Женские итоги «ковидного» года: неоплачиваемый труд, увольнения и рост домашнего насилия

Фото Getty Images
Фото Getty Images
Волна коронавируса отрицательно сказалась на рынке труда в целом, но под особым ударом оказались женщины: их больше коснулись сокращения и снижение зарплат. Кроме того, на удаленке именно на их плечи чаще всего ложится дистанционное обучение детей и уход за заболевшими родственниками. При этом не стоит забывать, что в условиях изоляции вырос уровень домашнего насилия. Каковы итоги этого года для женщин в России?

Пандемия COVID-19 не только усугубила неравенство во всем мире, но и сделала видимыми многие гендерно обусловленные проблемы, существующие в российском обществе. Как именно коронавирус сказался на мужчинах и женщинах, обсудили эксперты 4-го фестиваля гендерной грамотности Moscow Femfest, прошедшего в Москве в конце ноября. 

Рынок труда

Отечественный рынок труда среагировал на коронакризис в первую очередь снижением зарплат. По данным опроса, который Центр трудовых исследований и Дирекция по экспертно-аналитической работе НИУ ВШЭ провели в мае, у 40% респондентов сократилась заработная плата. Работу потеряли 10% опрошенных, еще 30% отметили, что работы лишился кто-то из членов семьи. 

«Масштабы изменений на рынке труда достаточно существенны, — отмечает управляющий директор Центра энергетики «Cколково» и член экспертного совета Евразийского женского форума Ирина Гайда. — Порядка 3,5 млн уволенных — это 5% работающих в стране. 3 млн переведены на неполную занятость, фактически это тоже означает существенное снижение дохода. При этом 37% компаний планируют сокращения, 27% компаний планируют снижение заработной платы».

Однако кризис повлиял на положение женщин и мужчин на рынке труда неодинаково. Так, о снижении ежемесячного дохода сообщили 61% женщин, участвовавших в исследовании, которое социальная сеть «Одноклассники» совместно с исследовательским центром ResearchMe провела специально для Moscow FemFest. Работу потеряла каждая пятая из опрошенных, причем 36% уволенных респонденток так и не смогли устроиться на новое место на момент проведения исследования. 

Такое диспропорциональное влияние кризиса на мужчин и женщин связано со стереотипами и культурными установками, которые в том числе сказываются на структуре занятости, считают эксперты. От коронавируса значительно пострадала сфера услуг, где в России традиционно работают женщины: офлайн-торговля, кафе и рестораны, сфера красоты, соцобеспечение, уход за детьми. Кроме того, играет роль отношение в обществе к мужчине как к главному добытчику и «кормильцу» в семье. «Более 50% респондентов на Ближнем Востоке считают, что у мужчин больше прав на работу в ситуации дефицита рабочих мест», — приводит пример Ирина Гайда. Этот стереотип актуален и для России. 

Еще до начала пандемии женщины в России в среднем получали зарплату на 28% ниже, работая на тех же должностях, что и мужчины, и это самый большой гендерный разрыв в зарплатах в Европе. Однако зарплата для женщины и зарплата для мужчины — это не одно и то же, отмечает Ирина Гайда. Сейчас в стране около 6 млн неполных семей, это треть всех семей в России, причем 80% из них возглавляют женщины, а за чертой бедности находятся 28% неполных семей, отмечает она. При этом общая сумма долгов по алиментам на конец 2019 года превысила 200 млрд рублей. Учитывая тенденции, связанные с кризисом, уровень бедности среди неполных семей может значительно вырасти.

Неоплачиваемый труд

О неравномерном влиянии пандемии на мужчин и женщин говорит председатель правления центра помощи женщинам, пострадавшим от домашнего насилия «Анна», кандидат социологических наук Марина Писклакова-Паркер. «Институт социально-экономических проблем народонаселения Академии наук проводил исследование: в среднем объем домашнего труда увеличился в полтора-два раза для женщин», — рассказывает эксперт.

Фактически ко «второй смене» (так принято называть работу по дому и уходу за детьми и престарелыми родственниками) добавилась третья — полная организация домашнего обучения и досуга для детей. «Одновременно с тем, что на женщин легла двойная нагрузка дома, около 49,4% опрошенных продолжали работать онлайн. И около 20% выходили на работу [офлайн]», — говорит Писклакова-Паркер. Это означает, что времени на полноценный отдых и восстановление у женщин фактически не оставалось. Поскольку уходом за больными в России также традиционно занимаются женщины, на их плечи легла работа по долечиванию и выхаживанию тех, кто болел коронавирусом дома или был выписан из больницы. 

Учитывая все вышеперечисленное, некоторым женщинам в период пандемии пришлось уйти с работы по собственному желанию и попасть в полную экономическую зависимость от супруга или родственников. 

Домашнее насилие

Пандемия спровоцировала всплеск домашнего насилия по всему миру. Так, глава европейского подразделения ВОЗ доктор Ханс Клюге сообщал, что в апреле 2020 года число звонков от женщин, жалующихся на насилие со стороны половых партнеров, по сравнению с апрелем 2019 года возросло на 60%. Однако жертвами жестокого обращения становились не только женщины, но также старики и дети. 

Марина Писклакова-Паркер отмечает, что только с марта по май количество звонков на Всероссийский телефон доверия для женщин, пострадавших от домашнего насилия, увеличилось на 74%. «Если в прошлом году к нам было около 35 000 обращений, то в этом году мы выйдем уже за 50 000, — рассказывает она. — Изоляция, как все мы знаем, — это такой «подарок» ситуации домашнего насилия для агрессоров, потому что контроль [над жертвой] уже может быть уже тотальный». 

Эксперт отмечает, что отсутствие закона о профилактике насилия в семье, который так и не был принят в России, оставило подвергающихся насилию женщин, детей и пожилых людей фактически без защиты.

Общественные организации, которые занимаются проблемами насилия, были вынуждены обратиться с открытым письмом к правительству с просьбой выработать дополнительные меры по борьбе с домашним насилием. Попытки решить проблему действительно предпринимались, «план безопасности» (инструкция по тому, как защититься от домашнего насилия) появился в том числе на сайте Госуслуг, подтверждает Писклакова-Паркер. 

Здоровье и смертность

Смертность от коронавируса среди мужчин оказалась выше, чем среди женщин. «На 10 погибших женщин приходится порядка 14-16 погибших мужчин. Это данные по 84 странам, которые вели статистику в гендерном разрезе. К сожалению, России среди них нет. Во всяком случае в том источнике, к которому я смогла обратиться», — поясняет Ирина Гайда.

Одновременно с этим именно женщины оказались на передовой борьбы с COVID-19. Здравоохранение в России, как и образование, остается «женской» сферой занятости: более 70% врачей и 95% среднего медицинского персонала в нашей стране — женщины.

Из-за того, что нагрузка на систему здравоохранения многократно возросла, во многих странах возникли сложности к доступом к медицинским услугам, в том числе в сфере акушерства и гинекологии. Например, в Казахстане за первые девять месяцев 2020 года материнская смертность выросла в четыре раза. О том, что пандемия может привести к росту материнской и детской смертности, в мае предупреждал Детский фонд ООН (ЮНИСЕФ).

«По оценкам института Гуттмахера, это может привести к дополнительным 2-3 млн новорожденных с осложнениями, 2 млн сложных родов вне госпиталей, 29 000 материнских смертей и 168 000 младенческих смертей. Надо помнить, что в ситуации, когда была эпидемия Эболы, больше смертей произошло по причине того, что госпитали не могли оказывать помощь при родовспоможении. То есть в конечном итоге основным эффектом эпидемии в том случае оказался не сам вирус», — говорит Гайда. 

Что показал коронакризис

«Ковидная ситуация и связанные с ней различные социальные процессы, наверное, не столько усилили, хотя и усилили тоже, сколько проявили уже имеющиеся тренды. Они сделали их очевидными. Они сделали их яркими. Они сделали их видимыми в обществе», — считает профессор факультета социологии, содиректор программы гендерных исследований Европейского университета в Санкт-Петербурге доктор философских наук Анна Темкина. 

«Одна из вещей, которую показали предыдущие пандемии, — что отрицательные эффекты на женщин не уходят автоматически. То есть когда мужчина теряет в доходах в результате карантинных мер пандемии, то обычно достаточно быстро происходит восстановление. У женщин это восстановление либо не происходит вообще, либо происходит с большим-большим опозданием», — отмечает Ирина Гайда. Это означает, что государству и общественным организациям придется приложить значительные усилия для того, чтобы помочь женщинам вернуться хотя бы к доковидному уровню доходов и доступа к медицинским услугам.

Как преодолеть последствия пандемии

Например, начать соблюдать конституцию, считает Марина Писклакова-Паркер. «Статья 19 Конституции Российской Федерации, пункт 3, говорит о том, что мужчины и женщины равны перед законом в правах и возможностях. И я думаю, что первое, что должно начать происходить в России, — это исполнение конституции. То есть у женщин должны быть равные возможности и не только декларированные права», — говорит эксперт. 

«Очень многие проблемы гендерного неравенства в России можно преодолеть, делая информацию более открытой, — считает Ирина Гайда. — Например, если мы по образцу Европейского Союза начнем публиковать отчетность компаний в части гендерного разрыва в оплате труда, возрастной и гендерной структуры сотрудников в разных квантилях оплаты, и эти цифры будут проверяться, их предоставление будет обязательным и их динамику нужно будет объяснять (как отрицательную, так и положительную), то, возможно, уже это само по себе изменит соотношение спроса и предложения на рынке труда».

Дополнительные выплаты уязвимым категориям граждан во время пандемии могут работать, но только как временная мера, резюмирует Марина Писклакова-Паркер: «Главное — это все-таки создавать возможности и рабочие места. И следить за тем, чтобы не было дискриминации в оплате труда».

Дополнительные материалы

От Амстердама до Якутска. Как женщины-мэры управляют городами