Сенсация на торгах: Фаберже сменил американское гражданство и не вернулся в Россию

Фото Sotheby’s
Фото Sotheby’s
2 декабря на русских торгах Sotheby’s состоялась сенсационная продажа коллекции Фаберже из собрания Бруклинского музея. Аукцион собрал £3,3 млн, превысив предаукционные оценки в три раза. Forbes Life выяснил, почему коллекция Бруклинского музея получила такой успех на торгах, кто ее возможные покупатели и как это отразится на рынке

Бруклинский музей выставил на торги Sotheby's 17 лотов — камнерезные фигурки Фаберже, цветочные ювелирные композиции, несколько настольных часов и вазу. Все лоты были проданы, аукцион собрал £3,3 млн, превысив предаукционные оценки в три раза. Самым дорогим лотом — £934 600— стала ваза «Баллетта» из дымчатого кварца с императорским провенансом.  В тот же день в Sotheby’s состоялись еще одни торги Фаберже, на которых был продан только 51% лотов,  а цены не превысили  нижнего края эстимейта, в среднем балансируя в районе £15 000. Тем не менее общая сумма, вырученная на торгах русского декоративно-прикладного искусства, оказалась рекордной для этого вида торгов за последние 10 лет. 

Почему Бруклинский музей продал Фаберже 

Ирина Степанова, глава московского отделения Sotheby’s, рассказала Forbes Life, что бруклинская коллекция наделала много шума в кругах коллекционеров Фаберже, как только стало известно, что музей намерен ее продать. Сразу же поступило предложение от одного из российских коллекционеров купить собрание еще до торгов (так в 2004 году поступил Виктор Вексельберг с собранием Фаберже Малкольма Форбса, выкупив коллекцию у Sotheby’s за несколько дней до торгов. Тогда рынок оценивал сумму покупки в $100 млн). Но музей отказался пойти на частную сделку. «Продажа коллекции музеем — очень деликатная, сложная тема, здесь важна абсолютная прозрачность, хирургическая чистота сделки. Музей должен доказать американской общественности,  что все его жертвы не напрасны, поэтому так важна открытая и качественная продажа», — объясняет Ирина Степанова. 

Фигурка кошки из агата, Фаберже, Санкт-Петербург, около 1900 года, эстимейт £45 000-65 000. Продана за £151200
Фигурка кошки из агата, Фаберже, Санкт-Петербург, около 1900 года, эстимейт £45 000-65 000. Продана за £151200

Цель аукционов Бруклинского музея  — собрать $40 млн, основать эндаумент, чтобы получать порядка $2 млн доходов от фонда ежегодно на поддержание собрания музея. Первой жертвой модернизации стала «Лукреция» Лукаса Кранаха-старшего, ушедшая в октябре этого года на Christie’s за $5,1 млн, в два с лишним раза превысив аукционную оценку в $1,8 млн. Всего на торгах музею удалось собрать $6,6 млн, продав 9 лотов из 10. Следующей жертвой музей назначил коллекцию Фаберже. Ее выставили на Sotheby’s. Аукционный дом выиграл право продавать бруклинских Фаберже, высоко оценив лоты и назначив самую высокую гарантированную цену. «На мировом арт-рынке сегодня не так много произведений искусства, которые способны вызвать большой интерес и будут куплены за достойные деньги. Поэтому выбор Бруклинского музея мне понятен: что им еще продавать на аукционе, как не Фаберже», — говорит коллекционер Фаберже, основатель частного музея Фаберже в Баден-Бадене Александр Иванов

Коллекция Фаберже поступила в Бруклинский музей в 1983 году по завещанию Хелен Бабботт Сандерс. Хелен — дочь промышленника Франка Бабботта, который возглавлял попечительский совет музея с 1920 по 1928 год. Его дочь руководила закупочной комиссией музея и собирала для себя. Особенно ей были интересны работы Фаберже и живопись эпохи Ренессанса. В 1950-е годы, когда Хелен Сандерс охотилась за Фаберже, в США наступил золотой век коллекционеров Фаберже, своего рода помешательство. За работами Фаберже гонялись Фрэнк Синатра, Бинг Кросби и Лансделл Кристи, чью коллекция позднее оказалась у Малкольма Форбса. После смерти Хелен в 1983 году  коллекция по ее завещанию была передана в Бруклинский музей. Предметы из ее собрания активно выставлялись и путешествовали по миру. Например, рекордсменом торгов стала ваза из дымчатого кварца «Баллетта», ушедшая за £934 000, — подарок великого князя Алексея Александровича своей возлюбленной, французской балерине Михайловского театра Элизе Баллетта. Ваза отсчитывает свою выставочную историю с 1935 года, с экспозиции русского искусства на площади Белгравия. А в 1949 году упоминается в книге Генри Бейнбриджа, посвященной Карлу Фаберже.  

Фигурка козленка из халцедона, Фаберже, Санкт-Петербург, около 1900 года, эстимейт £50 000-70 000. Продана за £136 600
Фигурка козленка из халцедона, Фаберже, Санкт-Петербург, около 1900 года, эстимейт £50 000-70 000. Продана за £136 600

Энтузиазм Иванова в отношении Фаберже  разделяет глава международного отдела русского искусства Sotheby’s Хелен Кулвер Смит: «Коллекционеры русского искусства очень разборчивы, у них свое представление о том, как надо формировать коллекции. Поэтому возникает большой ажиотаж и борьба за редкие работы с хорошим провенансом, благодаря чему они продаются в несколько раз дороже заявленной стоимости. Из-за сложного устройства рынка русского декоративно-прикладного искусства менее значимые и часто появляющиеся на аукционах работы не всегда находят покупателя. Часто предметы русского ювелирного искусства покупают не только российские коллекционеры, ценители произведений исключительного качества есть также в США, Европе и Азии».

«В торгах принимали участие покупатели из 30 стран. Рынок Фаберже — изначально международный, не замкнутый на российских коллекционерах, — говорит глава московского представительства Sotheby’s Ирина Степанова. — Основных участников аукциона было пятеро. Все они из разных стран. За вазу Фаберже из дымчатого кварца работы мастера Михаила Перхина бились два клиента. Торг останавливался, потом опять продолжался. Один из клиентов участвовал в торгах по телефону, другой — онлайн. Победил онлайн».

Кто купил бруклинских Фаберже

В 2004 году, сняв за несколько дней до аукциона с торгов коллекцию Малкольма Форбса, Виктор Вексельберг стал самым известным российским коллекционером Фаберже. Коллекция легла в основу собрания Музея Фаберже в Санкт-Петербурге. Коллекцией управляет фонд «Связь времен», созданный Виктором Вексельбергом. Фонд непрерывно пополняет свое собрание Фаберже. 90% коллекции музея — покупки на мировых аукционах. Но оказавшись под санкциями, Вексельберг и принадлежащие ему структуры лишились возможности официально покупать искусство на Западе. 

Фигурка быка из нефрита, Фаберже, Санкт-Петербург, около 1900 года, эстимейт £50 000-70 000. Продана за £176 400
Фигурка быка из нефрита, Фаберже, Санкт-Петербург, около 1900 года, эстимейт £50 000-70 000. Продана за £176 400

«Коллекцию Бруклинского музея купили не мы, — сообщил Forbes Life директор Музея Фаберже Владимир Воронченко. — Но я понимаю тех, кто купил работы из музейного собрания по ценам, вдесятеро превышающим рыночные. Потому что музейная распродажа на аукционе бывает не часто. Коллекция у музея проверенная, с двойной-тройной гарантией провенанса. Все лоты продавались в оригинальных, «родных» футлярах, а это на таком рынке, как Фаберже, одно из важных подтверждений подлинности. Камнерезные фигурки, часы Фаберже — не редкость на рынке. Редкость — подлинные, с проверенным, подтвержденным происхождением». 

Давид Якобашвили, создатель музея «Собрание», где есть своя коллекция Фаберже, сообщил Forbes Life, что принимал участие в торгах, но купил лишь несколько предметов: пару ваз, портсигар, ковш и бронзовую фигуру. 

Александр Иванов, создатель музея Фаберже в Баден-Бадене, называет Фаберже локомотивом русского искусства. Многие иностранные коллекционеры, собирающие Фаберже, благодаря русскому бренду начинают интересоваться русским искусством в целом. «Торги показали, что искусство Фаберже живо. Это безупречная коллекция, проданная за нормальную для нее цену, — говорит Александр Иванов, — Фаберже покупают и русские из России, и русские, которые живут на Западе, и иностранцы. Есть несколько крупных инвестиционных фондов в США, которые интересуются Фаберже. Конкуренция высокая. Другое дело, что на рынке много сомнительных предметов. Но в случае с коллекцией Бруклинского музея в происхождении лотов сомневаться не приходится. Поэтому ушли все лоты. Правильная предаукционная оценка дает успешную продажу». На вопрос о том, участвовал ли Иванов в аукционе, он ответил так: «Мы везде покупаем, но свои покупки не афишируем». По мнению Иванова, предметы из Бруклинской коллекции не появятся в России в ближайшее время. «Я знаю одного из покупателей, это достойный коллекционер», — сообщил Александр Иванов.