плода. Предполагалось, что останется только две причины, позволяющие официально сделать аборт: угроза жизни матери или изнасилование.

27 и 28 октября 430 000 человек приняли участие в 410 протестах по всей стране. Опрос, проведенный в эти же дни исследовательским агентством SW Research, показал, что 70,7% поляков против запрета абортов. Согласно данным Kantar, опубликованным польским изданием Gazeta Wyborcza, 61% поддержали старый закон о прерывании беременности.

Этот старый закон, или как его называли, «компромисс 1993 года», допускал три причины легального аборта: угроза жизни или здоровью матери, наличие у плода неизлечимой болезни, угрожающей его жизни, а также беременность в результате изнасилования. Даже тогда это был компромисс — между религиозными консерваторами и либеральной частью польского общества. Но большинство мест в сейме все же принадлежит консерваторам, партии «Право и справедливость». Президентом страны является выходец из нее же — Анджей Дуда.

Лидеры «Права и справедливости» уверены: женщины должны вынашивать детей, у которых нет шансов на выживание: «Дать имя, окрестить и похоронить». При этом исключается давление на женщин, но допускается «тонкое убеждение». Говоря о репродуктивных правах, по крайней мере в Польше, нужно обязательно ссылаться на политику.

 

Союз алтаря с престолом: как католики и консерваторы Польши объединились против абортов

«В Польше мы видим драматический разрыв между людьми, которые предлагают законопроекты, и обществом. После массовых акций власти отложили введение запрета на аборты и, мне кажется, сейчас страна на пороге политической трансформации. В России же нужно учитывать общественную позицию Минздрава. Она однозначна: аборты не будут выводить из системы обязательного медицинского страхования (ОМС). При этом продолжаются попытки ограничить список показаний к аборту. А это уже несет угрозу многим жизням», — комментирует политтехнолог и автор Telegram-канала «Росфемнадзор» Анна Федорова.

С одной стороны количество абортов в России снижается — это результат и просветительской деятельности и доступности средств контрацепции. С другой стороны в информационном поле до сих пор высказывается официальная позиция «женщина так запрограммирована, что ей надо рожать для кого-то». «Каждый несделанный аборт в логике чиновников — это шаг к улучшению демографии. На практике это не так. Ситуация с домашним насилием ухудшается, женщины чаще мужчин теряют работу в кризис. Навязывание в такой ситуации рождения нежеланных детей точно не способствует ни счастью людей, ни достижению стратегических целей государства», — говорит Федорова.

Поэтому, рассуждая об абортах, нужно смотреть на ситуацию шире — не в контексте одного принятого решения. И вот эта дискуссия у нас пока не ведется, хотя с нее следовало бы начать обсуждение репродуктивных прав.

Природа хотела нам что-то сказать?

Январские кадры из охваченной огнем Австралии чуть позже назовут спойлером к 2020 году. Более миллиарда животных погибли, дым от пожаров достиг Южной Америки, на восстановление лесов уйдут десятилетия — гласили отчеты WWF.

 

Но природа будто решила, что этих десятилетий у нас нет: уже 30 января ВОЗ объявила вспышку коронавирусной инфекции чрезвычайной ситуацией международного значения. В марте незнакомый человечеству вирус охватил весь мир — началась пандемия. Тут подоспели сводки из Африки, где небо скрылось за полчищами саранчи. Крупнейшее за последние 25 лет нашествие насекомых, напоминавшее восьмую казнь египетскую, грозило масштабным голодом. В апреле мы остались один на один со своими мыслями — режим самоизоляции, закрытые границы, полная неопределенность.

«У нас есть установка, что армагеддон произойдет в одночасье, но катастрофы происходят каждый день по чуть-чуть»

На фоне всеобщей фрустрации новость о том, что вода в каналах Венеции стала настолько чистой, что туда вернулись лебеди и дельфины, была как глоток свежего воздуха. «Природа исцеляется. Вирус — это мы», — писали в Twitter, будто нащупав ниточку, связывающую нас со светлым будущим. Но надежды таяли: случились катастрофы в Норильске и на Камчатке, разливы нефтепродуктов в НАО и на Дальнем Востоке.

«У нас есть установка, что армагеддон произойдет в одночасье: небеса разверзнутся, случится нашествие саранчи, разбушуются пожары — и вот тогда мы осознаем свои ошибки. Но суть в том, что катастрофы происходят каждый день по чуть-чуть. Климат меняется все интенсивней, и экстремальные погодные явления случаются чаще», — объясняет Ирина Козловских, сотрудница российского отделения Greenpeace, спикер конференции TEDx, эколог и научный редактор. Она подчеркивает: в этом году мы просто обратили больше внимания на то, что происходит с природой. Но это не значит, что до «коронавирусного года» мы с природой жили в мире и согласии.

Если вернуться к пожарам в Австралии и изучить научную базу, окажется, что 2019 год стал самым засушливым в Австралии за 119 лет метеонаблюдений. А дальше сыграли свою роль сильный ветер и рекордная жара: 4 января в районе Сиднея температура поднималась до отметки +48,9 ºС. А вот плавающие в каналах Венеции дельфины — фейк.

«Я думаю, проблема в том, что люди смотрят себе под ноги, а не на горизонт. Мы ищем виноватого и не хотим брать на себя ответственность. Россияне каждый год выбрасывают 60–70 млн тонн мусора. И если бы все жили, как среднестатистический россиянин, для выживания человечеству понадобилось бы чуть больше трех планет Земля. С американским образом жизни нам нужно было бы пять планет, но, понимаете, у нас только одна», — рассказывает Ирина Козловских.

 

Она приводит еще несколько фактов: в 2019 году парламент Венеции затопило после отказа бороться с изменением климата. А в 2018 году оказалось, что микропластик обнаружен в организме всех видов морских черепах. То есть каждый год преподносил плохие новости из мира экологии. Вопрос не в том, что хочет нам сказать природа, а в том, что мы хотим и готовы услышать.

Можно ли заразиться повторно и как долго действует вакцина: что мы узнали о COVID-19 за год

«2020-й пошатнул привычный образ жизни. Мы перестали путешествовать, перешли на удаленку, нас окружили смерти и трагедии. Год был тяжелым, но нужно понять: никто не придет и не избавит нас от коронавируса, изменения климата, пожаров и других бедствий. Мы должны это сделать сами — изменить свое поведение, сформулировать требования в отношении корпораций и экологической политики», — резюмирует Ирина Козловских.

20 главных событий 2020 года по версии Forbes

20 главных событий 2020 года по версии Forbes

Фотогалерея «20 главных событий 2020 года по версии Forbes»
20 фото

Рассылка:

Наименование издания: forbes.ru

Cетевое издание «forbes.ru» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации: серия Эл № ФС77-82431 от 23 декабря 2021 г.

Адрес редакции, издателя: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Адрес редакции: 123022, г. Москва, ул. Звенигородская 2-я, д. 13, стр. 15, эт. 4, пом. X, ком. 1

Главный редактор: Мазурин Николай Дмитриевич

Адрес электронной почты редакции: press-release@forbes.ru

Номер телефона редакции: +7 (495) 565-32-06
Перепечатка материалов и использование их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, возможны только с письменного разрешения редакции. Товарный знак Forbes является исключительной собственностью Forbes Media Asia Pte. Limited. Все права защищены.
AO «АС Рус Медиа» · 2023
16+